Королева белых мышек - Дарья Калинина

– Зачем? Мельницу-то зачем?

– Не зачем, а забавы ради, – произнес дяденька и поучительно добавил: – Не все же ради заработка в жизни делается, иной раз человеку и позабавиться хочется.

– Скажите, а мы можем повидать тех двоих, которые еще помнят старое Ведрино?

– Отчего же вам их нельзя видеть? Повидайте, коли охота такая есть. Только вряд ли они вам что толковое скажут, старые оба уже слишком, давно из ума выжили.

– А где они живут? Никаких старых домов мы поблизости не видели.

– Так они в новом доме живут. Когда строительство жилья для сотрудников началось, и старикам домик выделили. Только сказать по правде, не очень-то они ему рады были. Не сразу к нему и привыкли. Сначала вроде бы ничего, а потом беда. Как в лес по грибы или по ягоды уйдут, назад вернутся, не могут свой дом найти. Все по деревне бродили, свой старый дом искали. Приведут их, на новый дом покажут, они в слезы. Нет, говорят, не наш это дом. Этот новый, каменный, а наш бревенчатый был да покосившийся. Где же наш-то дом? Что за напасть?

– И как же они теперь?

– Насилу привыкли. Но и теперь иной раз сам старик или его старуха выйдут и стоят, словно не знают, где они.

Потом словоохотливый дяденька из администрации объяснил, как и куда им идти, чтобы добраться до дома стариков, и распрощался с гостями.

Найти дом, в котором жили старики, оказалось нетрудно. Он был последним в ряду других домов и стоял немного на отшибе. Когда началось строительство, этот дом строители возвели первым для своих собственных нужд. А потом старый дом стариков случайно повредил экскаватор. Видимо, сам дом был уже совсем ветхим, потому что развалился от легкого тычка ковшом.

К счастью, никого из хозяев в этот момент дома не было. Руководство комплекса решило презентовать им новый дом. Был он под железной крышей, со стеклопакетами и ровным новеньким забором из металлопроката. Одним словом, для кого-то мечта, а для кого-то самая настоящая беда. Старики привыкли к своему старому дому, он был им родным и милым, а тот, в который их переселили, долгое время не мог стать своим.

Но, зайдя во двор, Мариша заметила, что старики уже обжились в этом доме. В углу имелась поленница, хотя во всех домах имелись газ и паровое отопление, так что топить печи дровами тут нужды не было. Впрочем, верно заметил мужчина из администрации, не все человек делает исключительно нужды ради, многое в жизни он делает и просто для своего удовольствия.

Вот и здешние старики предпочитали топить маленькую металлическую печурку, которую водрузили прямо посредине кухни. На ней же они готовили немудрящий обед, так им было привычнее и уютнее.

– День добрый.

Старики подняли глаза и одновременно посмотрели на гостей. Это были муж и жена, оба старые и сморщенные от времени, словно сухофрукты. За долгую совместную жизнь они стали удивительно похожи друг на друга. Одинаковые морщины, одинаковые светлые глаза, одинаковые лысые головы. Понять, кто из них жена, а кто муж, можно было исключительно по юбке на хозяйке и брюкам, которые красовались на хозяине.

Мариша выложила на стол конфеты и печенье, которые они купили в местной продуктовой лавочке по дороге к старикам. Мариша ожидала, что дед с бабкой если не обрадуются, то хотя бы поблагодарят за угощение, но те смотрели на него вроде как со страхом.

– Мы к вам с просьбой, помогите нам разыскать одного человека.

– Кого ищете? – равнодушно проронила старуха.

– Лидию Прохорову. Она родилась и выросла в Ведрине, хотя уехала отсюда уже лет двадцать тому назад.

Теперь на лицах стариков промелькнуло что-то такое, что позволило Марише думать, что пенсионеры не совсем уж безнадежны.

– Это чья же будет? – произнес старик. – Уж не Прохорова ли Ромки дочка?

– У нашей Лидии отчество по паспорту Ромуальдовна.

– Точно! – обрадовался старик. – Наша она будет. Ромуальдом ее отца писарь в управе спьяну записал. После отец Ромуальда скандалить ходил, да документ больно хлопотно переделывать было, так и оставил.

– Жил у нас такой Ромуальд Прохоров, – подтвердила и старуха. – Помер, правда, давно. И он, и жена его.

– Все померли.

– Нет, не все. Мы же с тобой живем. Пока мы живем, и они все живы.

– А вы давно видели дочку этого вашего Ромуальда Прохорова?

– Видели… Надысь приезжала.

– Когда? – изумилась Мариша.

– Намедни, говорю.

– А точнее?

– Да что я, в голове помню, когда ее там принесло! Несколько дней назад приезжала. Два или три? А может, вчера? Дед, ты помнишь?

Мариша обрадовалась и немного встревожилась. Обрадовалась она долгожданной весточке о Лидии, выходит, она жива. А встревожилась сыщица потому, что не была уверена, можно ли полагаться на память этих двух стариков весьма почтенного возраста. Судя по рассказам односельчан, с головой у старожилов их поселка было плохо. Может, Лидия приезжала не на этой неделе, а на позапрошлой или вообще несколько месяцев или даже лет назад. А может, наоборот, приезжала только вчера.

Но Мариша продолжала расспрашивать стариков и узнала следующее. Дочка Ромуальда Прохорова, над которым из-за его имени все в Ведрине потешались, и никто его полным именем не звал, а звали все по-простому Ромкой, явилась в дом к старикам незваная и непрошеная.

– В шубе крутилась. На дворе еще слякоть, а эта уже шубу на себя напялила.

– Но уж и шуба до чего хороша, – вступилась бабка. – Рыжая, до полу, из лисы, не иначе. Ты вот мне все обещал лису из чащи на воротник принести, да, видать, так и помру, не дождавшись воротника.

Марише стало смешно. Ну дает, старушка. Из самой песок сыпется, во рту ни одного зуба не осталось, а на голове волоса, а туда же, воротник ей лисий подавай. Но и то верно, всю жизнь о воротнике мечтала и не получила, а тут у какой-то девки сразу целая шуба!

Была ли такая шуба у Лидии, Мариша сказать не бралась. Но она сильно сомневалась, что Лидия, человек с хорошим вкусом, надела бы длинную шубку, когда еще и снег-то не выпал. Не говоря уж о том, что из дома она ушла совсем в другой одежде. На Лидии было светлое полупальто, в этом Мариша готова была поклясться. Она и сама это полупальто на Лидии в школе видела, и на фотографии, предоставленной Сержем, пропавшая женщина была в том же полупальто.

И как же светлое полупальто умудрилось превратиться в длинную шубу из рыжей лисы? Неужели Лидия все-таки заходила к себе домой? Заходила, переоделась, но не оставила даже записки? Почему? Не смогла? Побоялась? Или ей не дали? Очень возможно, что и не дали. Как не смогла Лидия позвонить до сих пор, так не смогла она оставить и весточку сыну.

Но почему все-таки Лидия надела шубу, которая совсем была не по сезону? Сколько бы ни выкрала Светлана, она не смогла вынести весь гардероб Лидии, в шкафах осталось еще достаточно одежды, чтобы одеться соразмерно плюсовой температуре, которая держалась на улице.