Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби? - Джорджет Хейер

— Не сомневаюсь, — сказал Хемингуэй. — Отправляйтесь домой, на боковую. От зубной боли хорошо помогает клеверное масло, Джордж. Вы отлично поработали, не вздумайте на ночь глядя засесть за рапорт!

— Если я вам больше не нужен, то я пошел. — Кэтеркотт забрал свой драгоценный пакет. — Чую скорый снегопад. Теперь постояльцы отеля «Ритц» застрянут не на один месяц. Спокойной ночи, сэр! И тебе, Сэнди!

— Вот она, узость кругозора! — усмехнулся Хемингуэй, когда за Кэтеркоттом закрылась дверь. — Плевать ему на такие мелочи, как убийство! Ну, а наше дело, Сэнди, получило важное развитие. Утром нам предстоит новый визит к леди Нест Паултон.

— Почему не к миссис Хаддингтон? — спросил инспектор с легкой улыбкой.

— Потому что я не страдаю от узости кругозора! — отрезал Хемингуэй.

Но на следующий день в доме на Белгрейв-сквер ему сообщили, что ее светлости нет дома.

— Если имеется в виду, что она никого не принимает, то просто отнесите ей мою визитную карточку, — попросил Хемингуэй.

Дворецкий, тщательно скрывая злорадное торжество, ответствовал, что ее светлость накануне вечером отбыла из Лондона. Он сожалеет, что не может сообщить старшему инспектору адрес или подсказать, когда она вернется, и рекомендует обратиться с этими вопросами к мистеру Паултону.

— А он не уехал?

— Нет, — подтвердил дворецкий, приподняв брови.

— Он дома?

— Мистер Паултон никогда не бывает дома в дневное время. Вы найдете его в конторе, старший инспектор. Есть ли у вас ко мне еще какие-либо вопросы?

— Да. Адрес мистера Паултона в Сити?

Детективы вернулись в машину. Пока она везла их в восточном направлении, Грант медленно произнес:

— Странно, что она укатила, хотя вчера ни словом вам об этом не обмолвилась…

— Зачем ей было говорить мне что-то? Леди Нест не подозреваемая. Хотя вы, конечно, правы: это дурно пахнет. Ей отлично известно, что ее муженек тоже под подозрением. Ну и момент выбрала, чтобы улизнуть в деревню! Что ж, посмотрим, чем нас побалует наш невозмутимый друг.

Сначала всезнающий секретарь доложила, что у Годфри Паултона совещание, но долго ждать в приемной посетителям не пришлось. Уже через несколько минут их пригласили в просторный кабинет, устланный турецким ковром. Годфри Паултон восседал за широким двухтумбовым столом и разговаривал по одному из телефонов. Поприветствовав вошедших кивком, он указал им на кресла. Не похоже было, чтобы Паултон испытывал какое-то неудобство. Глядя на детективов отсутствующим взглядом, он слушал голос в трубке.

— Прекрасно… Жаль, нет! Я могу предоставить вам… — Паултон заглянул в лежавший перед ним открытый блокнот. — Двадцать минут завтра в одиннадцать сорок пять утра. Годится? Жду вас в это время. До свидания! — Он положил трубку. — Не беспокоить меня до ухода этих джентльменов, мисс Метуолд. Доброе утро, старший инспектор! Чем могу быть вам полезен?

— Мне очень поможет, сэр, если вы скажете, где я могу найти леди Нест Паултон, — ответил Хемингуэй. — Она ведь в отъезде?

— Вы ищете мою жену? — удивился Паултон. — Позвольте поинтересоваться, с какой целью? Насколько мне известно, она никак не связана с расследуемым вами делом.

— Тем не менее мне нужен ее адрес, сэр.

— Полагаю, вы сможете обойтись без него.

— Должен ли я понимать это как отказ его раскрыть, сэр, или он вам неизвестен?

— Первое, — спокойно промолвил Паултон. — Вы уже допросили мою жену — теряюсь в догадках, по какому поводу! — и она больше не желает, чтобы ее беспокоили.

— Без сомнения, сэр, но…

— Сам я тоже этого не желаю, — добавил Паултон. — Если бы существовала хотя бы отдаленная вероятность ее участия в убийстве, то все было бы иначе, и я ни минуты не утаивал бы от вас ее адрес. Но ситуация такова, что я считаю себя вправе отказаться раскрыть его вам.

— Сэр, никто не имеет права препятствовать представителю закона, находящемуся при исполнении служебных обязанностей, — отчеканил Хемингуэй.

— Я и не препятствую. То, что моей жены нет дома, как-то вам мешает, старший инспектор?

— Мне необходимо задать леди Нест кое-какие вопросы.

— Очень жаль… Наверное, на ваши вопросы смогу ответить я?

— Я предпочел бы задать их ее светлости.

— Сожалею, старший инспектор, я не могу позволить вам увидеться с ней. Ради экономии времени и во избежание дальнейшего спора скажу вам, что леди Нест нездоровится, и это не позволяет ей кого-либо принимать.

— Грустно слышать, сэр. Внезапный недуг?

— Нет. Несколько недель моя жена находилась на грани нервного срыва. Несчастье на Чарлз-стрит ускорило наступление кризиса. Удивлен, если вы сами не увидели вчера, как сильно ей было не по себе.

— Разумеется, я заметил, что ее светлость сама не своя, — мрачно подтвердил Хемингуэй.

— Странно было бы услышать иное. Ее нервы всегда на пределе. Леди Нест легко вывести из равновесия. С некоторых пор она страдает неврастенией.

— У меня создалось иное мнение, сэр.

Паултон усмехнулся:

— Вы по совместительству врач, старший инспектор?

— Нет, сэр, просто служу в полиции. Работа учит распознавать кое-какие симптомы.

— Неужели? Как загадочно! Хотя в болезни моей жены, как и в ее местонахождении, никакой загадки нет. Спешу сообщить вам, что она в частной лечебнице, и лечащий врач даже мне запретил навещать ее минимум неделю. — Он выдержал паузу. — В случае сомнений я бы советовал…

— Никаких сомнений, мистер Паултон. Охотно верю, что леди Нест находится в лечебнице и ей запрещены визиты. Благодаря этому у меня есть возможность беседовать с вами откровеннее, чем если бы меня сначала допустили к ней. То, что я скажу, вряд ли станет для вас неожиданностью. Во время нашего вчерашнего разговора с ее светлостью нам с инспектором Грантом, имеющим немалый опыт в подобных делах, стало ясно, что она употребляет наркотические средства.

— Полагаю, она принимает больше фенацетина, чем это необходимо для ее здоровья. Да, еще валерьяна — хотя излишне объяснять, что то и другое ей прописали.

— Нет, сэр, препараты иного рода. Мы называем их «белыми»: кокаин, героин, морфий. В случае вашей супруги — кокаин.

Паултон машинально вертел в руках карандаш. Теперь он положил его и сказал ледяным тоном:

— Скверное предположение, старший инспектор!

— Поверьте, сэр, я никому не стал бы предъявлять подобное обвинение без веских оснований.

— Вы пожалеете, что выдвигаете против ее светлости это обвинение!

— Да, если оно окажется ложным. А теперь я открою вам, сэр, что в квартире Сэтона-Кэрью обнаружено большое количество кокаина.