Досье на Крошку Че - Дарья Донцова

Мне эти апартаменты напоминают нору кролика: сначалапетляющий, извилистый ход, затем крохотная спаленка с почти лежащим на голове ухозяев потолком. Впрочем, длинноухий по сравнению с людьми находится в болеепривилегированном положении: ему не надо готовить еду, стирать белье ипринимать ванну.

— Кто там топчется? — заорал Карякин.

Я, не снимая уличной обуви, добралась до «пятачка». Конечно,не очень прилично шастать по жилью в не слишком чистых сапогах, но у входа ненашлось тапочек, а шлепать по черному от вековой пыли паркету в чулках у меняне было никакой охоты.

— На кухню иди, — велел Вадим.

Я послушно шагнула влево и увидела малюсенькую «столовую»,всю заваленную и заставленную грязными вещами.

В раковине громоздилась гора грязной посуды. Ноиспользованным тарелкам и чашкам не хватило места под краном, и они заняличасть подоконника, на котором еще высились три светло-оранжевых горшка с голымистеблями засохших растений, допотопная «Спидола», почерневший, видимо,перегоревший тостер и несколько пол-литровых банок с чем-то мутным. Пластиковыйстол поражал разнообразием наваленных на него предметов: пустые консервныебанки, наполненные бычками, ломти засохшего хлеба, расческа, несколько смятыхгазет, банка из-под майонеза, вилка с наколотым куском заветренной колбасы,сломанная сигарета, несколько пластиковых зажигалок, нож с погнутым лезвием…

Под стать интерьеру был и хозяин — помятый мужчинанеопределенного возраста со взором тухлой селедки. На Вадиме болталсяспортивный костюм, из-под куртки выглядывала футболка, вся в пятнах.

— Чего надо? — вопросил Карякин и икнул.

Я поморщилась. Потом, решив забыть про хорошее воспитание,подошла к покрытому жирной пылью окну и распахнула форточку.

Струя холодного воздуха влетела в духоту.

— Ваще, да? — обиженно прогудел Карякин. —Закрой, а то заболею.

— Маловероятно, — очаровательно улыбнуласья. — Организм, пропитанный спиртом, на долгие годы приобретает иммунитет кпростудным заболеваниям. Вы отправитесь на больничную койку не от сквозняка, аот цирроза печени или алкогольного слабоумия.

Карякин снова икнул.

— Ну, ваше… — изумленно повторил он. — Ты ктотакая?

— Даша Васильева.

— И что? — заморгал Вадим. — Откуда пришла?А, дошло: ты по объявлению… Квартиру мою купить хочешь? Лады. Только мне нужноместо для жилья.

— Совершенно не собираюсь производить операций снедвижимостью, — ласково продолжила я, — меня направила сюда СерафимаПолунина.

— С какого ляду?

— Я продюсер на телевидении, хочу снимать сериал, нечтотипа «Саги о Форсайтах» [7].Сто серий.

— И чего? — неожиданно трезвым тоном осведомилсяКарякин.

— Серафима Полунина сказала, что у вас есть сценарий,крайне интересная история о неких коллизиях из жизни семьи Тришкиных. Актрисахочет исполнить в сериале одну из центральных ролей, поэтому дала мнекоординаты.

Карякин вскочил, но пошатнулся и ухватился руками за крайстола. С огромным усилием удержал равновесие и проорал:

— Сидите тут, сейчас вернусь.

Потом, стараясь не заваливаться на бок, отбыл в ванную.

Я осталась терпеливо ждать на кухне. Прошло довольно многовремени, прежде чем хозяин квартиры вновь объявился.

Теперь Карякин выглядел иначе. Спортивный костюм сменилапара брюки-пиджак, кстати, вполне приличная, чистая и даже выглаженная, на шееВадима был завязан темно-синий галстук, лицо оказалось гладко выбрито, и пахлоот мужчины хорошим одеколоном. И каким же это образом он сумел столь быстропреобразиться? Меньше всего сейчас Карякин походил на алкоголика.

— Еще раз здравствуйте, — глубоким, хорошопоставленным голосом сказал он. — Прошу извинить, затеял ремонт. В комнатемебель сдвинута, обои содраны, там бригада молдаван работает.

Я закивала:

— Да, да, понимаю.

— Сам временно на кухне ючусь, — спокойно вралдальше Димон. — Очень неудобно, но, по счастью, трудности скорозакончатся. Пригласить вас в свой кабинет не имею возможности, придетсяразговаривать тут.

— Нет проблем, не волнуйтесь.

— Увы, не способен предложить даже чаю, — ловкоизображал из себя жертву строителей Карякин, — меня соседи пригрели, у нихстолуюсь и сплю временно.

Я покачала головой:

— Ужасные неудобства.

Однако у Вадима совсем плохо с памятью! Секунду назадзаявил, что ютится на кухне, а теперь говорит о милых людях, пустивших к себесоседа.

— И не говорите, — подхватил Димон. — Знаетели, я недавно получил серьезный гонорар от издательства и испугался, что моисто тысяч долларов разойдутся по мелочи, лучше уж жилье обновить.

— Абсолютно правильное решение.

— Нуте-с, — потер руки Вадим, — давайтетеперь поговорим конкретно. Кого представляете?

— Фирма «НРБ», — наугад ляпнула я и попала пальцемв небо.

Карякин нахмурился.

— Кто же у них там рулевой? Первый раз слышу название.

Я снова стала улыбаться. Надо же, полагала, что Димонокончательно пропил мозги и легко купится на любое заявление «продюсера». Аннет, мужчина оказался твердым орешком. Мгновенно пришел в чувство, и, похоже,он знаком со многими из кинематографической тусовки. Видимо, Карякина на мякинене проведешь, но и я не лыком шита. Зайка не первый год работает нателевидении, я слышу от Ольги много всяких фамилий, кое-какие задержались впамяти.

Сохраняя на лице улыбку, я кинулась в бой:

— Есть такие Сергей Козлов и Игорь Товстунов. Вам,наверное, их имена, как, впрочем, и абсолютному большинству телезрителей,неизвестны. Жизнь несправедлива, люди считают, что основной человек в сериале —актер. Ан нет, главные-то Козлов с Товстуновым, они рулят процессом съемок, безних ничего не получится. Вот недавно эти двое создали собственный холдинг «НРБ»— гигантское предприятие, десять киностудий под одной крышей…