Запасной выход из комы - Дарья Донцова

Я перевернула страницу.

«После этого совещания Елизавета попросила Ивана Никифоровича привлечь к работе Сергееву. Изучив окружение Геннадия, Татьяна обратила внимание на то, что у Лены была няня Евгения Петровна. Она работала в семье сравнительно недавно. До нее с девочкой почти с момента рождения занималась Ольга Сергеевна Воропаева, которая уволилась по семейным обстоятельствам. Следователь, который много лет назад вел дело, спросил: «По какой причине Воропаева покинула ваш дом?» Геннадий Андреевич развел руками.

– Она ничего не объяснила. Мы с женой почти год мучились, найти нормальную няню очень трудно, у нас прямо калейдоскоп начался! Разные тетки приходили, все нам не нравились. Одна неаккуратная, другая говорила «шо», третья облизала ложку и стала ею Лену кормить, четвертая по нашим шкафам шарила, пятая, несмотря на строгий запрет, включала телевизор и вместе с девочкой смотрела новости. Мрак. А потом позвонила Ольга Сергеевна и сказала: «Если вам еще нужна няня, то есть прекрасная женщина Евгения Петровна. Поверьте, вы останетесь довольны». И правда! Она оказалась чудесным специалистом.

Следователь со всех сторон проверил Евгению, не нашел на нее никакого компромата и вычеркнул няню из списка подозреваемых. А Татьяна копнула глубже и узнала, что у Ольги Сергеевны заболел внук, Федю на «Скорой» доставили в больницу. С ним приехала мама. Шло время, ребенок лежал на каталке, ему делалось все хуже, но врач не шел. Он забыл про малыша, а мать ребенка обрадовалась, решила, что сынишке стало лучше, он перестал плакать и заснул. Тревогу забила медсестра, которая, проходя мимо и случайно посмотрев на ребенка, поняла: дело-то совсем плохо, и спешно кликнула доктора. Итог: мальчик скончался. Окажись он в руках врача на пару часов раньше, остался бы жив.

Сергеева решила поговорить с Воропаевой. Та по документам была жива. Татьяна приехала домой к пожилой женщине, но обнаружила в ее квартире жильцов, которые рассказали, что у пожилой дамы болезнь Альцгеймера, но, будучи здоровой, она работала у госпожи Вяземской. Хвала владелице Научно-лечебного центра имени Игоря Бойко! Та не выкинула на улицу немощную, одинокую, никому не нужную бабку, поселила ее в пансионате, где Ольга Сергеевна сейчас доживает свой век в сытости и довольстве, но в полном безумии. Татьяна изучила биографию Эмилии и узнала, что у той есть две приемные дочери. Но не придала этому факту особого значения. А вот у Лизы родилась безумная версия, она стала убеждать Ивана Никифоровича, начальника всех бригад, что Карина и Елена одно и то же лицо. Сотрудники, как Коробкова, так и Сергеевой, пытались привести Елизавету в чувство, ей объяснили, что у девочек разный возраст. Елена старше Карины. И последняя, судя по записям, долго жила на улице в антисанитарных условиях. Но Елизавета возражала.

– Конечно, ей изменили возраст, – отбивала она подачу, – и, естественно, Эмилия не на следующий день после пропажи Леночки «нашла» Карину. Все было подстроено, следы заметены.

Татьяна спросила у Трифоновой:

– Найди мне хоть одну причину, по которой Эмилия могла украсть дочь Кротова.

– У нее умер сын, – отрезала Елизавета, – нужна была замена наследника.

Михаил Юрьевич Ершов, психолог, профайлер бригады Сергеевой, попытался вразумить Трифонову:

– Да, матери после потери ребенка часто рожают еще одного. Если же по каким-то причинам они не могут обзавестись потомством, то берут малыша из приюта. У Эмилии скончался сынишка. Леночка – девочка. Возраст у детей разный, мальчик был старше. Давай обратимся к внешности. Леночка темненькая, с кудрявыми волосами, кареглазая, со смуглой кожей, она удалась в отца. А Игорь Бойко блондин с голубыми глазами. Ничего общего у детей нет. Эмилия могла поездить по интернатам и найти малыша один в один, как Игорь!

– Вы психолог, – скривилась Елизавета, – и не знаете, что во многих случаях осиротевшие родители берут ребенка, кардинально не похожего на покойного! Боятся, что начнут сравнивать своего потерянного и чужого, благоприобретенного. И по той же причине вместо девочки в семье появляется мальчик.

– Не стану отрицать, ты права, – признал психолог, – но зачем Эмилии красть Леночку? В России тьма приютов, лучше кого-то удочерить официально и жить спокойно.

Елизавета нахмурилась:

– Не знаю! Но выясню это.

– Нет, – ответил Иван Никифорович, – я отстраняю тебя от расследования.

– Почему? – возмутилась Лиза.

– Ступай в офис, – велел шеф.

Трифонова удалилась, но по ее виду было понятно, что она кипит от негодования, а босс сказал Татьяне и членам ее бригады:

– Я совершил ошибку. Поиск сестры для Елизаветы очень личная история. Вначале она вела себя адекватно, но сейчас нервы у нее сдают. Пусть займется другой проблемой. Татьяна, поручи ей убийство Филиппова, назначь ее старшей, пусть почувствует себя начальницей.

Сергеева сообщила Елизавете о решении Ивана. Таня ожидала бурной реакции, недовольства, даже слез, но Лиза спокойно сказала:

– Шеф правильно решил. У меня личное отношение к поискам. Не следовало вообще в них участвовать. Я верю, что ты найдешь Лену, она уже взрослая, мы с ней подружимся!

Татьяна обрадовалась, решила, что Елизавета разумный человек, способный держать себя в руках даже в стрессовой ситуации. Через два дня Трифонова подцепила грипп, взяла бюллетень и осела дома. Спустя три недели она так и не появилась на службе, более того, она не отвечала на звонки. Коробков отправил домой к сотруднице одного из своих парней, велел в случае, если Лиза не откроет дверь, вскрыть квартиру. Тот вернулся с запиской. Текст заставил всех занервничать. «Можете меня перевести на службу в столовую, я буду там тарелки мыть. Я понимаю, что из бригады меня уберете. Но поиск Леночки для меня важнее карьеры. Вы не хотите проверить Карину. А я это сделаю. Добуду ее ДНК. Я уже поступила на работу в клинику Вяземской. Состряпала себе документы на другую фамилию, придумала биографию. Не волнуйтесь. Со мной все хорошо. Гриппом я не болела. Таня, прости за обман. Дима, не хотела тебе врать, но пришлось. Иван Никифорович, не ругайте Сергееву и Коробкова, я им сказку наплела про вирус…»

Босс велел Сергеевой немедленно вытащить Елизавету из клиники. Татьяна отправилась в больницу, но ее не пустили на территорию, вежливо объяснили: в медцентр может попасть только больной человек. Или тот, кому пациент заказал пропуск. Если есть заявка, проблем не возникнет, покажете свой паспорт и проходите, мы вам рады. Серьезные меры безопасности приняты ради спокойствия тех, кто лечится в центре.

– Я хочу попасть на консультацию к доктору, – заявила Сергеева, – заключить контракт на обслуживание.

– Тогда подождите, я вызову менеджера. – ответил секьюрити. – Пройдите, пожалуйста, в зону приема.

Таня позвонила Димону и отчиталась, рассказала, что просто так в клинику не войти, она сейчас сидит в домике, который находится перед проходной. Ей придется купить контракт на обслуживание, только в этом случае она попадет в медцентр.