Прекрасна и очень несчастна, или Кто кинул маленькую принцессу - Полина Раевская

Дознаватель нехотя кивнул.

– О’кей, – сквозь зубы процедил он и добавил: – Только не думайте, будто напугали меня. Просто имейте в виду – я прощаю на первый раз. Еще одна такая выходка, и я покажу вам, что тоже на многое способен. О’кей?

Илья кивнул, по всему видно, не очень, впрочем, испугавшись.

– Так, хорошо… С этим мы разобрались, – хлопнул ладонью по столу Сергей Олегович, – а что там у вас за история с Севастьяновым и Немировым? – поинтересовался он. – Мало вам проблем было? Захотели еще с братвой рассориться?

– С кем, с кем? – переспросила я. События развивались так стремительно, не оставляя никаких шансов поспеть за ними. Канва разговора все ускользала и ускользала от меня – сначала газетная заметка, о которой я ничего не знала, теперь таинственная братва, с которой мы, как оказалось, рассорились.

– С Иваном и Степаном, – ответил на мой вопрос Илья и пояснил, обращаясь к работнику правоохранительных органов: – У вас же все написано, Сергей Олегович, зачем переспрашиваете? Группа лиц по предварительному сговору совершила нападение на дом гражданина Борисова И. М., в результате чего гражданка Маленькая Е. В. получила ранение. Совершившие нападение граждане Севастьянов И. П. и Немиров С. Ю. были задержаны сотрудниками группы немедленного реагирования ЧОП «Бриг», нанятыми Борисовым И. М. для охраны своей собственности. В настоящее время преступники находятся в камере предварительного заключения. Обвиняются по части два статьи сто шестьдесят один УК РФ «Грабеж». Но я лично думаю, что впоследствии деяние будет переквалифицировано, так как никаких заявок на имущество и ценности преступники сделать не успели, так что доказать их корысть следствию не удастся. Хотя это уже, разумеется, совсем не мои проблемы. Мне главное, что ребята изолированы от общества и не представляют для него угрозы. По крайней мере, в ближайшее время.

– Ничего себе! – следователь и не думал скрывать своего восхищения. – Вот это да! Слово в слово материалы дела процитировали, – в глазах парня плясали озорные чертенята. – Но вы ж понимаете, я-то вас о совсем другом спрашивал. Мне просто интересно, как это вы умудрились Лютому с Шалым так насолить? Когда только успеваете? – следователь изобразил притворный восторг.

– Долго ли умеючи, – усмехнулся Илья.

– Это да-а-а-а, – протянул парень, – а вы, по всему видно, в этом деле прям мастера. Не хотел бы я, конечно, оказаться на вашем месте. – Шалый с Лютым ребята серьезные, шутить не будут. Да и дружков у них на воле предостаточно.

– Разберемся! – жестко отрезал Илья и сказал, поднимаясь: – Это все? Мы свободны? Если вам больше нечего нам сообщить, то мы, пожалуй, откланяемся. Лена, пойдем, – он подал мне руку, помогая подняться, я все еще испытывала трудности с самостоятельным передвижением.

– Идите, идите, – благодушие в голосе дознавателя не обмануло бы даже ребенка. – Только далеко не уходите, – посланная нам в спину фраза догнала нас непосредственно у входа. – Елена Владимировна, помните, что вы все еще главный подозреваемый в деле об убийстве Захарова. И не просто главный, но и единственный.

Вздрогнув, я кивнула, продемонстрировав понимание. Куда уж яснее.

* * *

– Все хорошо? – Илья внимательно посмотрел мне в глаза, взяв за локти.

– Угу, – буркнула я, отводя взгляд. – Все просто отлично, – горькая усмешка тронула мои губы. – Только…

– Только что? – встрепенулся Илья.

– Нет, ничего, забудь, – я махнула рукой, не решившись высказать ему претензии относительно статьи. Не понятно, зачем было выставлять в неприглядном свете человека, который одним росчерком пера может отправить меня за решетку.

– Слушай, – я решила направить разговор в иное русло, – все никак не пойму, чего хотели от меня Иван со Степаном? Какая им выгода от моей смерти-то? Просто банальная месть? Тогда почему именно мне?

Спокойный решительный взгляд Ильи действовал на меня, как взгляд Каа на бандерлогов. Волнение, поселившееся во мне после визита в полицию, куда-то улетучилось, а на его месте воцарились покой и умиротворение.

Мы сидели в гостиной дома Борисова, пили вкуснейший горячий шоколад и закусывали нежнейшими бисквитами, приобретенными по дороге сюда. И пусть это вовсе не мой дом, в тот момент я считала это жилище своим.

Как известно, из меня тот еще разведчик – все эмоции на лице. Вот и в этот раз Илья, видимо, что-то такое прочел на моей физиономии, так как вместо того, чтобы ответить на прозвучавшие вопросы, проговорил:

– Здорово, да? Вот бы можно было так всю жизнь прожить.

Я рассмеялась:

– Мы бы через месяц уже в двери не помещались. Я-то по крайней мере, точно – на бисквитах и шоколаде.

– Ты же понимаешь, о чем я, – тихо проговорил Илья, и я, коротко кивнув, отвернулась, чтобы скрыть смущение.

– Но ты так и не ответил про наших бандитских друзей, – быстро направила я разговор в безопасное для себя русло.

– А, ну да, – нехотя протянул Борисов, явно неудовлетворенный моей реакцией на его слова. – Да никакой выгоды, – ответил Борисов. – Это все твое везение. Никто не собирался никого убивать и даже ранить. Выстрелили для острастки, а пуля, отскочив от края бассейна, попала тебе в руку.

– Как всегда… – усмехнулась я.

– Вот-вот, – проговорил Борисов строго, – я уже всерьез подумываю тебя показать какой-нибудь бабке-колдунье. Ну, знаешь, из тех, что порчу снимает да сглаз всякий.

Я расхохоталась – искренне и от души.

– Ой, насмешил, – сквозь смех прокудахтала я, держась за живот. – И как мы раньше не додумались? Такое простое и доступное решение всех проблем.

Но Илья даже не улыбнулся. Он притянул меня к себе и нежно поцеловал.

И я поплыла, растаяла, обмякла – это уж называйте, как хотите. Обвив его шею руками, ответила на поцелуй со всей страстью.

– Кхе-кхе, – деликатное покашливание заставило нас нехотя оторваться друг от друга. – Я, конечно, все понимаю, – проговорила невесть откуда взявшаяся Лариса, – но нам пора. – Подруга старательно отводила взгляд, явно испытывая неловкость – учитывая обстоятельства, вполне уместное чувство.

Нам действительно было пора – сколь бы увлекательными и волнующими событиями ни были наполнены последние дни, о делах забывать все же не стоило. Давно следовало заняться работой. Без должного руководства дела на фирме шли из рук вон плохо. Если оставить все как есть, то чудом спасенный бизнес я в итоге все-таки потеряю.

Болит печень, сердце, ноги, голова. Хорошо, что я не мужчина, а то бы и предстательная железа заболела.

Ф. Раневская

– Может, все же останешься? – наверное, в сотый раз спросил меня Илья, наблюдая за тем, как я собираю вещи. Верная подруга уже отчалила, сославшись на неотложные дела, но, подозреваю, просто тактично предоставляя нам с Ильей возможность попрощаться без свидетелей.