Прекрасна и очень несчастна, или Кто кинул маленькую принцессу - Полина Раевская

Мы с Ларой вскрикнули в ужасе, в то время как Илья предпочел действовать. Он освободил Алексея Ефимовича из цепких лап Степана, что тому не очень-то понравилось: завязалась потасовка, в которой адвокат вновь одержал победу над преступником. Но на этот раз тот крепко обиделся.

– Знаешь что? – зло прошипел мужик, пятясь к двери. – Нашему уговору конец! Теперь вы сами по себе, а мы сами по себе. Но не думай, что легко отделался – сначала мы с Ванькой разберемся с этим, – он кивнул в сторону Короедова, – а потом и тобой займемся. Понял?

– Ты меня на «понял» не бери, понял? – Илья ослепительно улыбнулся, ничуть не испугавшись, чего нельзя сказать обо мне. Руки трясутся мелкой дрожью, ноги ватные, нервы стянуты тугим узлом, а зубы рискуют превратиться в крошево – так сильно я их стиснула. Ох, зря Илья так со Степаном, ох, и зря! Мужик ведь и впрямь шутить не будет.

Поймав мой взгляд, бандит зловеще ухмыльнулся и произнес, обращаясь к Борисову:

– И помни, я твое слабое место знаю, туда и нанесу первый удар, не сомневайся.

– Ах, ты… – воскликнул Илья и метнулся к Степану, но тот оказался проворнее – выскочив за порог, он захлопнул дверь прямо перед носом соперника. Взревевшее через минуту автомобильное зажигание и удаляющийся шум двигателя оповестили нас об утрате средства передвижения. Одна радость – машину мы потеряли вместе со своим не слишком желанным компаньоном. Хотя кто знает, как быстро он вернется и с кем. Надо было убираться отсюда как можно скорее.

Видимо, такие же мысли посетили и Илью, так как он произнес, обращаясь к хозяину дома:

– Вам есть, где укрыться? Хотя бы на время? Степан вернется скоро и не один. Извините, но помочь вам я не могу, а защита вам однозначно понадобится. Можете поверить, бандитские угрозы – не пустой звук. Добиваться своего они умеют.

Короедов спокойно кивнул, соглашаясь.

– Понимаю, конечно, – почесал он голову. – Вот только я ведь правду сказал. Нечем мне помочь вашим друзьям. Сами подумайте, спрячь я деньги, зачем бы чемодан оставил? Это ж совсем дураком быть надо. Да и вообще, – Короедов устало опустился на стул и махнул рукой. – Да вы поймите, – в отчаянии воскликнул он. – Я своим житьем-бытьем доволен, о больших деньгах и не мечтал никогда, знаю точно – от них одни беды. Найди я их, непременно бы отдал от греха подальше. Понимаете? – мужчина по очереди обводил нас взглядом, ища поддержки.

– Я-то понимаю, – ответил Илья, – а вот Степан, боюсь, не поверит. И, чтобы свое получить, пойдет на все. Так что вы бы лучше укрылись где.

– Хорошо! – хозяин дома поднялся. – Вы, наверное, правы. К сыну в город поеду.

– Нет, – Борисов отрицательно помотал головой, – сын не подойдет. У родни вас станут искать в первую очередь. Нужен кто-то, с кем вас нельзя связать напрямую.

– Есть такой человек! – радостно воскликнул Короедов. – Бывший мой постоялец…

– А вот это, – Илья предостерегающе поднял вверх руки, – вы лучше при себе оставьте, не нужно мне о вашем укрытии знать. Меньше знаешь, лучше спишь.

– И то верно, – Алексей Ефимович усмехнулся.

– Дорогая, сегодня я спала с незапертой дверью.

– А если бы кто-то вошел, – всполошилась приятельница Раневской, дама пенсионного возраста.

– Ну, сколько можно обольщаться.

