Стокгольмское дело - Йенс Лапидус

– Yes.

– Никола?

– Да. С кем я говорю?

– Это я. Роксана.

– Кто?

– Роксана. Мы встречались несколько недель назад, ты мне оставил телефон. Спрашивал насчет какого-то твоего приятеля.

– Да… теперь помню. Что случилось?

– Я могу спокойно говорить по этому телефону?

– Да.

– Они меня шантажируют. Требуют денег.

– Вот как…

– Мне нужен твой совет.

– А кто – они? Ты знаешь?

– Ну… вообще говоря – не знаю.

– Надо знать.

– Как это понять?

– Послушай … я не могу тебе помочь. Своих хлопот по горло.

– Ну, пожалуйста… мы же можем встретиться и поговорить?

Странный звук в телефоне: как будто он глубоко вдохнул и забыл выдохнуть.

– Пойми: в этом мире есть правила, неужели тебе это неизвестно?

– В каком мире?

– В мире, куда тебя угораздило затесаться. Очень простые правила. Проще не бывает. И одно из этих правил вот какое: каждый убирает за собой свое дерьмо. Думаю, понятно. К тому же я тебя совсем не знаю.

Роксана нагнулась почти к коленям: странное чувство, будто чья-то неумолимая рука прижимает тебя к полу.

– Ты прав… мы не знаем друг друга – она решила сделать последнюю попытку. – Но есть ведь и другие правила.

– О чем ты?

– Люди помогают друг другу…

На следующий день он вышел из машины, на вид очень дорогой и очень экологичной. За рулем был кто-то еще. Она сразу узнала его – запомнилась походка. Он подмигнул ей издалека и махнул рукой. Машина рванула с места – с пробуксовкой, как и полагается в гангстерских фильмах.

– Привет, – они сели на деревянную скамейку у входа в тайский ресторан «Пальмовая долина». Почему-то Роксана решила, что Николе будет неудобно разговаривать в зале – слишком много посторонних ушей и глаз. Сама приехала на велосипеде. Велик стоял тут же, прислоненный к лавке.

– Как дела? – спросила она. Надо же как-то попытаться найти нормальный тон. Она же его совсем не знает. Дело ее нормальным не назовешь, пусть хоть тон будет нормальным.

Мало того – она очень удивилась, когда он все же согласился встретиться. С чего бы? Кто она в его глазах? Он видел ее не больше пяти минут, пока она ловила такси. Сомнительная девица, приторговывающая дурью.

Неумолчный гул шин на Соллентунавеген.

Ответа на вопрос так и не получила. Решила, что он сейчас встанет и уйдет.

– Ты не голоден?

Последний шанс.

К ее удивлению, он кивнул.

Они зашли в ресторан. Столиков было совсем мало – типичный недорогой ресторанчик в районе вилл. Люди приходят, заказывают еду и уносят с собой.

Заказ приняла азиатского вида дама с постоянно открытым ртом. То ли улыбка, то ли гримаса. Наверное, какой-то дефект, потому что она приняла заказ, как по радио, словно их тут и не было. Смотрела куда-то в сторону.

– У вас есть что-нибудь вегетарианское?

– Можете получиться все, – сказала дама на чудовищном шведском.

Роксана не поняла.

– Все. Любое блюдо, от номер первый но пятьдесят седьмой. Можно с мясой, можно без. Можно с рыбом, можно без.

Роксана заказала то же самое, что и Никола, – «только без». Без курицы. Холмик риса с острым соусом.

Она приготовила палочки и задержалась: загляделась, как Никола управляется с ножом и вилкой. Делит кусочки курицы на три части, ножом грузит рис на выгнутую часть вилки и на самый кончик аккуратно насаживает мясо. При этом ни одна рисинка с вилки не падает.

– Итак: что произошло?

Роксана, так и не приступив к еде, отложила палочки. Она была не голодна.

– Тут вот что… мы с приятелем… в общем, у нас много друзей, и все любят повеселиться… ну, ты понимаешь… а ты спрашивал меня о своем товарище, Шамоне, работала ли я на него… видишь, запомнила имя, хотя и слышала в первый раз.

– Продолжай.

– Ты-то понимаешь, – повторила она на всякий случай с нажимом. Людям нравится, когда их считают умными и проницательными. – Мы же молодые, хотим повеселиться, иногда, конечно, с подкачкой… ну что я тебе объясняю, ты же сам бывал на рейвах, в клубах…

– Нет.

– Никогда не бывал?

– Нет.

– Но ты же подошел ко мне на выходе как раз из такого клуба!

– Я не хожу на рейвы. Ты меня за кого-то принимаешь. Я пришел поспрашивать народ, который там тусуется.

– Ты должен попробовать…

– Что за бред… ты меня вызвала, чтобы уговорить пойти на рейв?

Странные у него глаза: по-детски круглые, серые и в то же время темные, как ночь. Будто он ничего, кроме мрака, не видит, и этот мрак отражается в его глазах.

И она выложила все подчистую. Без утайки. Как они случайно нашли заначку с кетамином. Как начали продавать понемногу друзьям и знакомым, как заначка кончилась, как Зету сломали пальцы, что говорилось в номере отеля и какие они идиоты, что просадили все подчистую.

– Это твой парень? – спросил Никола, когда она замолчала. – Зет?

– Нет. Но мы живем вместе.

– То есть вы живете вместе, но у тебя с ним ничего нет?

– Именно так.

Он удивленно приподнял бровь.

Роксана заранее решила – ей нужна помощь этого странного парня.

– У вас есть контакты, – наконец сказал он. – Почему не попытаться заработать эти бабки?

– Нам нечего продавать.

– Можете сами сделать.

– Это как?

– Купить кетамин в аптеке и высушить.

– А где взять рецепт? Это же класс наркотиков, никто рецепт не выпишет.

– Проверьте сетевые аптеки. Откуда мне знать? В любом случае, настройтесь на позитивный лад. Ходить по городу и ныть о своих бедах – последнее дело. И не изображайте невинно пострадавших. Вы же и в самом деле кинули этих деятелей. Надо возвращать.

Никола подобрал в миске последнее зернышко риса и отправил в рот.

– Мне надо идти. Полно дел.

Роксана села на велосипед и набрала номер Зета.

Голос веселый.

– Ты встречалась с этим гангстером?

– Да. Но он не собирается нам помогать, – ей почему-то было очень тяжело крутить педали.

Она пересказала весь разговор.

Голос Зета в наушниках звучал странно, будто подпрыгивал.