Свекровь дальнего действия - Люся Лютикова

Я изобразила задумчивость:

— Мало ли кто. Может, Армия Спасения. Может, родственники Евы Ивановны готовили, а она у них еду брала. Ева Ивановна ведь с родственниками живет?

— Жила, — поправила Дарья Андреевна, — убили ее. Невестка, кстати, и убила, с которой она в одной квартире проживала.

— Видите, ситуация проясняется, — со значением произнесла я.

— Да… точно… — прошептала пенсионерка, широко распахнув глаза.

— Ну, вас-то не убьют, — успокоила я ее, — в вашей семье никто, кроме вас, не готовит. Видите, не так уж и плохо ваше положение, как кажется.

Я уже не сомневалась, что Дарья Андреевна не способна убить — не только Еву Ивановну, но и вообще кого бы то ни было. Ведь убийство требует нешуточных эмоциональных сил, а пенсионерка настолько душевно и физически истощена, что едва держится на ногах.

Но проверить на всякий случай не помешает.

— Скажите, пожалуйста, в прошлую субботу вы где были? Около полудня.

Дарья Андреевна даже не поинтересовалась, зачем я спрашиваю.

— Ехала в поезде Москва — Смоленск на свидание к сыну, — послушно отчиталась она.

— Билет сохранился?

Порывшись в смешном ридикюле из кожзама, дама нашла билет и протянула мне. Дата, время — всё сходилось.

— Опять цены на железнодорожные билеты повысили, — вздохнула она и без паузы спросила: — Так вы берете меня на работу?

Не хотелось давать ей ложную надежду, я уклончиво ответила:

— Мне еще надо побеседовать с другими кандидатами.

Дарья Андреевна всё поняла и, покорная судьбе, опустила плечи…

Выйдя на улицу, я чувствовала себя выжатой, как спитой пакетик чая. Я не обязана помогать Дарье Андреевне, она мне чужой человек, но почему же тогда так паршиво на душе?

Теперь я знаю, куда Ева Ивановна выносила стряпню своей невестки. Она сбывала еду продавщицам, по сто рублей за порцию, а деньги, копеечка к копеечке, откладывала на сберкнижку. Копила на свадьбу и поездку в Японию. Однако по-прежнему не ясно, зачем Ева Ивановна перед смертью сняла все сбережения, возможно, в этом кроется разгадка ее смерти.

Я торопливо приближалась к своему дому, ощущая только одно желание — лечь в кровать и забыться беспробудным сном.

За день я вымоталась ужасно. Один только утренний визит к свекрови меня практически обескровил, а потом еще потянулась череда людей, вопросов, откровений… Обычно общение дается мне легко, но сегодня, как назло, за каждым человеком стояла какая-то душераздирающая история, а драмы, даже чужие, очень изматывают…

В тот момент, когда я блаженно вытянулась на кровати, зазвонил мобильник. Высветился номер Руслана, я торопливо сняла трубку.

— Мама сказала… — начал капитан, и от дурного предчувствия у меня похолодело в душе.

Ну, конечно, хитрая Ариадна Васильевна наплела про меня невесть что, выставила кругом виноватой, а Руслан поверил ей и собирается меня бросить. По закону подлости, именно сейчас, когда я от усталости и слова не могу вымолвить в свою защиту!

— Мама сказала, что сегодня ты ей здорово помогла.

— Правда? — поразилась я.

— Она просила тебя поблагодарить. И добавила, что будет просто счастлива, если мы поженимся.

В этом был какой-то подвох. Скорей всего, он заключался в том, что мне всё снится. Да, точно, это сон. Я повернулась на другой бок и окончательно провалилась в темную бездну.

Кто рано встает, тому бог подает. Сколько раз я убеждалась в справедливости этой поговорки! Кажется, что утром время идет очень медленно, ну просто тянется, как безразмерные капроновые носки. Успеваешь переделать кучу дел, смотришь на часы — а прошло-то всего-навсего пятнадцать минут! Зато после полудня время словно бы набирает обороты, как маховик огромного колеса, и какое-нибудь пустячное занятие отнимает весь вечер.

Сегодня я поднялась в семь утра, в несусветную для меня рань, и поэтому рассчитывала, что день будет удачным. Правила этикета гласят: незнакомому человеку можно звонить не раньше девяти утра и не позже девяти вечера. Не знаю, откуда я взяла эти цифры, просто они запечатлены у меня в голове как аксиома.

Нужно было чем-то занять два часа, и я принялась за домашние дела. Вытерла пыль с мебели, пропылесосила полы, перегладила кучу выстиранного белья, а девять часов всё не наступали. Тогда я решила убить время самым эффективным способом — с помощью Интернета. Начала с чтения анекдотов, потом открыла женский форум, переходила с одной животрепещущей темы на другую, везде оставила свои комментарии… Казалось, что прошло не больше получаса, но когда я взглянула на часы, то обомлела: было почти одиннадцать! Ну как такое возможно, а?!

Я бросилась искать телефон тети Светы, подруги Евы Ивановны и по совместительству ее лечащего врача. К счастью, Сергей написал и полное имя — Светлана Дмитриевна Колупаева.

Набрала номер мобильного, после первого же гудка ответил строгий женский голос:

— Слушаю.

— Светлана Дмитриевна?

— Слушаю, — тем же тоном отозвалась женщина.

— Здравствуйте! Вас беспокоит журналист Людмила Лютикова. Я расследую смерть вашей подруги Евы Ивановны Чижовой. Вы сможете ответить на несколько вопросов? Желательно, при личной встрече.

— Приезжайте в поликлинику, у меня прием до четырнадцати часов, но в полдень будет «окно» в двадцать минут, мы сможем поговорить. Устроит вас такой вариант?

— Конечно, устроит, спасибо!

— Беговая улица, дом тринадцать, — врач Колупаева назвала адрес и отключилась.

Я немедленно принялась собираться в дорогу. Однако я очень сомневалась, что у врача в приемные часы найдется «окно» хотя бы в три минуты. В поликлиниках безумная давка (спасибо реформе здравоохранения!), народ пытается пролезть и по талонам, и в порядке живой очереди, и «просто спросить». Особенно трудно попасть к узким специалистам типа окулиста или эндокринолога, ох, боюсь, толпа разъяренных пенсионерок растерзает меня при попытке проникнуть в кабинет!

Однако, к моему величайшему удивлению, перед дверью эндокринолога Колупаевой не было ни души. Я заподозрила, что Светлана Дмитриевна отменила прием, и, постучав, заглянула в кабинет. За столом сидела врач — дама лет пятидесяти, рядом медсестра примерно такого же возраста, а напротив них расположился пациент, довольно молодой мужчина.

— Подождите за дверью, — сказала медсестра.

Ровно в полдень мужчина вышел из кабинета, а я, еще раз постучав, зашла внутрь.

— Я журналистка Лютикова, мы договаривались о встрече.

Врач Колупаева сделала знак медсестре, и та удалилась. А я, сев на стул, который обычно занимают пациенты, оказалась в непосредственной близости от Светланы Дмитриевны и смогла как следует ее рассмотреть.