В объятиях (с)нежного человека - Лия Седая

— Яр очень сложный человек, — поделился со мной его командир. — Он думает, что знает всех и вся, но забывает, что и его понять при желании можно. Если бы он не запросил для тебя вертолет тогда, я бы даже не почесался, он никогда не пользовался служебным положением. Ни разу за всю службу. А для тебя попросил. И я понял, что ты ему дорога. Хотя он даже сам этого не осознавал. Поэтому и дал команду за тобой приглядывать. Мы своих не бросаем.

Сердце тонуло в благодарности ко всем этим людям.

Я поймала синий взгляд на себе.

Сколько в нем было любви!

Сердце пропустило удар от щемящего чувства нежности. Я и мечтать не могла раньше о таком счастье. Готовила себя к совершенно другой жизни.

И благодарила судьбу за то, что вышло все именно так.

— Я Ярика посмотрю, — шепнула на ухо мужу.

— Я сам!

Поднялся, не ожидая ответа. Ушел в просторную детскую, где спал наш сын.

Я решила назвать его Ярославом. Думала, что в честь отца, но оказалось не так. В паспорте Йети было записано редкое русское имя: Яромир. Но так его почти никто не называл. Все пользовались коротким именем.

Так что теперь у меня было два Яра: старший и младший. Два спокойных, уравновешенных мужчины.

Я не утерпела и вышла вслед за мужем.

Что-то бормоча, он снимал с сына подгузник. Чистый зажал в зубах, поэтому слов было не разобрать. А сынок радостно извивался на пеленальном столике, махал ручками, радуясь присутствию отца.

— Ну, ты у меня мужик! Столько наложить, это ж какая силища. И ведь мама не поверит, представляешь?

Я не выдержала и засмеялась. Так разговаривать с детьми умеют только отцы.

— Ага-а! За нами подглядывают, сын! Прячь хозяйство! Коварная женщина подкралась незаметно, быстро упаковываемся!

Ловко и быстро чисто вытертая попа малыша оказалась завернута в подгузник, а в маленькие ручки всунута погремушка.

— Любишь подглядывать за настоящими мужчинами, да? — Яр уложил сына в кроватку и подошел ко мне. Притиснул к стене, напирая. — Дрянная девчонка. За такое обычно наказывают.

Синие глаза потемнели. Жадные руки ощупывали меня, загребая легкую ткань платья.

— Хочешь меня наказать? — я подняла бровь.

Каждое его прикосновение отзывалось на коже пожаром.

— Безумно хочу. Прогоню гостей и займусь тобой по полной!

Я засмеялась и обхватила мощную мужскую шею.

— Займись, мой снежный человек, займись! Я совершенно не против!

Рывком подняв меня, Яр забросил мои ноги себе на талию. Сильные руки сжали мои ягодицы, разминая.

В гостиной сидели гости, в кроватке что-то бормотал сынок, а мы целовались как сумасшедшие.

Так, как в нашу последнюю ночь в тайге.

Только впереди нас ждало не расставание, а долгие-долгие годы счастья и страсти.

Йети оттаял.