«Ангельская» работёнка - Куив Макдоннелл

— Питер, передай своему северному другу, что мне не нравится, когда со мной говорят в подобном тоне.

— Я, блядь, буду говорить так, как захочу. А если тебе ни хуя не нравится, будешь иметь дело с моими боссами.

Франко пожал плечами.

— Ну и кто нынче твои боссы? Я думал, после Соглашения Страстной пятницы[67], которое вы подписали в прошлом году, ваши игры закончатся?

— Ирландская республиканская армия, как всегда, заботится о своих интересах и интересах ирландского народа.

— Ага, — ответил Франко. — Именно в таком порядке.

Робертс выкинул сигарету в сторону пруда и шагнул вперед.

— Я пришел говорить с главным, а не с его жирной обезьяной.

— Томми Картер не бежит на встречу ко всем, кто его зовет. Из уважения он прислал меня послушать, что ты хочешь ему заявить.

— «Из уважения», твою мать…

Франко зевнул, затем посмотрел на Дилана.

— Помню, как вы, пацаны, клялись сражаться с британцами, что бы ни случилось.

Робертс бросился на него, однако Дилан ухватил компаньона большой рукой и оттащил назад.

— Так, хватит уже! Франко, перестань валять дурака.

Франко подышал на руки.

— Я стою тут с вами, мне холодно, и у меня куча дел поважнее. Может, перейдем уже к сути?

Робертс скинул руку Дилана и оправил пиджак.

— Хорошо, — произнес он. — Передай своему мальчику-королю, что его действия не остались не замечены. Его просили внести взнос дважды — и дважды он отказал.

Франко кивнул.

Робертс шагнул вперед и понизил голос, несмотря на то что вокруг, кроме них троих, не было никого, кто мог бы что-либо услышать.

— А еще мы считаем, что оружие, которым вы пользуетесь, было взято у нас без нашего разрешения.

Франко улыбнулся.

— Это то самое оружие, которое вы «приобрели» в армейских казармах в Каррахе[68] пару лет назад без их согласия?

— Никто не смеет у нас воровать.

Франко рассмеялся.

— Что ж, теперь это явно не так, верно?

— Вы готовы произвести компенсацию или нет?

Франко рассмеялся еще раз.

— Компенсацию? Какое прекрасное слово «компенсация»…

Он произнес его медленно, словно пробуя на вкус.

Дилан развернулся к нему всем телом.

— Франко, отнесись к делу серьезнее. Не думай, что наша дружба защитит тебя от чего угодно.

— Дружба? — переспросил Франко, не спуская глаз с Робертса. — Ты, блядь, издеваешься? Ты для нас посмешище, Дилан. Ты и вся твоя тупая братия подражателей. Каким унылым неудачником надо быть, чтобы дублинцу влезть в ИРА и позволить командовать собой всяким северным мудилам, бесконечно воюющим на войне мертвецов?

Дилан поднял мясистую лапу и толкнул Франко в плечо.

— Пошел ты на хуй, Франко!

Покачнувшийся Франко повернул голову и посмотрел на свое плечо.

— На твоем месте я бы больше так не делал.

— Ну что, — сказал Робертс, — мы получим ответ?

— Да, — произнес Франко. — Позвольте воспроизвести точные слова, которые передал для вас Томми: «По поводу ваших компенсаций, взносов и украденного оружия можете ждать, пока на горе не свистнет рак». Кстати…

Франко вдруг свистнул — одним долгим громким свистом.

Через полсекунды на груди Питера Дилана зажглась красная точка, немного превосходящая в размерах ту, что нарисовалась на груди Пола Робертса. Если честно, подумал Франко, размер груди Питера Дилана был таким, что позволил бы разместить и точку побольше.

Дилан опустил взгляд и сглотнул.

— Пол?

Робертс продолжал с ухмылкой смотреть на Франко.

— Этот маленький забавный трюк должен произвести на меня впечатление? Согласен, довольно смешно. Думаешь, ты единственный, у кого за спиной имеются опытные солдаты? — Робертс широко улыбнулся Франко, затем отступил и повысил голос: — Тони, пора вступать в игру!

Ничего не произошло.

Не происходило ничего и несколько последующих секунд.

Когда молчание стало затягиваться, улыбка Робертса медленно погасла.

— Тони? — повторил он еще громче.

Франко расхохотался.

— Видел бы ты свое лицо… — Он отступил на пару шагов и огляделся в притворном изумлении. Затем повысил голос до противной трели: — Тони? Где ты? Твой дядюшка Пол хочет, чтобы ты вышел и поиграл!

Дилан собирался что-то ответить, но Пол взглядом заставил его молчать. Теперь он сам смотрел на красную точку, сиявшую на груди.

Франко продолжал ухмыляться.

— Итак, был ли Тони одним из тех мальчиков, которых ты заранее спрятал в лесу? Или он тот, кто сидел с напарником в фургоне на дороге?

— Не пытайтесь нас наебать.

Франко расхохотался снова.

— «Не пытайтесь»? По-моему, мы уже это сделали. — Он шагнул вперед, и улыбка вдруг исчезла с его лица. — Вот остальная часть сообщения Томми: «Теперь это наш город. Попробуете еще раз влезть в наши дела — и будете считать трупы. Единственная причина, по который ты до сих пор не звезда ваших дурацких похорон в балаклавах, состоит в том, что мы решили не создавать прецедент. Запомни это как следует. И считай своим единственным предупреждением».

Он пнул рюкзак у своих ног.

— Это вам. Одежда ваших пятерых фетишистов. Советую поторопиться. Становится прохладно — представляю, как они мерзнут, привязанные к деревьям в одних трусиках. Передавай боссам, что Томми Картер шлет их на хуй.

Франко повернулся и стал не спеша подниматься по тому же склону, по которому спустился.

— Мы еще не закончили! — крикнул Робертс.

— Тебе лучше надеяться, что все-таки закончили.

Натан Райан вздрогнул и проснулся.

Последние несколько ночей он очень плохо спал. Неужели приснился еще один кошмар? Вероятно, нет — никаких остаточных воспоминаний в сознании не теплилось. Наверное, его разбудил шум. В конце концов, он жил в Темпл-Баре[69], и даже через двойное остекленение пентхауса пробивались пьяные вопли всякой быдлоты.