Запасной выход из комы - Дарья Донцова

– Я не фанат чтения, – признался парень, – больше люблю на компе в войнушки играть.

Я едва не рассмеялась. Молодому человеку лет двадцать с небольшим, наверное, он отслужил в армии и попал на работу в клинику. В таком возрасте смешно бегать с приятелями по двору, целиться в них наганом из картона и кричать: «Бах, бах, бабах, я тебя убил!».

– Зачем вам в библиотеку? – поинтересовался секьюрити.

Вопрос на сто баллов. С какой целью люди ходят в библиотеку? Ежу понятно, чтобы помыть там окна. Вот только так отвечать не стоит, мужчины, которые стерегут входы-выходы, как правило, не понимают шуток.

– Надеюсь взять там почитать интересную книгу, – ответила я.

Юноша несколько мгновений смотрел на меня, потом вынул рацию.

– Первый, Девятый вызывает. Прием, прием. Ну, отзовись.

– Первый слушает Девятого, – прокряхтел динамик. – Доложите обстановку.

– Происшествий нет.

– За каким… тогда меня дергаешь?

– Тут женщина, – коротко ответил охранник.

– Какая? – спросил начальник.

– Обычная.

– Чего она хочет?

– Книгу.

– Чего? – закашляла рация. – Какую такую книгу?

Дежурный еле слышно меня попросил:

– Название скажите.

– «Приключения пса Димона Коробкова», – так же тихо подсказала я.

– «Приключения пса Димы Коробкова», – отрапортовал юноша.

– Чего? – завопила рация. – Немедленно говори, какая там псина бродит!

Охранник опять понизил голос:

– Вас как зовут?

– Татьяна Сергеева, – представилась я.

– Татьяна Сергеева здесь, – эхом повторил страж ворот.

– А с ней кто?

– Никого, – быстро подсказала я вспотевшему парню.

– Одна она, – доложил юноша.

– Юрий, ты мне… – почти мирно молвил шеф. – А куда Дима подевался?

Охранник заморгал:

– Кто?

– Дмитрий по фамилии Коробков.

– Около меня всего одна единица бабы, – заявил Юрий, – может, мужик на центральной калитке?

– А-а-а, – протянула рация.

Звук пропал.

– С чего ему в голову Дмитрий пришел? – недоумевал охранник.

– Вы меня теперь пропустите? – спросила я.

– Куда? – насупился Юрий.

– В библиотеку.

– Так разрешение надо получить.

– Вы хотели его спросить и забыли, – хихикнула я.

Юрий опять схватился за рацию.

– Девятый вызывает Первого.

– Слушаю! – чихнул динамик. – Че случилось?

– Все нормально.

– Решил об этом доложить? Не дергай меня без повода.

– Женщина хочет пройти в библиотеку, – отчеканил Юрий, – за книгой. А вы кто? Обычно отвечает Никита Сергеевич, ваш голос я не знаю, поэтому поинтересовался, кто вы.

– С Юрием Гагариным беседовал?

– Нет, – оторопел охранник, – он умер до того, как я родился. Меня в честь его назвали.

– Ага. Не говорил, но знаешь его, – обрадовался голос, – вот и со мной так. Парень, Альберт Кузьмич на проводе. Слышал такое имя-отчество?

Я едва не спросила:

– Кот?

Но вовремя сцепила зубы.

Юрий втянул голову в плечи и стал похож на круглое полено.

– Разрешите доложить обстановку.

– Докладывай, сынок.

– Женщина. Средних лет. Средне-большой упитанности, волосы короткие. Хочет пройти в библиотеку пансионата.

– Так пропусти ее.

– У меня приказ, без приказа Никиты Сергеевича приказано не пускать никого с территории доктора Маслова, а он приказал свой контингент дальше сада не выводить. А эта хочет в библиотеку. Стоит со стороны масловского сада.

– Как зовут женщину? – поинтересовался Альберт Кузьмич.

– Дмитрий Коробков, – объявил Юра.

– Такой нет в стоп-списке, – мирно произнес его собеседник, – пусть идет.

– Может, у Никиты Сергеевича спросить? – робко пробормотал Юра.

– Сынок, ты рискуешь вызвать мой гнев. Кто начальник Никиты Сергеевича?

– Альберт Кузьмич, – испугался Юрий, – а над ним Георгий Михайлович, я все понял. Открываю.

– Запомни, сынок, – менторски заявила рация, – за водкой пускать не надо, за дурью тоже, а за книгами с дорогой душой. Ученье свет, а неученье тьма. Повтори.

– Кто ученик, тот белый, а кто не учится – черный, – переиначил на свой лад крылатые слова Юрий, вытащил из кармана пульт и нажал на него.

Едва створки начали разъезжаться, я резво пролезла в щель и поспешила по дорожке вперед.

Первой на пути мне попалась веселая старушка, которую вез в инвалидном кресле молодой человек, у него на голове был белый полотняный капор с задорно торчащими ушами.

– Здрасти, здрасти, – закричал парень, – я кролик Билли. А это моя бабушка.

Тут только я увидела, что у бабки над губой приклеены тонкие длинные усы, на ней была серая полосатая кофта и такая же косынка, завязанная сзади.

– Мур-мур-мур, – пропела бабуля, – мы тебя не знаем.

Я попятилась. Похоже, я попала на территорию, где гуляют сумасшедшие подопечные Эмилии Францевны.

– Карнавал начинается! – закричал резкий женский голос. – Все в костюмах и без них направляйтесь к фонтану.

– Мы опоздаем! – занервничала «кошка». – Хочу получить первый приз!

– Кролик Билли вмиг доставит кису Мурлысу в нужное место, – пообещал юноша и быстро покатил коляску дальше.

– Стойте, – попросила я.

– Не могу, – ответил кролик.

– Где библиотека? – не успокаивалась я.

– Не знаю, – донеслось издалека.

– Мы туда не ходим, – проорала кошка, – от книг мозг сохнет.

– Хотите взять что-то почитать? – пропищал пронзительный дискант.

Я обернулась и шарахнулась в сторону. На дорожке стояла здоровенная обезьяна.

– Не бойтесь, – развеселилась она, – я не живой. То есть живой я сам. Я лично совсем живой, а шкура нет. Она была в зале биологии натянута на каркас. Я ее снял. Как вам мой костюм?

– Замечательный, – ответила я, пятясь, – очень вам к лицу.

– Хотите отдам его вам, а себе возьму кенгуру? – любезно предложил незнакомец. – У вас фигура прямо как у гиббона. Если ошкурить, никто не усомнится, что на карнавал пришел настоящий обезьян. Надо только колени сгибать, руками махать и говорить «ух-ух».