Черная полоса - Владимир Колычев

Глеб качнул головой, озадаченно глядя на Лилию. Он практически влюбился в нее, но именно поэтому и не мог отдать в услужение какому-то Холодову. Не доверял он ей. У нее ведь и до Матвея было много мужчин. Она об этом не говорила, но Глеб все знал.

А еще Лилия умела соблазнять. Она и его совратила, и Холодов перед ней не устоит. Как бы эта девица не устроила ему эротическую пытку, изображая госпожу с плеткой. Он, конечно, мигом выложит ей все секреты. Но не те.

Нет, не отправит Глеб Лилию в банк секретаршей. Но все же делать что-то нужно. Как ни крути, а она права. Нельзя оставлять семейный бизнес без присмотра.

Здания длинные, приземистые, из белого кирпича, но серого цвета, да еще и с грязными подтеками. Шиферные крыши под снегом, сосульки чуть ли не до земли. Но в целом все хорошо. Котельная работает, склады отапливаются, холодильники в исправном состоянии. И автомобили здесь могут разгружаться, и железнодорожный транспорт. Все хорошо, но Матвей уже принял решение.

— Извините, не подходит, — сказал он мягким тоном, но жестко и отстраненно посмотрел на хозяйку складов, выставленных на продажу.

— Но как же так? — От обиды у нее заслезились глаза.

— Еще раз извините. — Он повернулся к ней спиной и направился к своей машине.

Ощущение у него при этом было такое, как будто вот-вот вслед ему мог полететь камень.

Склады действительно хорошие, место неплохое, цена вполне подходящая. Матвей уже шесть раз отмерил и только на седьмой сказал «нет». Он сделал это так, что женщина даже не стала торговаться.

Наверняка и мебель на этих складах инвентаризирована, и техника пронумерована. Однако эти склады представляли собой старое советское наследие, а страна уже жила в капиталистической эре, где во главе угла деньги. Глаз покупателя должно радовать все, даже самая мелочь, а здесь вокруг сплошная серость и убогость.

Новые склады нужно строить в современном стиле, из модных материалов. Конечно же, найдутся люди, которые помогут ему определиться с выбором и возведут новый комплекс «под ключ». Деньги у них с Василисой для этого есть.

Еще можно было взять за рога наследников Рубахова и заставить их вернуть награбленное, но Матвей не хотел связываться с этим. Во всяком случае, пока.

Рядом с его машиной стоял белый «Фольксваген», который показался ему знакомым.

Да, точно, из него вышла Лилька. В прошлый раз на ней была шубка, сейчас такая же светлая и короткая дубленочка с меховой оторочкой. Облегающие джинсы из эластичной ткани, сапожки на шпильке.

Выглядела Лилька как минимум привлекательно. Вела она себя так, как будто Матвей был без ума от нее, величественно улыбнулась и повела рукой, то ли махнула ему в знак приветствия, то ли подставила ее под поцелуй.

Но прикладываться к ее ручке Матвей не собирался.

— Скажу честно, я здесь не случайно, — проговорила она, предвосхищая его вопрос.

Матвей поблагодарил ее за честность кивком, с ироничной улыбкой на губах.

— И вопросы у меня не случайные, — продолжала Лилька.

Матвей усмехнулся, глядя на нее. Красиво стелет, да и сама вся из себя. Подержаться бы за нее. Она бы не отказала. Но нельзя. Слишком уж серьезно у него с Василисой. Он уже завязал себя в узел.

— У Глеба отец пропал.

Матвей удивленно повел бровью. Он-то здесь при чем?

— Может, ты что-то знаешь?

— Это ты не по адресу заехала.

Он уже знал, что к тете Розе подъезжали телохранители Рубахова, даже отправился к ней домой, чтобы подстраховать, но не успел. Парни уехали, не тронув ее. Только вряд ли они поверили ей на все сто.

В тот же день тетя Роза уехала из Москвы. Повод для этого у нее теперь был. Артур Санжеев наехал на эту женщину, предложил ей продать ему дом по льготной цене.

Только вот вряд ли тетушке придется объясняться с милицией. Органы розыском людей, пропавших без вести, занимаются спустя рукава, если только у них нет материальной заинтересованности. А со стороны Рубахова их никто, похоже, не мотивирует.

— Только не думай, что мне это интересно, — сказала Лилька.

— Неинтересно? — Матвей удивленно усмехнулся.

— Мне за себя интересно, — сказала Лилька и огляделась по сторонам. — Помнишь, о чем я тебя предупреждала?

— Как такое забыть?

Матвей тогда не очень-то поверил Лильке, но все-таки решил взять Рубахова под наблюдение. Оказалось, что нисколько не зря. Иначе он просто не смог бы спасти Василису.

Стрелять Матвей умел, рука у него не дрогнула. Василиса до сих пор не могла отойти от шока.

— Вдруг ты слишком правильно меня понял, — сказала Лилька. — И принял меры.

— Не понял я тебя. И мер не принимал. Так что можешь спать спокойно.

— Буду спать, — проговорила она. — С Глебом.

— Это ты сейчас к чему сказала?

— Вдруг ты глаз на меня положил?

Матвей с иронией глянул на Лильку. Будь она мужчиной, он сказал бы, что именно положил на нее. Но ведь перед ним женщина. Причем очень соблазнительная. К тому же не она бросила его.

— Даже не мылься! — предостерегла его Лилька с наигранным возмущением и ноткой разочарования.

Матвей развел руками, слегка подыгрывая ей. Дескать, может быть, я и хочу чего-то, но раз уж ты выставляешь запрещающий знак, то мне, так уж и быть, придется зажечь стоп-сигнал.

— А ведь было время, да?

Лилька козой скакала вокруг него, пытаясь показать, насколько он ей безразличен. А глаза живые, теплые, даже голодные. Матвей мог прямо сейчас взять ее за руку, подтолкнуть к машине, а дальше она сама все сделает. На стоянке всего два автомобиля, вокруг ни души, никто не подойдет, не побеспокоит.

— Я не в курсе, что там с Рубаховым, — сказал Матвей, глянув на свою тачку. — От меня ты ничего не узнаешь.

Не станет он тащить Лильку в машину, а просто сядет и уедет. Матвей сегодня вычеркнул только одну строчку из длинного списка. Дел у него было еще много.

— А телохранители Рубахова на тебя думают, — спускаясь на землю, сказала Лилька.

— Ну и на кого им еще думать? — Матвей пожал плечами.

— Это правда, что Рубахов кинул тебя?

— Василису.

— Ты же не мог ему этого простить?

— Я не трогал Рубахова.

— А он тебя трогал. Может, нашла коса на камень. Я понимаю, ты ничего не скажешь.

Но хотя бы намекни, жив он или нет. А то у меня камень на душе. — Лилька приложила руку к груди.

— Если он жив? — Матвей внимательно посмотрел на нее.

— Вообще! — Лилька заметно растерялась, не зная, как реагировать на этот его взгляд.