Элегия смерти - Чжоу Хаохуэй

в полу. Если тут есть тайник, я хочу его найти. Понял?

– Так точно! – ответил Хуан.

Начальник Чжан повернулся к другому охраннику:

– Ван Хун, ты с двумя помощниками отправляйся на поиски за пределами мастерской. Обратите внимание на окна. Обыскать все в радиусе двадцати метров. Понял?

Лейтенант Ван Хун, заместитель Чжана и его доверенное лицо, кивнул, затем дал знак двум молодым охранникам.

– Вы со мной.

– Чэнь, – продолжал начальник Чжан, – вы шли к грузовику по предписанному маршруту?

Он обращался к охраннику, который сопровождал Ду и Шуня.

– Да, – ответил Чэнь, – мы никуда не сворачивали.

– Что-нибудь необычное случилось за это время?

– Никак нет. Я не спускал с них глаз.

– Хорошо.

Даже если б Ду или Шунь взяли карандаш, выбросить его далеко от установленного маршрута они не могли.

– Возьми еще пятерых охранников и обыщите все вдоль маршрута, особенно участки, где можно что-то спрятать, – в траве, например. Если людей не хватит, зови на помощь кого-нибудь из других блоков.

– Есть.

Чэнь удалился. Он отвечал за самую большую территорию, зато мог привлечь заключенных из трех других блоков. Они прочешут окрестности, и если карандаш там, его обязательно найдут.

Охранники приступили к поискам. Тем временем начальник Чжан придвинул себе стул и сел, закинув ногу на ногу, лицом к двум шеренгам. Он поигрывал дубинкой, переводя взгляд с одного заключенного на другого. Большинство из них опускали глаза.

Начальник Чжан холодно расхохотался.

– Головы вверх, смотреть на меня!

Оставалось только подчиниться.

Он знал: кому-то известно, куда делся проклятый карандаш. Начальник Чжан рассчитывал найти виновного по выражению глаз. Однако, сколько бы он ни вглядывался, ничего не обнаружил. Человек, взявший карандаш, был либо уверен в успехе, либо оказался хорошим актером.

Проиграв психологическую войну, начальник придумал еще один маневр. Встав со стула, он наблюдал за охранниками, со знанием дела обыскивающими цех. Они разделили пространство на квадраты и не спеша осматривали каждый участок. От них не укрылся ни один клочок бумаги, ни одна трещина в стене.

Обыск продолжался два часа, за окнами уже стемнело. Перерыв мастерскую и обшарив все вокруг нее, охранники ничего не нашли. Отряд Чэня тоже вернулся с пустыми руками. Начальник, мрачнея, выслушал отчеты, а затем повернулся к заключенным.

Бедняги стояли у стены почти три часа, ссутулившись и переминаясь с ноги на ногу. Тем не менее, когда начальник Чжан снова к ним повернулся, они тут же подобрались, чувствуя наступление переломного момента.

Наконец Чжан заговорил:

– Хан Вэньчжи, шаг вперед!

Хан от неожиданности замер на секунду, потом выдавил:

– Есть.

– Иди за мной. Хочу кое-что у тебя спросить.

Заключенные переглянулись: мог ли тихоня Хан заварить эту кашу? Начальник Чжан не стал ничего объяснять и быстро вышел из комнаты. Хан побежал за ним, а охранник Хуан крикнул вслед:

– Что делать с остальными?

– Пусть работают сверхурочно. Никого не выпускать, – ответил начальник, не оборачиваясь.

Хуан вздохнул, понимая, что охранникам отдыха тоже не видать.

– Ночь будет долгая. Все за работу! – громко объявил он.

Поднялся гул недовольных голосов.

– А можно сначала поужинать? Я голодный! – закричал Шунь. Стоящие рядом с ним заключенные согласно закивали.

Начальник Чжан, уже стоя в дверях, развернулся и посмотрел прямо на Шуня.

– Кто-то еще хочет поужинать? – тихо и зловеще произнес он.

