Детские игры - Анжела Марсонс

– Итак, мы знаем, что вторая жертва планировала сегодня принять участие в мероприятиях «Брейнбокс». Его участие было оплачено организаторами, с которыми все мы очень хотим поговорить. – Тут Ким посмотрела на Стейси, кивнувшую в знак согласия. – Но меня сейчас интересует, почему Вероника не рассказала нам, куда собиралась ее сестра.

– А вы думаете, она знала об этом? – уточнил Брайант.

– Все остальное о своей сестре она знала, так что я почти в этом уверена. Продолжай собирать информацию на сестер, Стейси. Мы еще очень многого не знаем. Кроме того, я хочу встретиться с этими ребятами из «Брейнбокс» как можно скорее. Да, и не забудь проверить даты, когда жертвы посещали эти мероприятия в прошлом: нет ли там совпадений?

– Будет сделано, босс.

Понимая, какую кучу работы она сваливает на Стейси, Ким с тоской посмотрела на пустой стол Пенна.

– Китс сообщит нам, нет ли там еще чего-то интересного, после того как закончит вскрытие Никсона сегодня…

– Всем приветик, – раздался радостный голос.

Все трое повернулись к дверям и увидели там фигуру эльфа, одетого в форму констебля. Ким решила, что высотой существо было где-то в пять с половиной футов[41], и заметила, что его светлые волосы собраны в пучок на затылке.

Никто не говорил Ким, что сегодня в участке проходит маскарад для детей сотрудников.

– Вы что, потерялись? – спросила она, стараясь говорить спокойно. На входной двери была табличка «Отдел криминальных расследований».

Существо, все еще улыбаясь, покачало головой и сделало шаг в комнату.

– Меня зовут Тиффани[42], как певицу. Можно просто Тифф. Мне сказали, что вы меня ждете.

– Зачем? – спросила Ким.

– Наверное, чтобы я вам помогла, – девочка пожала своими изящными плечиками.

Стоун посмотрела на своих коллег, пытаясь понять, не пропустила ли она что-то важное. По их лицам она поняла, что ничего не пропустила.

– Тиффани, я не совсем уверена…

– Меня вызвал старший детектив-инспектор Вудворд, – пояснила девушка, с трудом сдерживая радость, как будто речь шла о поездке в Диснейленд. – Он сказал, что вы лишились одного из членов команды, и я просто в восторге, что меня попросили вам помочь.

Она продолжала улыбаться.

– Я так много о вас слышала… Вы делаете такое большое дело, и я не могу поверить, что сейчас я здесь, вместе с вами.

Ким, ничего не понимая, посмотрела на Брайанта, который с не меньшим недоумением смотрел на Стейси.

– Мне кажется, здесь какая-то ошибка, Тиффани. И если вы вернетесь к вашим повседневным обязанностям, я переговорю по вашему поводу со старшим детективом-инспектором, когда…

– Он предупредил меня, что вы скажете именно это. – Улыбка стала еще шире, как будто она рассказала веселый анекдот. – А еще он велел, чтобы я напомнила вам о вчерашнем разговоре и… Боже, эта комната – классная! – воскликнула девушка, прежде чем сесть.

После этого любопытство на лице Стейси сменилось паникой.

– Вы можете использовать меня как сочтете нужным, – жизнерадостно предложила констебль. – Я так…

– Это мы уже поняли, – прервала ее Ким и посмотрела на Стейси, взгляд которой молил о том, чтобы босс как можно скорее избавилась от незваной гостьи.

«Не могу», – тоже взглядом ответила она ей.

– Я поговорю с Вуд… то есть со старшим детективом-инспектором Вудвордом и все выясню, – пообещала Ким.

Тиффани радостно кивнула и заулыбалась.

– А пока, я уверена, Стейси найдет для вас какую-то работу.

– Вот и чудненько, – отозвалась Тиффани.

Стоун посмотрела на Стейси извиняющимся взглядом и схватила свою куртку. Ей хотелось убраться из офиса как можно скорее.

Совершенно неожиданно улыбки в их маленькой комнатке стали ее слепить.

Они уже почти доехали до дома Вероники, когда Вуди наконец ответил на ее звонок. Перед этим она набрала его номер бог знает сколько раз, и он должен был понять, что так просто от него не отстанут.

– Доброе утро, Стоун, – произнес Вуди в трубку.

Это радостное приветствие убедило Ким в том, что он прекрасно догадывается о причине ее звонков.

– Это что, мое наказание, сэр?

– Помнится, я объяснил вам, что любое действие имеет свои…

– То есть она – последствие? – поправилась Ким.

– Она – умный и одаренный молодой офицер полиции, чьи успехи…

– Сколько ей?

– Двадцать четыре.

Ким подумала, уж не прибавил ли он Тиффани лет десять для смеха.

– То есть помощникам Санты не хватает работы в межсезонье?

Ким готова была поклясться, что услышала сдавленный смех, который быстро превратился в кашель.

– Только не говорите мне, что вам не понравилась ее жизнерадостность.

– Я слишком мало ее знаю, чтобы мне что-то не нравилось, но вы сами знаете, что я не очень доверяю людям, которые всегда на позитиве. И предпочитаю разбираться с ними еще до того, как они что-нибудь натворят. Прошу вас не забывать об этом, сэр. Ради ее собственного благополучия.

Ответом ей была мертвая тишина.

Какое-то время Ким честно ждала ответа, надеясь, что Вуди серьезно отнесется к ее заявлению.

– Сэр?

– Прошу прощения, но вы это серьезно? Я просто откусил кусочек тоста. А мой ответ: «НЕТ». Тиффани – это та самая помощь, в которой вы отчаянно нуждаетесь в отсутствие Пенна, и пока я не услышал ни одного серьезного довода, который мог бы заставить меня изменить мое мнение. А насчет ее ранимости можете не беспокоиться – уверяю вас, это тот самый случай, когда первое впечатление обманчиво. И, сказав это, я теперь собираюсь спокойно закончить свой завтрак. Хорошего вам дня.

– Твою ж мать… – сказала Ким, когда Вуди разъединился. – Как, по его мнению, абсолютно новый человек, появившийся в команде в середине расследования, может мне помочь? То есть как она будет помогать в перерывах между кормлениями из бутылочки и сменой подгузников? И зачем было искать подобного жизнелюба, чтобы прислать ко мне?

– Честно говоря, командир, ты действительно не привела ни одного аргумента, чтобы заставить его изменить свое мнение. Он же не может дать задний ход только потому, что она показалась тебе слишком жизнерадостной.

– Брайант, я абсолютно уверена, что ни разу не употребила слово «жизнерадостная», так что, по-моему, тебе тоже не стоит его употреблять.