Запасной выход из комы - Дарья Донцова

В прошлом парочки есть темная история. Перед выпускными экзаменами в школе Головановы отправились на пикник с приятелями. Компания состояла из двух их одноклассников, Владимира Чернова и Клавдии Юркиной. Последняя поругалась с товарищами и убежала. Ребята не стали ее искать. Вечером они, взяв рюкзак Клавдии, вернулись домой и узнали, что Юркина не возвращалась. Все. Девочку так и не нашли. Ее мать громогласно объявила Чернова и Головановых убийцами, кричала:

– Витька и Вовка к Клаве приставали. Дочь мне на них жаловалась. Парни ее изнасиловали и убили.

Но, кроме слов убитой горем матери, других обвинений не было. Отец Чернова служил начальником местной милиции. После получения аттестата вся троица уехала в столицу. Чернов поступил на журфак, через два года умер от передоза героина…»

– Простите, – прошептал женский голос.

Я подняла глаза и увидела голову Тани, которая высовывалась из туалета.

– Посторонних нет? – осведомилась моя тезка.

– Договаривались же, что вы не встаете до моего возвращения, – упрекнула я последовательницу шамана Минимаркета.

– От аромата каши проснулась, – призналась Татьяна, – обожаю геркулес. Не удержалась и слопала. Извините. А сейчас меня чего-то тошнит! Я к кашке в больнице пристрастилась, когда язву лечила. Про больной желудок забыла, здоровая теперь. Но геркулес ем, как в клинике давали, варю на воде, а здесь был на молоке. Наверное, поэтому меня стошнило.

– Ерунда, – отмахнулась я, – съели – и ладно.

– Потом в туалет захотела, – объяснила Таня, – засела там, слышу, кто-то вошел, голоса. Сообразила, что выходить нельзя.

– Вы молодец, – похвалила я, – спасибо за помощь. До свидания.

– Вам мерси, – заулыбалась Таня, – поспала я в кайф, поела, помылась! Блеск. Могу и сегодня здесь задрыхнуть.

– Если понадобится, непременно попрошу вас, – кивнула я и встала.

Татьяна стала вылезать в окно из палаты и свалилась в кусты.

– Вы живы? – спросила я, подходя к окну.

– Ага, – прокряхтела Таня, – только чего-то живот крутит, прямо война там.

– Ну, готовы к процедуре? – произнесла Карина за моей спиной.

Я обернулась:

– Наверное. Вот решила воздухом подышать.

– После занятий погуляете, – пообещала Кара. – Давайте окошко закрою. Вдруг кто влезет!

Я прикинулась испуганной:

– Мне говорили, что в клинике безопасно, и на сайте у вас так написано. Видела, что повсюду камеры висят, и в палате они тоже есть.

– Не беспокойтесь, видеонаблюдение постоянное, – не моргнув глазом, соврала медсестра, – но на площадке сумасшедшие любители шамана. Кто знает, что им в голову втемяшится? Залезут к вам, попрутся в туалет, в вещах рыться начнут. Конечно, вскоре охрана примчится, но вмиг она из-под земли не появится. Лучше не рисковать.

Я легким движением оттеснила девушку от подоконника и сама захлопнула окно.

– Вы абсолютно правы.

– Чудесная машина, – гордо возвестил Филипп Андреевич, показывая на нечто, смахивающее на скафандр без шлема.

«Машина» была прикреплена к толстой железной палке, а та в свою очередь держалась на ремнях и каких-то креплениях, которые спускались с потолка.

– Нравится? – спросил Маслов.

– М-м-м, – промычала я.

– Моя докторская диссертация, – похвастался врач, – в мире ничего подобного нет.

– Интересная штука, – польстила я ему. – Как она работает?

– Облачаетесь в освежитель мозга, – предложил Филипп Андреевич. – Конечно, научное название аппарата другое, но оно длинное, плохо простым человеком запоминается. Поэтому я именую изобретение освежителем. Я вас хорошенько закреплю, задам программу, и начнется процедура. Во время манипуляции вам будут задавать вопросы на проверку умственной деятельности. В зависимости от правильного или неверного ответа программа сама себя скорректирует. Вы получите мощный толчок, память заработает как часы. Ну? Начнем?

– Ладно, – без особого энтузиазма согласилась я.

– Влезайте, – приказал Маслов.

– В скафандр? – уточнила я.

– В костюм, – поправил Маслов.

Я кое-как влезла в одежду.

– Ноги щелкнули? – поинтересовался врач.

– Нет, а должны? – спросила я.

– Пропихните ступню подальше.

– Не получается, ботинок маленький.

– Не может быть.

– Сами попытайтесь.

– Вылезайте, – велел Филипп Андреевич, – изначально неправильно получилось. Нужно принять позу Леонардо да Винчи.

– Это как? – не сообразила я. – И кто это?

– Вы не знаете, кто да Винчи?

Я решила вдохновенно изображать даму с амнезией.

– Возможно, он мой сосед? Или коллега?

На лице Филиппа Андреевича появилось задумчивое выражение. Скорей всего, доктор пытался понять: пациентка – идиотка? Она просто никогда не слышала про великого Леонардо, создателя «Моны Лизы», других полотен и многих технических изобретений? Или госпожа Сергеева напрочь забыла про это.

– Давайте покажу, – решил Маслов и полез в комбинезон. – Руки сюда, голову держим ровно, таз помещаем в углубление, теперь ноги засовываем до сигнала.

Послышался щелчок.

– Вот, – обрадовался врач, – готово. Вам остается лишь взять с меня пример.

– Поняла, – вздохнула я, – сейчас попробую.

Пару секунд мы с Масловым смотрели друг на друга, потом он сказал:

– Татьяна, позовите Карину, аппарат нельзя покинуть после щелчка. Капсула расстегивается или после полного завершения цикла исследования, или принудительно. Поторопитесь, пожалуйста, времени до старта две минуты.

Я вышла в коридор, увидела пустую стойку и крикнула:

– Карина!

Нет ответа.

– Кара!

Никакой реакции, пришлось вернуться назад.

– Медсестры нет.

– Безобразие! Куда она подевалась? – разозлился доктор.

– Может, в туалет побежала, – решила я.

– Татьяна, подойдите к пульту управления, – попросил Маслов.

– Такая доска с лампочками? – уточнила я.

– Именно она. Слева зеленая кнопка. Видите?

Я посмотрела налево. На мой взгляд, пупочка синяя, а другой тут просто нет.

– Нашли? – с нетерпением осведомился Филипп Андреевич.

– Да.

– Нажимайте скорей!

Я ткнула пальцем в кнопку. Послышался скрип, комбинезон начал раскачиваться.