Королева белых мышек - Дарья Калинина

– Какие дивные места! – восклицала она. – Просто пейзаж на пейзаже.

Золотая осень… Деревья стояли еще в прекрасных нарядах. Осыпанные багрянцем клены, яркая рябина, березы в отражающих солнечные лучи шлейфах, сохранившие зелень липы. Внизу у стволов деревьев нашли себе приют самые разные кустарники. Боярышник, калина и многие другие, названия которых Мариша даже и не знала, украсили собой природу, словно даря людям напоследок перед приходом скучной поры последние отблески летнего тепла и счастья.

– И приходит кому-то в голову уезжать отсюда! – вырвалось у Мариши.

Но Степан с ней не согласился:

– В городе веселей. Я бы тоже не смог в деревне жить. Это привычка нужна.

Но когда они подъехали к Ведрину, то оказалось, что далеко не всем людям так уж нравится жить в больших городах. Многие с удовольствием приезжают и живут в сельской местности. Мариша с изумлением вертела головой по сторонам.

– Чудеса!

Если по дороге почти от самого города Марише встречались заброшенные деревеньки с плохонькими покосившимися заборами и посеревшими от времени домами с просевшими крышами и гнилыми ставнями, то в Ведрине все дома были новыми, крытыми железом или черепицей. И как-то сразу становилось ясно, что в них живут круглый год, а не только летом. Дорога, которая шла через всю деревню, была асфальтовая, подъезды к домам тоже.

– Смотрите, гуси! – удивился Степан, когда дорогу ему преградило целое стадо гусей.

Белые гуси тянули свои длинные шеи и враждебно шипели на автомобиль. Некоторые птицы до того обнаглели, что подходили к машине и клевали ее. Степан дал гудок, но гуси на него не отреагировали. Разве что еще громче зашипели и угрожающе замахали крыльями. Вид у них был задиристый, было ясно, что эти птицы себя в обиду не дадут.

– Ох и здоровущие! С такими на дороге встретишься, заклюют!

Мариша растерянно смотрела по сторонам. Сколько домов! Нет, не так ей представлялось Ведрино. Она-то думала, что это небольшая и тихо загибающаяся деревенька, в которой старики мирно доживают свой век. Найти среди них человека, помнящего Лидию, было бы нетрудно. А тут столько домов… И все новые. Куда сунуться? К кому обратиться с вопросом про Лидию?

– Девичья фамилия исчезнувшей женщины – Прохорова, – внезапно произнес Степан. – Лидия Прохорова.

Эта информация была весьма кстати.

– Надо бы нам в сельсовет сунуться, или что у них тут есть?

– Сейчас выясним.

Людей на улице им не попадалось. Наконец встретилась молодая женщина, деловито двигающаяся им навстречу и что-то изучающая в своем смартфоне.

– Привет, – вышла Мариша из машины. – Вы не подскажете, кто бы мог нам помочь в поисках вашей односельчанки? Ее зовут Лидия Прохорова.

– На почте спросите, – откликнулась девушка. – Или на ферме.

– Какой ферме?

– Вы чего? Не знаете, где ферма?

– Нет.

Женщина даже оторвалась от своего смартфона и посмотрела на Маришу. Та развела руками. Видя, что чужаки и впрямь не знают местность, женщина махнула рукой на пригорок, на котором виднелось здание, похожее на административное.

– Туда езжайте. Там вам все объяснят.

На дверях администрации была повешена табличка ООО «Ведрино».

– И что? Ничего не ясно.

Немного поколебавшись, они вошли внутрь.

Внутри помещения было тепло и уютно. На стенах в коридоре были развешаны сделанные из соломки и дерева панно, картинки и безделушки. Поделки из веток калины, кистей рябины, боярышника и черноплодной рябины стояли на полочках. Были тут целые композиции – ежик, мастерски сделанный из сосновых иголок, бредущий через осенний лес и встретивший на своем пути огромный гриб. Золушка из еловой шишки, важно восседающая в карете из маленькой тыквы, запряженной шестеркой мышек – сосновых шишек. Мышки-шишки улыбались, Золушка тоже. И даже волк, выглядывающий из-за стога сена, производил впечатление домашнего зверя.

От всего этого в помещении создавалась особая аура – приветливая и дружелюбная.

В следующем помещении сыщикам встретился дядечка лет шестидесяти. Он сидел за столом, сосредоточенно разглядывая какие-то испещренные синими печатями документы. Несмотря на лысину и седую бороду, назвать его старичком ни у кого язык бы не повернулся.

– Вы ко мне? По какому вопросу?

В речи его не было и намека на старческую медлительность.

– Мы к любому, кто поможет нам найти Лидию Прохорову. Она жила в этой деревне.

– Когда?

– Ну… Лет двадцать назад, наверное.

Мужчина улыбнулся.

– Из прежних жителей сейчас в поселении осталось всего два человека. Да их и было двое, старожилов-то. А все прочие, кто сейчас живет в Ведрине, приехали в эти места уже после.

После – это означало после строительства аграрного комплекса, названного так же, как и деревенька, в которой он расположился. Вот в чем было дело. В тех крепких новых домах, которые видели по дороге друзья, жили не просто деревенские жители, перебивающиеся, как говорится, с хлеба на квас, тут жили люди, работающие в аграрном хозяйстве. Видимо, заработной платой сотрудники не были обижены. Жильем тоже. Так отчего бы и не жить в сельской местности, коли тут лучше, чем в городе?

И Мариша невольно поинтересовалась:

– А что вы тут выращиваете?

– Главным образом скот, – признался дяденька. – Земледелие у нас в регионе вещь рискованная, прохладных и дождливых дней слишком много случается. Хотя, конечно, в последние годы стало заметно теплей. Брокколи вот, к примеру, выращиваем. По три урожая снимаем.

– Неужели по три? – не поверила ему Мариша.

– Честно говорю, не обманываю. Брокколи ведь чем выгодна, обычную или даже цветную капусту посадишь и жди. А брокколи только первый урожай снимешь, как сразу из боковых пазух новые кочанчики уже лезут. Поменьше, конечно, размерами, но зато много. Тут вовремя подкорми и второй урожай снимешь, а там и третий. Некоторые и четвертый ждут, уже по холодам снимают. Огурцы и помидоры – это у нас круглогодично, в теплицах растим. Но на продажу почти не вывозим, все сами потребляем. Еще в прошлом году чистили новые поля, всю траву, листья и природный мусор стащили на одно поле, перекопали и посадили там тыкву. Урожай получился хороший, тыква к перегною относится с пониманием. Это мы продали, а что не продали, сами съели и скотину угостили. Но в основном нам доход приносит крупный рогатый скот – коровы и бычки.

– А мы еще гусей видели.

– Гуси – это личное подсобное хозяйство одного из наших деревенских. Выкопал своими силами пруд, гусей с десяток купил. Они у него за три года расплодились, пришлось ему запруду на речке строить. Говорит, в следующем году водяную мельницу на запруде поставит.