Порочное место - Владимир Колычев

– На месте следователя себя представляешь? – успокоился он.

– А что?

– Да нет, правильно все. И что, как следователь не веришь мне?

– Да нет, верю. Не совсем, но верю. А ты со следователем говорил?

– Нет, я только сегодня все понял.

– Ты обязательно ему скажи, пусть он работает.

– Скажу, конечно.

– И адвокату надо сказать, а то без него они и пальцем не пошевелят.

– Да, и Косте надо сказать. Он парень шустрый, с головой. Он сказал, что я правильно сделал. Правильно, что вину на себя взял. Тут главное, чтобы ты оборону держала, – на заговорщицкий манер понизил голос Леонид.

– В каком смысле?

– Вадим изнасиловать тебя пытался?

– Так все и было. А ты что, сомневаешься? – возмутилась Элла. – Как ты можешь? Тебе не стыдно?

Сейчас она могла себе это позволить. Леонид сейчас зависит от нее, может, и не целиком, но уж точно во многом, так что пусть терпит ее истеричные выпады.

– Да нет, я в тебе не сомневаюсь, – не очень уверенно, но быстро сказал он. – Просто ты должна держаться этих показаний.

– Я буду их держаться.

– Вадим избил меня, и ты должна это подтвердить.

– Он тебя избил, и я это подтвердила.

– Я был вне себя от бешенства, я был в состоянии аффекта… В общем, я действовал в состоянии сильного душевного волнения, а это не просто смягчающее обстоятельство, это другая статья Уголовного кодекса, всего до трех лет лишения свободы. А могут и два года дать. А если повезет, то я могу отделаться условным сроком. А еще меня под залог могут выпустить до суда.

– А чего же ты тогда грустишь? – улыбнулась Элла.

Она, в общем-то, и не прочь была пожить немного без мужа, но все-таки ей хотелось поскорее увидеть Леню на свободе.

– Все упирается в деньги.

– Есть деньги.

– Сколько там у нас на текущем счету, семьсот тысяч?

– Нет, уже шестьсот. Костя хороший адвокат, но дорогой.

– Денег не жалей. Сколько Костя скажет, столько ему и занесешь.

– У него большие аппетиты.

– Судью надо умаслить, чтобы условный срок получить… Но это я сам сделаю. Если выпустят под залог. А если не повезет, я на тебя доверенность сделаю, – снова понизил голос Леонид. – Костя все устроит. Занесешь эту доверенность человеку, которого я назову, он все сделает, переведет на текущий счет двести тысяч, но в долларах… Или лучше триста?

– Ты сам решай, нам с Олежкой для жизни много не нужно.

– А если не получится с условным сроком, ждать меня будешь? – с надеждой и болью спросил Леонид.

Такой всегда был важный и самоуверенный, а сейчас жалкий, беспомощный.

– Даже не сомневайся, – смело и прямо посмотрела ему в глаза Элла.

– Изменять не будешь?

– Не буду.

– Я тебе верю… Я тебе действительно верю, – просиял он.

– Если будешь верить, я тебя дождусь. А если не будешь мне верить… Все равно дождусь.

– Все будет хорошо, я выйду, и мы уедем отсюда. В этой стране нет правосудия! В этой стране сажают невинных людей!

– А если тебя вдруг оправдают?

– Все равно уедем!

– Я не против, – мило улыбнулась Элла.

Дверь открылась, и показавшийся из-за нее милицейский сержант выразительно постучал пальцем по наручным часам. Дескать, время вышло и надо уходить. Ну да, он рисковал, устраивая им внеурочное свидание, и подводить его не стоит. Хотя бы с расчетом на будущее. Но нет такого будущего, потому что уже завтра Леонида переведут в следственный изолятор. Если суд не изменит меру пресечения, то застрянет он там надолго.

Леонида увели в камеру, а Элла вышла во двор здания, в котором размещался отдел внутренних дел. Сейчас она выйдет к остановке, поймает такси, которое отвезет ее на железнодорожную станцию. Электричкой до вокзала, а оттуда на скоростном «Сапсане» до Питера всего четыре часа – и она дома. Это гораздо быстрее, чем на машине. Хотя, конечно, путешествие в автомобиле комфортней, потому что рядом никого нет. Да и бездомной себя в Москве с машиной так не чувствуешь, как без нее.

– Элеонора Георгиевна! – услышала она за спиной.

Пружинистой, если не сказать подпрыгивающей, походкой к ней шел капитан Шульгин, с которым ей однажды пришлось довольно долго общаться.

Она тогда ждала мужа с машиной, чтобы ехать в аэропорт, а появился этот живчик с ястребиным носом и маленькими въедливыми глазками. Он и принес ей печальную новость, что Леонид задержан и его везут в Москву. И еще Шульгин часа два мучил ее расспросами. В общем, он оставил о себе неприятные воспоминания. Поэтому Элла глянула на него сейчас хмуро, исподлобья.

– Здравствуйте! У мужа были? Как он там поживает? – скороговоркой спросил капитан.

Насолил он Элле в прошлый раз, но сейчас улыбался ей, как будто был ее обожаемым мужчиной.

– А вы не знаете, как он там поживает?

В ее вопросе звучал сарказм, именно поэтому Шульгин проигнорировал его. Ну да, он из тех людей, которые хотят слышать только то, что хотят слышать, а на то, что их не устраивает, просто не обращают внимания.

– Вы сейчас куда?

– Домой, в Питер.

– На вокзал, в аэропорт?

– На вокзал.

– Отлично, мне на проспект Мира надо, могу до Ленинградского вокзала подбросить.

– Спасибо, не надо.

– Да будет вам! Обижаетесь на нас, думаете, нас хлебом не корми, дай только человека посадить! – обнажая ровные белые зубы, весело улыбнулся Шульгин.

Красивая у него улыбка, светлая и даже добрая. И Элла почувствовала, что лед в ее душе начал таять.

– А разве нет? – совсем не зло спросила она.

– Ваш муж убил человека, и вы это прекрасно понимаете.

– Суда еще не было, его вина не доказана.

– Спорить с вами не буду. Моя задача довезти вас до вокзала в целости и сохранности.

– Ваша задача?

– Да, я сам ее себе поставил, а поставленные задачи я обязан выполнять. Так что возражения не принимаются! Прошу!

Он мягко взял Эллу под локоток, помог сесть в свою «девятку».

– Я, между прочим, замужняя женщина, – сказала она. О чем тут же пожалела. Этого не должно было быть, но, увы, в ее голосе прозвучали кокетливые нотки. Нет, она не должна заигрывать с этим капитаном.

– И что? – удивленно посмотрел на нее Шульгин.

– Вы сажаете меня в свою машину, и вам все равно, что подумают люди.

– Какие люди? – засмеялся он. – Здесь одни менты.