Острая любовная недостаточность - Владимир Колычев

– Через Марьяну решать?.. – спросила Ольга, не дождалась ответа и продолжила: – Она тебя скорее утопит, чем вытащит.

Шуринов ничего не сказал, не попытался пресечь фантазии жены. Если он сам не доверял Марьяне, то зачем осаживать Ольгу? Она точно на его стороне, а Марьяна могла принять чужую игру.

– С Ведерниковым она крутит. Отсюда и все беды.

– Я не могу это утверждать, – тихо сказал он.

– Тут не утверждать нужно, а чувствовать. Мне Марьяна никогда не нравилась. Слишком уж она умная. Всех обскакала! Сначала Игната, теперь вот и до тебя добралась! Где ты, а где она!..

– Да, обскакала.

Марьяна действительно всегда знала, что ей нужно, и четко следовала к своей цели. Первый шаг к полной самостоятельности она сделала, когда заставила Игната поставить на рельсы производство, съехавшее под откос. А потом скакнула еще выше – на пост финансового директора. Дальше – больше. В итоге и свекр, и муж попали в зависимость от нее. Не факт, что Марьяна собиралась действовать в их интересах. Не зря же она сказала, что ей, возможно, придется развестись с Игнатом. Для чего Марьяна так говорила? Намылилась замуж за Ведерникова?

– Пригрели змею на груди! – Ольга всплеснула руками.

– Только ты ей этого не говори, – попросил Алексей Антонович.

– Да я ей в глаза плюну!

– И этим развяжешь ей руки. Тогда она точно пустит нас по миру.

– Так что мне делать? Дифирамбы ей петь?

– Пой. Пляши. Хороводы води. Делай все, что хочешь, но Марьяну не обижай.

– Она моему мальчику изменяет, а я прыгать вокруг нее должна? – взвизгнула Ольга.

– Ты поняла, что я тебе сказал? – зло спросил Алексей Антонович.

– А она спит с Ведерниковым?

– Я свечку не держал.

– Значит, спит!

Шуринов поморщился. Спорить с женой было бесполезно. Да и не мог он уже позволить себе такую роскошь. Голова продолжала кружиться, к горлу подступила тошнота. Если открыть рот, то она хлынет наружу.

Муж молчал, а жена говорила без умолку. Если бы он сейчас потерял сознание, то она бы этого не заметила.

Если любовь – первое счастье, то наглость – второе. А широкоскулая шатенка с глупыми завитушками на висках, похоже, обладала и тем, и другим. Тамара удивленно вскинула брови, увидев, как эта особа повисла на шее у какого-то парня. Он вроде ничего собой, высокий, статный, но дело не в том.

Тамара ждала девушку, претендующую на должность горничной, собиралась впустить в дом только ее. А та приволокла с собой кавалера, вместе с ним и зашла. Как будто так и надо. Тамара попросила его исчезнуть, а она прощалась с ним как будто навсегда. Ее пугала любая, даже самая короткая разлука с ним? Бывает же такая любовь. А может, она просто непроходимая дура? Если так, то зачем такая нужна?

Тамара уже собиралась послать голубков по адресу, когда появилась Лариса. Дверь в прихожую была открыта, и та этим воспользовалась. Бардак! И все из-за каких-то влюбленных придурков!

– Не поняла! – Лариса удивленно вытаращилась на влюбленную парочку.

– Проходи! – Тамара кивнула ей в сторону холла, показала парочке на дверь и заявила: – А вы пошли к черту, пока я охрану не позвала!

Квартира у них с Трофимом огромная, трехуровневая, с бассейном и зимним садом. Охрана рядом, только подай знак, и мальчики спустят этих голубков с лестницы, причем без всяких церемоний.

– Как это пошли? – Шатенка удивленно уставилась на нее. – А работа?

Парень вопросов не задавал, переступил порог и скрылся из вида. А она стояла как вкопанная.

– Пролюбила ты свою работу. – Тамара язвительно усмехнулась, разглядывая неудачницу.

Вроде бы смазливая девчонка, но дура набитая. Да и одета бедно, безвкусно. Она-то выехала из деревни, а та из нее – нет. Бывает.

– Но мы же с вами даже не поговорили. Я хорошая.

– Иди, хорошая! – заявила Лариса, небрежно хлопнув ее по плечу.

– А что я сделала?

– Ты вообще кто такая? – спросила Лариса.

– На работу пришла устраиваться. – Шатенка вытянулась перед ней в струнку.

– А с кем целовалась?

– С мужем.

– С чьим?

– Со своим! – Девушка смотрела на нее с возмущенным удивлением.

Действительно, как это можно, целоваться с чужим мужем?

– Любишь его? – не унималась Лариса.

– Люблю!

– Так догоняй, пока он другую не полюбил.

– Не может он другую полюбить! – Шатенка упрямо мотнула головой.

– Иди! – Ларисе пришлось подтолкнуть ее к двери и выставить за порог. – В каком агентстве такая дичь водится? – спросила она, с иронией глянув на Тамару.

– Да есть одно. – Тамара провела гостью в холл.

– Дура влюбленная.

– Идиотка.

– А тебе горничная нужна?

– Горничная нужна, но не идиотка.

– А я бы такую взяла. У тебя ее телефон есть?

– Зачем тебе? – Тамара внимательно посмотрела на Ларису.

Не похоже было, что та шутит. И чем ее заинтересовала эта клуша?

– Да она вроде ничего, симпатичная. Ее бы причесать, приодеть. Видела, как она своего мужа любит?

– И что?

– И я своего мужа люблю. А он такой, что и загулять может, с горничной закрутить. А как, если она в своего мужа влюблена?

– Нет порядочных горничных. Бывает, что им мало предлагают.

– Да?.. Ну, может быть. Во всяком случае, сама напрашиваться не будет. Так дашь телефон или нет?

– Нет у меня телефона.

– Как это нет?

– Нет, да и все.

Тамара лукавила. На самом деле она могла связаться с агентством и затребовать влюбленную клушу обратно. Не исключено, что она так и сделает. Трофим только с виду порядочный семьянин, а на деле он запросто может гульнуть на сторону. Возможно, у него случались романы.

Пока это все из области догадок. Доказательств супружеской измены у Тамары нет. Но они могут появиться, если она вдруг застукает своего мужа в постели с горничной.

Кому от этого станет легче? Нужно исключить такую ситуацию. Для этого и нужна служанка, которая не станет сама, по своей инициативе бросаться на Трофима.

– Если нужна горничная, то Розе позвони. Она за все возьмется. Может, и за Никиту. – Тамара ловко сменила тему.

– Ей уже под сорок.

– Возраст, опыт и отвага. Она своей напористостью Степана Даниловича до больничной койки довела.

– Думаешь, загоняла?