Братство волчьей стаи - Владимир Колычев

— Да уж. Тайга такая же большая и глубокая, как океан.

— И не говорите, — глядя, как взлетает вертолет, сказал Чащин.

— Даже не знаю, что делать, — вздохнул Кручинин.

— А что делать?.. Займитесь убийствами, которые расследовала Татьяна Сергеевна.

Игнат Игоревич покачал головой. Сначала он должен был найти группу Знаменовой, а потом все остальное. Тем более он уже изучал материалы следствия, оперативники опрашивали свидетелей, всех, кто мог быть причастен к этому делу, но пока никаких подвижек. И убийство егеря Бортникова грозило навсегда остаться «глухарем». Майор Тернов рыл носом землю, но убийцу найти не мог…

— А Знаменову мы найдем. Ищем, — сказал Чащин.

— Я заметил, — кивнул Кручинин.

Действительно, он видел группы вооруженных охотников, которые прочесывали тайгу. Работа шла, и это радовало. Никто не сможет обвинить подполковника Кручинина в том, что он бездельничал в Волкобойске.

— Завтра вертолета не будет, — с легким чувством вины посмотрел на него Чащин.

— Да, но пропавших искать, я надеюсь, не прекратят?

— Нет, конечно. Более того, расширим зону поисков.

— Очень хорошо.

— А вы пока отдыхайте, Игнат Игоревич, — улыбнулся Чащин. — Можете, устроить завтра банный день. Бассейн в полном вашем распоряжении… Ну и с Лизой у вас, я так понимаю, все хорошо.

— С Лизой? — опешил Кручинин.

— С Лизой. — Виктор Борисович удивленно повел бровью. — А что здесь такого? Она женщина незамужняя, и ваши с ней отношения имеют право на жизнь. Или нет?

— Нет у нас никаких отношений.

— Игнат Игоревич, ну зачем же вы так? — Чащин иронично пригрозил ему пальцем. — Я же не ваша жена, я вас осуждать не собираюсь.

— А при чем здесь моя жена?

— Ни при чем. Она ничего не узнает, поэтому ни при чем. Да и как она может узнать?

— Как? — Кручинин напряженно смотрел на собеседника.

Он вдруг понял, что разговор этот затеян не просто так. Похоже, Чащин решил, что взял его на крючок. Но зачем ему нужно шантажировать следователя, с которым у него полное взаимопонимание?..

— Вот и я говорю, что никак, — улыбнулся Чащин. — И начальство ваше не узнает. Ну, если, конечно, ваши подчиненные будут держать язык за зубами.

— Мне кажется, мы друг друга не понимаем.

— Может быть… Не буду вас задерживать, Игнат Игоревич. Хорошего вам отдыха!

В пожелании можно было уловить саркастические нотки. Увы, но у Чащина имелось основание иронизировать над Кручининым и его группой. Да, они пытаются расследовать убийства, искать пропавшую группу, но, по сути, эта работа превратилась в организованный отдых. Баня, бассейн, бильярд, теннис. Даже недавний полет на вертолете можно было отнести в разряд увеселительных прогулок. Пива в полете не было, но настроение у оперативников было ясное, ничем не омраченное. Да и сам Кручинин не унывал.

Лиза встретила его в холле.

— Зайди ко мне в кабинет! — строго сказал он, проходя мимо.

Кручинин покривился на ходу. Действительно, хорошо он устроился здесь. У него и спальня отдельная в роскошном доме, и кабинет. И даже персональная женщина.

А кабинет богатый, один только стол стоил тысяч сто, не меньше. Откуда в распоряжении Чащина такой дом? И куда делся его хозяин?..

Кручинин схватился за голову в ожидании Лизы. Только сейчас на ум пришли простые по сути, но шокирующие по содержанию вопросы. Догадки, может, и были, но возмущения они не вызывали.

Лиза вошла в кабинет по-кошачьи мягкой походкой, тепло улыбнулась Игнату Игоревичу, села на край стола, положив руку на его плечо.

— Что-то случилось? — нежно и вкрадчиво спросила она.

— А что может случиться? — Он взял женщину за руку, снял ее со своего плеча.

— Не знаю.

— И как я разговаривал с Чащиным, ты не видела?

— Видела. — Она снова положила ему руку на плечо.

Игнат Игоревич хотел снять ее, но Лиза предупредительно качнула головой. Она обидится, если он сделает это. А он не хотел ссориться с ней. Даже при всех своих подозрениях не хотел.

— А кто такой Чащин? — спросил он.

— Заместитель главы администрации.

— Откуда ты это знаешь?

— Я знаю его самого.

— Откуда?

— Ты ревнуешь? — удивленно и вместе с тем поощрительно спросила она.

— А я должен ревновать?

— Когда-то я жила с ним…

— Что?! — встрепенулся Кручинин.

— А что здесь такого? Мне тридцать четыре года, я давно уже не девочка.

— Ну-у…

— Он развелся с женой, у него был сложный период, а я работала у них горничной. Он очень хороший мужчина.

— Это ты говоришь после того, как он тебя бросил?

— Он меня не бросал. Просто в его жизни появилась новая женщина. Я могла работать у него и дальше, но я решила уйти. Он помог мне с новой работой.

— Значит, он определил тебя сюда?

— Да, он. Но расстались мы с ним еще прошлым летом. А весной я осталась без работы, и он отправил меня к вам. Все очень просто.

— И ты рассказала ему о наших с тобой отношениях?

— Ну, в общем, да. Он спросил, я ответила.

— А зачем ему это знать? — сдерживая злость, сквозь зубы спросил Кручинин.

— А ты разве не следователь? — удивилась Лиза.

— Следователь.

— Разве тебе не интересно знать, кто такой Чащин?

— Интересно.

— Вдруг ты его в чем-то подозреваешь?

— В чем я могу его подозревать? — Игнат Игоревич почувствовал себя следователем на допросе.

— Ну, мало ли… Он богатый человек, это трудно скрыть. Да он и не пытается. А откуда у него деньги? Он был обычным милиционером, уволился в звании капитана. Как он смог подняться?

— И как он смог подняться? — В душе у Кручинина шелохнулась зависть.

Чащин был обычным капитаном, и вдруг стал заместителем главы администрации, под его контролем все силовые и правоохранительные структуры города. Может, на этом он как-то делает деньги. Или бизнес у него серьезный… Возможно, он предоставил московским гостям свой дом. Один из своих домов…

— Вот видишь, тебе это интересно, — невесело улыбнулась Лиза. — Вдруг ты начнешь копать под него?

— Для этого нужны веские основания.

— Вдруг ты их найдешь?

— А они есть, эти основания?

— Не знаю… Ты же знаешь, что такое горно-обогатительный комбинат.