Ромео с большой дороги - Дарья Донцова

– А ты пересчитай, – залихватски предложила Анна.

Видно, изумление Нины Ивановны было слишком велико. Забыв обэлементарных приличиях, она сорвала резинку и зашуршала ассигнациями, слюнявяпальцы.

– Раз, два, три… восемь… двенадцать… Погодите!

– Что-то не так? – откровенно засмеялась Анна.

– Но…

– Что?

– Это не деньги.

– Да ну?

– Просто бумажки, – растерянно подтвердила соседка. Потомвзяла одну купюру и изучила ее на просвет. – Нет, правда, они фальшивые.

– На ксероксе отпечатаны, – охотно пояснила Анна.

– Зачем вам эта ерунда? – растерялась соседка.

Волкова ухмыльнулась:

– У детей игра настольная есть, «Монополия», там на деньгисражаются. Леше захотелось «настоящие» доллары, вот мы их ему и сделали.

– А я уж подумала… – протянула Нина Ивановна и осеклась.

– Что? – издала смешок Анна. – Что мы банк ограбили?Ха-ха-ха! Сегодня такое предположение звучит как нельзя кстати.

Смех Волковой перешел в плач, затем в крик, опять в хохот ив вой.

Тут Феня очнулась и выпихнула соседку на лестницу.

– Ну ты, Нина, даешь! – забыв о вежливом «вы» и об отчестве,воскликнула нянька. – Совсем Анну Сергеевну доконала. Нашла, когда дурацкиебеседы вести, Петр-то Михайлович при смерти. Довела мне хозяйку до истерики!

– Глупо вышло, – растерянно ответила Нина Ивановна. – Пачкатак натурально смотрелась!

– У Леши еще парочка пистолетов имеется, – гаркнула Феня, –вылитые «наган» с «маузером»! Ты сходи в милицию, заяви на парня!

– Уж прости меня, Феня, – занервничала Нина Ивановна, – яведь не со зла.

– И ты извини, – спохватилась нянька. – Ну и денек выдался!Нервы сплошные.

– Пусть Ксюша с Алешей у меня лягут, – засуетилась желавшаяискупить свою вину соседка. – В комнате Миши устрою, там как раз кровать сдиваном стоят. И Риту приводи.

– Спасибо, – кивнула Феня, – младшая уже дома спит, астарших и правда приюти, не до детей Анне Сергеевне сейчас.

Договорившись с Ниной Ивановной, Феня ринулась домой и нашлахозяйку в коридоре. Анна тупо перебирала разбросанные зеленые бумажки.

– Пойдемте в спальню, – велела Феня.

– Ты откуда знаешь? – вскинула голову хозяйка.

– О чем? – прикинулась дурой нянька.

Анна сгорбилась:

– Не идиотничай.

– Разговор ваш с Федором слышала, – призналась Феня. – ПослеНового года вы ночью секретничали.

– Понятненько. И никому не разболтала?

Нянька пожала плечами:

– Нет.

– Почему?

– Не мое дело, – спокойно ответила Феня. – Я к детямприставлена, об них и думать должна.

Анна схватила няньку за руку.

– Я не виновата.

– Угу, – кивнула Феня.

– Никогда не изменяла мужу.

– Кхм, – только и выдавила из себя нянька.

– Нечего тут кашлять! – рявкнула Анна. – Мы теперь в однойупряжке, пошли в спальню, объясню все как есть.

Пришлось Фене отправляться вместе с хозяйкой и узнаватьновые, совершенно шокирующие сведения.

По словам Анны, сымитировать налет на машину инкассатороврешил Петр. Муж давно мечтал о даче, рыбалке, походах в лес и зелени со своегоогорода. Семья Волковых жила экономно – имея троих детей, не пожируешь, но всеравно кубышка, куда складывали рубли на дачу, постепенно пополнялась. Но потомстрану затрясло в лихорадке экономических перемен, и сделанные с огромнымтрудом накопления превратились в пыль.

Вот тогда Петр впервые подумал об ограблении. Честногоинкассатора просто сломало, когда он понял, что теперь перевозит бабки братков,нечестных коммерсантов, спекулянтов, фарцовщиков.

– Вот кто нынче хозяева жизни, – горько говорил Волков жене,– а мы, честные трудящиеся, идиоты, нам в нищете помирать.

Анна поддакивала мужу. Но план захвата денег родился у парыне сразу. Сначала супруги просто злились на окружающую действительность, затемжаловались друг другу на нищету, и лишь потом кто-то из них произнес фразу:

– Надо действовать.

Обстоятельства складывались в пользу грабителей. В бригадеинкассаторов не хватало сотрудников, опытные специалисты начали увольняться,никому не хотелось улечься в пластиковый мешок, а разбойные нападения теперьучастились. Раньше машину с деньгами сопровождало несколько человек, включаяводителя, которому запрещалось вылезать из-за руля даже во время стоянки спустым сейфом, но после массового увольнения работников часто баранку крутилсам инкассатор, и имел он лишь одного напарника. Поломав голову, Петр решилпривлечь к делу Федора.

– Ты прикинься, что мечтаешь уйти от меня к нему, – велелВолков жене.

– Не хочу, – испугалась она.

– Спать с Федькой не придется, – заверил супруг. – Кулькинразочаровался в Алевтине – она тухлая селедка, огня в ней нет. К ребенку уФедьки тоже особой любви не загорелось, ради семьи мужик рисковать не захочет.Так что деньги ему сейчас вроде как и не нужны. А вот если любовь появится…Сообразила?

– Да, – кивнула Анна, – чего ж тут непонятного.

– Федор нам поможет, – потер руки Волков, – мы с нимпо-честному поделимся, капитал спрячем на некоторое время, потом я уволюсь, изаживем счастливо.

Петр Михайлович был так убедителен, что Анна согласилась истала строить глазки Федору. К Новому году дело встало на хорошо смазанныерельсы. План был таков. Инкассаторам сообщат о большой сумме, а они дадутотмашку Анне. Та, переодетая старушкой, будет гулять вблизи от того места, кудапонесут мешки с баксами. Для пущей убедительности в детской коляске, которуюповезет «старушка», будет лежать магнитофон с записью крика младенца.