Острая любовная недостаточность - Владимир Колычев

– Это не бредни! Теперь насчет времени. Я нашла его, сделала запрос, получила ответ.

– Это вы о чем?

– Об анализе ДНК… – Ольга Борисовна вдруг осеклась и даже поднесла ко рту кулак, чтобы сдержать поток слов.

На Марьяну она глянула с чувством вины за опрометчивость своих суждений.

– А что с анализом ДНК не так? – Марьяна вскинула брови с явным желанием поднять свекровь на смех.

– Ничего.

– Вы подсунули сыну липовый анализ? Ольга Борисовна, вы в своем репертуаре.

От нервного перенапряжения у женщины дернулась щека, забегали глазки. Марьяна поняла, что попала в точку.

Похоже, Игната всерьез напугал предстоящий развод. Он решил оборвать обязательства, которыми был привязан к Агате, проверил заключение экспертизы на подлинность и потребовал ответа и у Агаты, и у Ольги Борисовны. Крайней, конечно же, оказалась Марьяна.

Так будет всегда. Пока она не разведется с Игнатом. Как будто Марьяна зубами держится за него.

– Вашу бы энергию да в мирных целях, – заявила Марьяна.

– Да, моя энергия направлена на созидание! Твоя – на разрушение. Вот, ознакомься и не падай в обморок! – Она полезла в сумочку и вынула оттуда тонкую, сложенную вчетверо стопку бумаг.

Ни один серьезный документ не мог содержаться в столь неприглядном виде, поэтому Марьяна с беспечной усмешкой наблюдала за свекровью.

Ольга Борисовна распрямила листы, вынула их из файла и швырнула на стол.

– Что это? – Марьяна едва глянула на бумаги.

Она не думала, что анонсированный сюрприз может произвести эффект разорвавшейся бомбы. А зря!

– Решение арбитражного суда. Мы подали заявление о выходе из состава участников «Партнер-Девелопмент», Ведерников нам отказал. Ты в курсе. – Ольга Борисовна снисходительно усмехнулась.

– Я не в курсе. Вы должны были поставить меня в известность.

– В известность тебя должен был поставить Ведерников. Вы с ним одна шарашка. Или ты думаешь, что мы будем сидеть и спокойно ждать, как вы нас тут разоряете?

– Я ничего не знала о заявлении, – рассматривая постановление суда, грудным голосом проговорила Марьяна.

А бумага свежая, двухдневной давности. Теперь ей стало понятно, почему Ведерникова не было на работе второй день.

– Значит, будешь знать. Мы выводим свои активы из вашей гнилой компании. Ведерников, конечно, выкрутится, но тебя он точно выставит за дверь! – ликующе воскликнула Ольга Борисовна.

– Вам от этого станет легче? – спросила Марьяна, с укоризненной усмешкой глянув на нее.

– Да, мне станет легче. Мы выйдем из той жуткой ситуации, в которую вы нас загнали. Кто-то говорил, что в суд обращаться нельзя, тот заблокирует работу компании. И что? Никто и понять ничего не успел, а решение уже вынесено. Уметь надо!..

– Почему вы думаете, что Ведерников не умеет? Он может выйти из состава участников «Партнера», вывести свои активы вместе с заемными средствами. А «Партнер» останется вам. Со всеми долгами. Выжатый и высушенный. Вас же просили не делать резких движений. А вы и заявление подали, и в суд обратились. Так, сейчас!.. – Марьяна взялась за мышку, щелкнула по клавиатуре.

Она ввела пароль, получила доступ к одному из банковских счетов и закрыла глаза, выражая досаду. Денег на счету не было.

Генеральный директор мог снимать средства и без ее участия. Именно поэтому Марьяна мониторила ситуацию каждый день. Утром все было в порядке, и вот началось.

– Что такое? – забеспокоилась Ольга Борисовна.

– Живые деньги уходят, остаются только долги. Ваши. Могу вас поздравить, фактически вы банкрот!

– Нет.

– Почему Алексей Антонович не предупредил меня? Он что, не доверяет мне?

– Не доверяет. К тому же ты знаешь, в каком он состоянии.

Алексей Антонович чувствовал себя неплохо, но ему нельзя было волноваться. Потому он и доверился Марьяне. Во всяком случае, сам так говорил.

– Да и зачем его беспокоить, если есть я? У меня хорошие юристы.

– Возможно, они помогут вам найти покупателя на вашу недвижимость, – заявила Марьяна. – Мой вам совет: срочно продавайте дома и машины, пока их не арестовал банк.

– Я знаю, ты нарочно пугаешь меня! – Ольга Борисовна грозно сверкнула глазами, но при этом приложила пальцы ко рту.

– Мы же договорились, что без меня вы ничего не делаете. Но вы же умнее всех! – Марьяна вонзила в свекровь убийственный взгляд.

– Что же теперь делать?

– Вы уже все сделали. Игната от меня отвадили, слона в посудную лавку запустили.

– Нужно что-то предпринять.

– Есть один вариант.

Марьяна давно взяла под наблюдение фирму, куда Ведерников собирался перевести чистые активы компании «Партнер-Девелопмент». Похоже, процесс уже пошел. Полного доступа к этой конторе у Марьяны не было, но дорогу к ней она знала и движение средств перекрыть могла.

Она понимала, что это будет непросто и опасно. Нужно ли ей рисковать своей головой ради людей, которые только рады будут избавиться от нее? Алексей Антонович – ни рыба ни мясо. Ольга Борисовна мечтает сжить ее со свету. Игнат живет с другой, и мосты к нему сожжены.

– Я могла бы вам помочь, – в раздумье проговорила она. – Но не стану этого делать. Потому что вы мне не доверяете.

– Ты сама понимаешь, в наше время никто не может никому доверять.

– Поэтому мне нужен юридический договор. Я восстановлю ваши позиции. Но за это возьму двадцать процентов от рыночной стоимости акций.

– Что?! – встрепенулась Ольга Борисовна.

– И разведусь с Игнатом, – добавила Марьяна.

– Но двадцать процентов – это грабеж!

Марьяна кивнула, соглашаясь с ней. Хотя вряд ли ее условия можно было назвать грабительскими. Она – жена Игната, который должен унаследовать состояние своего отца. Марьяна могла развестись с ним потом, когда это произойдет, и получить свою половину. Но она решила сделать это сейчас, не дожидаясь, когда с Алексеем Антоновичем что-то случится.

– Ты нарочно все это устроила! – заявила Ольга Борисовна и резко поднялась. – Ты в сговоре с Ведерниковым!

Марьяна даже бровью не повела. Она маленький человек в большой системе. Если все вдруг рухнет, просто отряхнется и пойдет дальше – без работы, но и без долгов. Ольга Борисовна пусть расхлебывает. Ее не жалко.

– Ничего, вы у меня попляшете! – Ольга Борисовна смахнула со стола решение суда, хотела вернуть бумаги в сумочку, но швырнула их Марьяне. – Это вам к исполнению. Иначе по миру пойдете! А ты еще и сядешь за мошенничество! – Она ушла.

Громко хлопнула дверь, но Марьяна даже не вздрогнула. Ситуация требовала от нее хладнокровия и самообладания.