Острая любовная недостаточность - Владимир Колычев

– Ребенок может родиться мертвым. – Марьяна ощетинилась в ответ на его экспрессию.

– Так оно и вышло. – Евгений Романович усмехнулся, скрестил руки на груди. – Но роды были. Ты должна поговорить с Шуриновым, предостеречь его от дальнейших попыток. Ты меня понимаешь?

– Нет. О каких попытках идет речь?

– Хочешь сказать, что не знаешь, с кем он сегодня встречался?

– Нет. – Марьяна действительно ничего не знала, поэтому в ее голосе не могло быть фальши.

– Он встречался с Демьяновым, предложил ему свою долю в нашем совместном бизнесе и получил отказ.

– Он мне об этом не говорил. Я ничего не знаю.

Ведерников глядел на нее долго, внимательно, с подозрением. Он высматривал в ней обман, а она в это время лихорадочно соображала.

Откуда Ведерников знает о встрече Шуринова и Демьянова, да и о том, чем она закончилось? Похоже, Демьянов и Ведерников в сговоре.

– А он встречался и предлагал. Ты понимаешь, что у меня теперь развязаны руки?

– Что вы собираетесь делать?

– Пока ничего. Но ты должна держать меня в курсе всех дел, которые касаются Алексея Антоновича.

– Я не могу работать против него! – заявила Марьяна и мотнула головой.

– Значит, ты работаешь против меня.

– Как хотите, так и думайте.

На столе у Марьяны зазвонил телефон. Она глянула на дисплей и увидела фотографию мужа. Неужели Игнат все-таки установил наблюдение за ее кабинетом? Вдруг он сейчас мчится в офис, чтобы набить Ведерникову морду?

– Возьми!.. – распорядился Евгений Романович.

Она откликнулась на звонок и услышала взволнованный голос Игната:

– Отец в больнице! У него инсульт. Все очень серьезно. Приезжай!

– Еду! – Марьяна резко глянула на Ведерникова.

У их разговора вдруг появилось неожиданное продолжение. Или концовка? Что будет, если Алексей Антонович не выживет?

– Что случилось?

– Вы хотели знать о планах Алексея Антоновича? – К ее горлу подкатил горький комок, а на глаза навернулись слезы. – Хорошо, я вам скажу. Алексей Антонович сбежал от вас! У него инсульт. Это все по вашей милости. – Она не стала спрашивать разрешения и чуть ли не бегом покинула кабинет.

А он пусть радуется тому, что победил ударом ниже пояса.

Отца парализовало полностью. Он впал в кому, его дыхание обеспечивала искусственная вентиляция легких. Если отключить систему жизнеобеспечения, то летальный исход неизбежен.

Женщина-врач мягко тронула Игната за плечо, направила к выходу и сказала:

– Вам необязательно здесь находиться. Все равно вы ему не поможете.

Сопротивляться он не стал. Сейчас отцу и в самом деле мог помочь только бог. Наверное, не нужно ему мешать.

Мама еще раньше вышла в холл. Она сидела на кушетке и тупо смотрела куда-то в пустоту. Игнат тихонько пристроился рядом.

– Это все она! – пробормотала мама. – Это все из-за нее!

– Марьяна здесь ни при чем. – Он понял, о ком речь.

– Она с отцом была. Я знаю. Потом перескочила к Ведерникову. Они вместе отца угробили!

– Что ты несешь? – вскинулся Игнат.

– Я несу?! – Мама презрительно глянула на него. – Это ты ничего у себя под носом не видишь. Твою жену таскают по койкам, как последнюю шлюху. Почему ты ее не убил? Почему она не сдохла!

– Замолчи!

Игнат услышал легкое постукивание каблучков. По коридору шла Марьяна. А мама в бешенстве. Нельзя было допустить, чтобы они встретились.

Он вскочил с кушетки, рванул к Марьяне, с ходу, без остановки сгреб ее в объятия и потащил обратно.

– Ты что делаешь?

– Мама в бешенстве.

– Опять я у нее виновата!

– Ты всегда у нее виновата.

– Кто бы сомневался! Мне сказали, что Алексей Антонович в коме.

– Все очень серьезно, – со слезами на глазах сказал Игнат.

Он уже не тянул Марьяну за собой. Она и сама спешила уйти как можно дальше от взбешенной свекрови. Возможно, потому, что боялась услышать правду.

– И что теперь? – спросила Марьяна.

– Не знаю.

– Отец встречался с Демьяновым. Хотел продать свои акции. Демьянов ему отказал и позвонил Ведерникову. Там был сговор. Наверное, Демьянов нарочно надавил на отца, чтобы подключился Ведерников.

Они вышли во двор, там остановились.

Игнат развернул Марьяну лицом к себе и спросил:

– Сговор, значит?

– Между Демьяновым и Ведерниковым. Один молот, другой наковальня. Отец не выдержал.

– Мой отец, – уточнил Игнат.

– А разве я не могу называть его отцом? – с подозрением глядя ему в глаза, возмущенно спросила Марьяна.

– Можешь. Если у вас не было романа.

– Романа?! С твоим отцом?!

– Вот видишь, он уже мой отец, – ехидно проговорил он.

Марьяна прикрыла глаза и втянула в легкие воздух, наполняя душу терпением.

– Я понимаю, ты в шоке, – сказала она. – У тебя сейчас каша в голове. А твоя мама умеет ее солить.

– Не трогай маму! – вспылил Игнат.

Вдруг у отца действительно был роман с Марьяной? Может, потому он и назначил ее своим заместителем? А когда ее карьера попала в зависимость от Ведерникова, она переключилась на него. Марьяна всегда стремилась к большим высотам, уверенно покоряла одну вершину за другой. За счет ума? Вряд ли. Упорства? Это смешно.

– Давай так. Я сейчас уйду, а ты успокоишься. Встретимся дома и поговорим. – Марьяна взяла Игната за руку и тут же отпустила ее.

Она уходила не столько от него, сколько от разговора. Даже сбегала. А то правда глаза колет, слезы из них вышибает.

– Ты не хочешь повидаться с отцом? – язвительно спросил Игнат.

– Он же в коме.

– Ты спешишь к Ведерникову?

Марьяна покачала головой, умоляюще взглянула на Игната и приложила палец к губам. Она просила его прикусить язык, пока не поздно.

– Ты с ним спишь?

Марьяна умела владеть собой. Но всему есть предел. Ее лицо дрогнуло, поплыло, от обиды раздулись ноздри, на глаза нахлынули слезы.

Она уходила, и он должен был ее остановить. Но на Игната нашло затмение. Как будто кто-то стоял у него за спиной и нашептывал на ухо всякие мерзости про нее. А он верил.

Разве Марьяна не могла спать с Ведерниковым? Или она не баба, а он не мужик?

Марьяна исчезла из вида, только тогда Игнат обернулся и увидел маму. Она стояла у него за спиной, в двух-трех метрах, затуманенно улыбалась и что-то шептала.