– И что теперь? – я поболтала ногами в воде, от чего на ее поверхности образовалась небольшая волна. Мы сидели втроем на краю бассейна и потягивали мартини из аутентичных бокалов. В красном купальнике, захваченном из дома по дороге сюда, я бы наверняка выглядела ослепительно, если бы не многочисленные синяки и ссадины по всему телу, а также остро выпирающие из-под кожи кости. Бросив исподтишка завистливый взгляд на Ларису, тихонько вздохнула, восхищаясь ее ладной фигурой и безупречно красивой кожей. На ее фоне я выглядела не просто убого, а жалко и даже нелепо. В нашей паре роль красивой подруги явно играла не я.

– А что теперь? – Илья лениво откинулся назад, опершись на руки и подняв голову весеннему, но уже довольно жаркому солнышку. – Лежим, загораем. Хорошо-о-о-о.

– Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего, – пропела Лариса. – Завтра Лене на допрос. Ты и так долго ее отмазывал. И как тебе это только удавалось?

– Секрет фирмы, – Борисов обворожительно улыбнулся, демонстрируя белоснежный ряд зубов. – Не парься, – добавил он уже серьезно, обращаясь ко мне, – все пройдет как нужно. Я сказал! – он рубанул рукой воздух, изображая знаменитого героя в исполнении Высоцкого. – Вряд ли у следствия найдется что-нибудь новое. А если и найдется, отобьем все претензии! – он сжал кулаки, демонстрируя решимость.

– Так-то так, – вмешалась я в беседу, – но ведь и у нас нет ничего нового. Мы, считай, вообще не продвинулись в расследовании. Связать Славку с Захаровым никак не получится, а значит, и обвинить его в убийстве тоже. Кроме того, ты же сам говорил, что проверил алиби всех работников на тот день. Все они находились в офисе, исключая Ларису, которая, впрочем, вне подозрений.

– Почему же, почему же? – обладая повышенным чувством справедливости, моя подруга не могла вынести такой дискриминации, прямо-таки настаивая на проверке ее алиби.

– Сделали уже, – спокойно проговорил Борисов и, зачерпнув ладонью воду в бассейне, умыл лицо. И пояснил, поймав мой удивленный взгляд: – Следователь озадачился выяснением досуга твоей подруги. Все верно – когда убивали Захарова, Лариса крутила педали велотренажера или что там ты обычно делаешь?

– Угу, – кивнула Лара, – на беговой дорожке я была – хотела снять напряжение. Упахалась так, что потом еще три дня еле ноги передвигала. Даже самой странно – я ведь далеко не новичок, год уж, как из зала не вылезаю.

– А ведь и верно, – меня накрыло волной удивления, – ты ведь давно ходишь… Вернее, теперь уж получается, что ходила, – я виновато улыбнулась. – Прости, и тут я тебе все испортила.

– Да брось ты, – праведное негодование осветило Ларино лицо, – нашла из-за чего переживать. И вообще мне этот образ жизни, противоположный здоровому, – девушка подняла бокал, – очень даже нравится. – Она улыбнулась и сунула в рот коктейльную вишенку.

– М-м-м, божественно, – промычала она, прожевывая ягоду. – И где ты научился так готовить мартини? – на губах Ларисы заиграла кокетливая улыбка.

О, кажется, подружку развезло – узнаю этот веселый взгляд.

– Секрет фирмы, – Борисов выдал такую обворожительную улыбку, что у меня даже дыхание перехватило.

Сухой треск сломанной ветки заставил нас вздрогнуть и резко повернуться на звук. И это последнее, что я сделала осознанно, так как затем превратилась в тряпичную куклу, судьбой которой распоряжаются посторонние. Сначала Илья скинул нас с Ларисой в воду, которая отчего-то окрасилась в красный цвет, а сам куда-то помчался сломя голову. Затем со всех сторон налетели какие-то люди в масках и помогли нам выбраться из воды. Вернее, Ларе помогли, а меня просто вытащили и куда-то понесли. Разумеется, я пыталась сопротивляться, но выходило почему-то слабо. И только спустя какое-то время мне открылась причина. Взглянув вниз, я увидела, что по моей ладони тонкой струйкой стекает кровь. Осознав это, мозг тут же послал запоздалый импульс на боль, резко пронзившую предплечье.