Волчьи законы тайги - Владимир Колычев

– Ты меня хочешь?

– Не дразнись.

– И сколько раз?

– Ты же хотела меня распять. Поэтому раз пять.

– Я уже тебя распяла. Поэтому будем столько раз, сколько указано на колье.

Данила удрученно вздохнул. Банальный шантаж при экстравагантных обстоятельствах.

– А если там «ноль» указан?

– Тогда прибавим к нему единичку...

– Но там не «ноль».

– А что?

– Поцелуешь, скажу...

Лиза крепко взяла его ладонями за лицо, повернула его на сорок пять градусов и ртом втянула в себя его губы.

– А теперь говори, – оторвавшись, с улыбкой потребовала она.

– Это и все?

– Скажешь, будет еще.

– Скажу. А ты уйдешь проверять, правильно или нет...

– Ну, зачем же, на слово поверю...

– Не поверишь. Слишком ты ушлая.

– И развратная... – добавил Глеб.

Он появился внезапно. Широким шагом, с улыбкой приблизился к Лизе, обняв ее за талию, боком прижал к себе.

– Что ж ты так, Данила? Тебе доверие оказали, а ты рогом уперся. Нехорошо... Такая девочка, а ты...

Он шаловливо шлепнул ее по задним выпуклостям, но Лиза ничуть не возмутилась. Лишь игриво хихикнула, с веселым упреком посмотрев на Данилу. «Чего ж ты, парень, такую кралю упустил?»

– Что, я?

– Назвал бы мертвую цифру и пользовался бы живой девочкой... Она, между прочим, миллиард стоит.

– Цифра?

– Нет, девочка... Но уже поздно, парень. Лиза могла бы с тобой, но без меня... Как я с твоей Леной – с ней, но без тебя. Да и какая она твоя? Лена у нас общая... Но можешь получить ее в собственность, если назовешь число.

– Могу назвать число «Пи».

– Будет тебе «пи». Аж по самое... – Глеб осекся и обозленно посмотрел на Лизу. – Ты еще здесь? Что, нравится светиться перед этим быдлом?

– От быдла слышу, – огрызнулся Данила.

Размазать бы по стенке этого фанфарона, но, увы, в размазанном состоянии находился он сам.

– Ну, нет, я в отличие от тебя не быдло, – в мефистофельской улыбке скривил губы Глеб. – Я тонкая аристократическая натура. И как человек благородных кровей умею прощать. Я мог бы тебя уничтожить, а пригласил в ночной клуб. Я позволил тебе провести вечер в элитном обществе, а ты устроил плебейскую клоунаду... С тобой как с человеком разговаривали, сказали, для чего нужна цифра с колье. Но ты включил дурака, ты просто издевался над нами... И еще к моей бабе в постель забрался...

– А вот ля-ля здесь не надо, – усмехнулся Данила. – Ты выманил на себя Лену, а Лиза – меня. И одна с тобой в сговоре, и другая... Ты этот спектакль организовал...

– Может, и я.

– Устроили здесь цирк...

– Может, и цирк. Каждый развлекается, как может...

– С жиру беситесь?

– Может быть. Но тебя сюда силком никто не тащил... И не легла бы с тобой Лиза, даже если бы ты признался. Это слишком. Смотреть можно, трогать нельзя...

– И все равно здесь у вас Вавилон.

– Это Москва. Такой же город грехов... Но грешить здесь позволено далеко не всем. Кто-то развлекается, а кто-то страдает... Ты будешь страдать, если не назовешь цифру!

– Но не было никакой цифры.

– Была, – мотнул головой Глеб.

– Не было, я просто пошутил...

После того, что произошло, Данила уже не мог назвать цифру, чтобы не потерять уважение к себе.

– А если хорошо подумать?

– Не было там ничего...

– Ну, ты точно контуженный! – скривился Глеб. – Тебе что, яйца оторвать, чтобы ты вспомнил?

– Так вспоминать нечего...

– Ну, смотри!

Глеб крутанул головой, разминая шейные позвонки – видно, из крутых кинобоевиков это движение почерпнул. Снял пиджак, провел рукой по запястью, будто собирался закатать рукава на рубашке. Угрожающе приблизился и отвел назад правую ногу, будто собирался ударить Данилу. Но в это время в комнату вошла Лиза, в обычных джинсах и кофточке. Молча села в кресло, подложив под подбородок кулачок с вытянутым вверх указательным пальцем. Ее появление послужило для Глеба поводом, чтобы не утруждать себя.

– Не могу при женщине, – усмехнулся он, опустив ногу. – Воспитание не позволяет.

– Где ж тебя так воспитывали, в Булонском лесу?

– Из леса ты у нас вышел. И обратно давай, по-хорошему... Ну что тебе стоит цифру назвать? Зачем она тебе нужна?

– Мне она не нужна.

– Может, ты денег хочешь, так и скажи.

– Не нужны мне твои деньги.

– Да, но Лене ты другое говорил. Чтобы я ей сто тысяч дал, да?..

– Думаешь, удивил? Я и так знаю, что Лена с тобой заодно. Она тебя на меня не променяет...

– Вот видишь, чужой ты здесь человек... А Лене я денег дам. Хоть сто тысяч, хоть двести...

– Пожалуйста, я не против.

– А цифра?

– Сто. Или двести.

– Что сто или двести?

– Ну, тысяч, для Лены.

– А почему не для себя?

– Мне от тебя ничего не нужно.

– Тогда почему как целка ломаешься?.. Короче, ты хоть и достал меня, но я готов тебя простить. Цифру назовешь, и разойдемся...

– Девять.

– Ну, вот видишь! – обрадовался Глеб.

– Или четыре... А может, шесть...

– Хорошо, пусть будет шесть, – свирепо сощурил он глаза. – Пусть будет шесть!.. Только на кнопку «шесть» ты нажмешь сам. Согласен?

– На какую кнопку?

– Есть сейф. Есть очень надежный сейф. Его не выломать, не взломать и автогеном не взять. Открыть его можно только с помощью кода. Четыре цифры мы знаем, осталась одна, последняя. Пять цифр и всего три попытки. Если третья будет неправильной, то сейф взорвется к чертовой матери. И тот, кто рядом стоять будет, к чертям... Ну что, пойдем, наберешь код?

– Вас не поймешь, то счет в банке, то сейф.

– Про банковский счет мы придумали. А сейф – это серьезно...

Увы, но Данила понимал, насколько серьезным было его положение. Извращенная парочка загнала его в ловушку, и теперь вымогает у него информацию о последней цифре в кодовом наборе. Данила целиком у нее в руках, и с ним могут сделать все, что угодно. И как только сейф будет открыт, его просто-напросто убьют... Вот, что называется, влип...

– А я вот человек не серьезный, – невесело улыбнулся он. – Цифру знаю, а не скажу...