Заключенные смолкли и поплелись обратно к своим рабочим местам, и только Хан смог выйти на ночной воздух. Уже окончательно стемнело, однако благодаря мощным прожекторам было светло, как днем. Хан знал правила и, опустив голову, шагал вслед за начальником. Они шли на юг, мимо сельскохозяйственной зоны, и вскоре оказались у лабиринта административных зданий.

Вдруг на них упал луч прожектора, и раздался голос:

– Кто идет?

Хан застыл на месте, ослепленный ярким светом.

– Начальник Чжан Хайфэн, – отозвался Чжан, размахивая удостоверением личности. – Тюремный блок номер четыре. Привел заключенного на допрос.

– А, это вы, начальник… Работаете допоздна? – спросил охранник, уменьшая яркость прожектора.

– Да, еще дела остались. – Чжан подтолкнул Хана. – Ну, шевелись!

Они вошли в здание и поднялись на третий этаж в кабинет 311, принадлежавший начальнику. Чжан сел в свое кресло, а Хан топтался у двери, согласно правилам соблюдая дистанцию не менее трех метров от стола. Начальник Чжан жестом поманил Хана:

– Подойди ближе.

Хан послушно сделал несколько шагов вперед. Начальник Чжан откинулся на спинку кресла и сцепил руки за головой, как будто хотел потянуться. Его глаза были прикованы к Хану.

– Хорошо, – начал он. – Скажи мне, что произошло.

Хан мотнул головой.

– Я не знаю.

– Неужели?

Хан занервничал, словно хотел что-то сказать, но не мог решиться.

Начальник Чжан забарабанил пальцами по столу.

– Ты умный человек. Думаю, тебе что-то все же известно. – В ободряющих словах слышалась и угроза.

– Я… ну… – Хан замялся, с его лба сбегали капли пота.

– Просто скажи как есть. Не надо ничего выдумывать.

Хан нахмурил брови.

– Не хочу говорить то, чего не смогу подтвердить.

Начальник решил внести в диалог конкретику:

– Если карандаш взял не Ду Минцян, то это сделал Шунь. Согласен?

– Да, я тоже так думал. – Хан кивнул.

Получив первое признание, начальник Чжан не торопился. Будто кошка, играющая с мышью, он спросил:

– Правда? Что ж, хорошая догадка… На чем основана?

– Карандаша вокруг мастерской не нашли. Остается лишь одна возможность… – Хан вновь замялся. – Я предположил, что Ду или Шунь могли засунуть карандаш между ящиками с товаром на отправку.

Начальник Чжан хранил бесстрастное выражение лица.

– Вот моя идея, – добавил Хан. – Нужно только ее подтвердить.

Начальник закатил глаза.

– И как это сделать?

– Вы можете попросить водителя вернуться, а потом обыскать груз.

– Хочешь поднять шум? Тогда все узнают, что здесь сегодня произошло.

Хан не нашелся с ответом.

– Если карандаш действительно в грузовике, – продолжал начальник, – ничего страшного. Я лишь хочу знать, кто его взял: Ду или Шунь. А главное – зачем.

– По-моему… Шунь, – осторожно произнес Хан.

– Почему? – оживился Чжан. Он чувствовал, что разгадка близка.

– Потому что Шунь и Черныш недавно поссорились. Только у Шуня был мотив.

Начальник Чжан задумался. Вражда между Шунем и Чернышом действительно могла бы стать поводом для кражи карандаша: Шуню не победить в честном бою, поэтому для него имело смысл попытаться выиграть по-другому.

Чжан вздохнул с облегчением. Если все так и есть, по крайней мере, пропавший карандаш не станет проблемой в будущем. И все же начальнику нельзя закрывать глаза на конфликты между заключенными. Если не принять меры сейчас, потом не избежать неприятностей.

– Что у них произошло?

Хан взвешивал слова, стараясь не сболтнуть лишнего.

– Черныш всегда издевался над