Дело «Тенкилл» - Шеннон Кирк

В этом доме всё совершенно вышло из-под контроля. Я слышу крики, чувствую панику, ощущаю, как Лена трясёт меня за плечо. Смотрю на часы. Шесть утра.

— Вставай скорее! Всё очень плохо!

Я набрасываю халат, который оставила на кровати экономка, и следую за Леной вниз по лестнице на второй этаж, прихрамывая и опираясь на перила, потому что лодыжка полыхает огнём. Мы спускаемся по узкой лестнице, проходим через кухню в комнату с телевизором. Брэд, Самера и Виктория сидят на диване и смотрят последние новости. Сыщик тут же жмётся к Лене, а ЗэМэ запрыгивает на спинку дивана.

— Тихо, — говорит Брэд. Я вижу на экране фото своей фирмы. Бегущая строка сообщает:

— Партнёр «Котон & Коверкот», Грета Винет Севилл, пропала без вести. Возможно, это связано с наркоторговлей.

Виктория ставит громкость на максимум. Лена кладет свободную руку мне на спину. Теперь весь экран занимает моё лицо. Ведущий говорит:

— В последний раз Винет Севилл видели в адекватном психическом состоянии вечером четверга. Партнёр «Котон & Коверкот» Тим Котон опубликовал заявление о том, что фирма беспокоится за неё после того, как утром она не явилась на профосмотр, после чего её обнаружили в резиденции ранее неизвестной Лены Атири в западном Массачусетсе. Миз Атири работает реставратором произведений искусства в стиле барокко, но, по утверждению мистера Котона, местные жители высказывали опасения, что миз Атири может содержать в одной из своих хозяйственных построек лабораторию по производству метамфетамина.

Теперь экран транслирует фото убежища Лены с воздуха.

— Господи, Лена. — Я обнимаю подругу. Камера парит над кружевом королевы Анны, по большей части помятым, поломанным, растоптанным. Съёмки, судя по всему, ведутся с вертолёта.

— Имя Винет может показаться местным жителям знакомым. Многие слышали о тёте миз Винет Севилл, миз Вайолет Винет, которая, как считается, погибла в девяносто четвёртом году …

Больше я ничего не слышу, потому что Виктория колотит по кнопке, и экран гаснет. Все смотрят на меня.

— Срань господня. Ты ведь в точности так и сказала, когда мы убегали из моего дома. Откуда ты знала, что они сделают именно это?

— Потому что Тим Котон однажды брякнул это нам с Кэлом, главным юрисконсультом. Он был в бешенстве из-за судебного иска о злоупотреблении служебным положением, поданного в фирму. Хотел дискредитировать клиента и вот что придумал. Кэл сказал ему пару ласковых, я тоже, и Тим велел нам остыть, сказал, что шутит. Но я поняла, что он не шутит. Он злой. И глупый. Чёрт возьми, Виктория, включи Ви-эйч-ди-эйч. Это нормальный канал, там не будут обсуждать слухи о метамфетамине и психическом состоянии человека. А эти скоты ведут кампанию по дезинформации и дискредитации. Я думала, у нас есть больше времени. Сукин сын.

Виктория включает Ви-эйч-ди-эйч, и я снова вижу своё лицо. Этот ведущий говорит:

— Мягко говоря, странный пресс-релиз от такой влиятельной юридической фирмы. Я не знаю, встречались ли мы когда-либо с чем-то подобным. Отметим, что Рэймонд Ханиуэлл, бывший генеральный прокурор, является партнёром нового бостонского офиса «Котон & Коверкот». Кроме того, с ферм по соседству с резиденцией Лены Атири в западном Массачусетсе поступили сообщения о вчерашнем жужжании вертолета в этом районе, что соответствует программе экстренной помощи сотрудникам фирмы. Хотя большинство соседей, с которыми нам удалось поговорить, не очень близко знакомы с миз Атири и знают только, что она реставрирует картины в стиле барокко, один местный джентльмен, мистер Паркол Калестри, представитель семейной фирмы «Парк Моторз», согласился пообщаться со СМИ и рассказать о миз Атири подробнее. Сразу же после рекламной паузы мы покажем интервью с мистером Калестри. Не переключайтесь.

Я нервно расхаживаю взад-вперёд по комнате.

— Господи, Парк, — бормочет Лена. Я скрючиваюсь за кухонной стойкой, обхватив голову руками.

Боже мой, как рано они развязали ядерную войну.

— Грета, Грета, — повторяет Самера. Я не отвечаю.

Вновь начинаются новости, я по-прежнему стою за стойкой.

Бегущей строки нет. Ведущая в наушниках говорит кому-то за кадром:

— Что? Серьёзно? Скажи это в прямом эфире, сейчас тебя соединят.

Видео переключается на ту гигантскую парковку, где мы взяли «Вольво». Но мужчина рядом с местным репортёром — не Парк. Это Кафемен, преследовавший нас по крышам Ньюбери от самого «Трезубца».

— Вот чёрт, — говорит Лена.

— Это Зелёные Глаза с крыши, — подтверждает Виктория, изучившая наши фото. Репортёр, принимая передачу в полевых условиях, говорит:

— Спасибо, Лиза. Я стою здесь, на территории Паркола Калестри, владельца «Парк Моторс». Но рядом со мной не мистер Калестри, а его деловой партнёр, который вчера поздно вечером пришёл к нему с визитом. Хотя мистер Калестри сегодня рано утром сам позвонил нам, чтобы договориться об интервью и прояснить ситуацию, деловой партнёр мистера Калестри, некий Мэтт Дрексел, говорит, что мистера Калестри здесь нет. Он тоже пропал без вести. Это правда, мистер Дрексел?

— Это правда. Мы очень переживаем за Паркола. Если кто-нибудь его видел, пожалуйста, свяжитесь с полицией Ленокса.

Лена набирает номер Парка, звонит и звонит.

— Грета, он не берёт трубку. Какого хрена они задумали? Что они сделали с Парком?

— Это тактика запугивания. Они хотят показать, что держат под контролем всё происходящее, нас и наших друзей. Мне нужно срочно позвонить Эл Рэ.

Я, прихрамывая, несусь в свою комнату и с одного из одноразовых телефонов, что купила нам Лена, набираю номер Эл Рэ. Семи ещё нет, но это явно срочно. Она берёт трубку с первого звонка.

— Вы видели новости?

— Да, — отвечает она и, не сбиваясь с ритма, явно опережая меня на несколько шагов, говорит: — Итак, вот что мы собираемся сделать.

По её уверенному тону, нисколько не торопливому, спокойному, прямому и чёткому, я понимаю, почему она справедливо получает всё до последнего пенни из своих 1999,99 долларов в час.

— Сегодня утром мы должны обратить отлив в прилив. То, что они делают, весьма предсказуемо, поскольку они пытаются повернуть дело в свою пользу. Но теперь всё стало очень серьёзным, Грета. Очевидно, Паркола каким-то образом удалось заставить замолчать, но я не думаю, что они рискнули бы причинить ему вред, когда вокруг так много новостных групп, а теперь еще и местные копы. Они начали непристойную дискредитационную кампанию, изображая из вас каких-то чокнутых нарков. В новостях это и будет доминировать, если мы не изменим ситуацию. Сейчас. Этим же утром. Вы со мной?

— Да, конечно.

— Хорошо. Так. Возиться нам некогда. Наши шансы доказать, что «КоКо» заставила Паркола за молчать, очень велики — если мы воспользуемся ими в ближайшее время. Во-первых, очевидно, я беру ваше дело, и, очевидно, вы переводите