Завещание рождественской утки - Дарья Донцова

– Да, – согласился Пиратино. – Посиди у нас в офисе денек, к ночи останется лишь одно желание – свалиться на коврик у кровати, чтобы задрыхнуть.

– Тогда почему ты резвился с Верой? – резонно спросила Тонечка. – Лично мне это кажется не логичным.

Я тронула Валерия за плечо.

– Перестань нести чушь.

– Вы просто не хотите меня понять, – тоскливо протянул он. – Бабы по-иному мыслят. И слушать не умеете, перебиваете, злитесь, обвиняете человека бездоказательно. Этак и я могу заявить, что вы, две лесбиянки, залезли к Верке, чтобы украсть ее вещи.

– Будем считать обмен любезностями оконченным. Переходим к основной части. Все, Индюкович, говори правду. Мы с Тонечкой ни слова не пророним, – пообещала я.

Первые годы брака Валера и Инна не думали о детях. Потом решили завести ребенка. Через двенадцать месяцев, так и не увидев тест с двумя полосками, они обратились к врачу, и началось тяжелое лечение. Те, кто самостоятельно забеременел и через девять месяцев родил здоровенького младенца, не подозревают, что преодолевают женщины, у которых есть проблемы по части зачатия и вынашивания ребенка. Инна вытерпела массу неприятных, подчас болезненных и дорогих процедур, пила таблетки, делала уколы. И кроме официальной медицины обратилась еще и к нетрадиционной. Она бегала к бабкам, колдунам, знахарям, экстрасенсам и таскала с собой мужа. Бедный Валера не имел ни минуты отдыха, в редкие свободные дни он ездил к каким-то, на его взгляд, сумасшедшим особам, которых подружки порекомендовали Инне.

Он понимал состояние жены и молча терпел, когда по его телу катали куриное яйцо, разбивали над головой бутылки с заговоренной водой или велели голым три раза обежать вокруг священного камня древних друидов. Валера, абсолютно неверующий человек, покорно ездил с тещей по церквам, ставил свечи, бил поклоны. Но это все не помогало. А Инна стала абсолютно сумасшедшей, говорить могла только о своей беременности и анализах. Из дома изгнали всю вредную, но очень любимую Пиратино еду, потому что ее употребление могло помешать зачатию. Валерий давился скользким геркулесом, сваренным на воде, жевал ростки пшеницы, пил сок из сельдерея. А на креветки он уже просто смотреть не может. Инна вычитала в Интернете, что эти морские гады увеличивают у мужчин количество сперматозоидов, и вменила супругу в обязанность лопать на ночь огромную тарелку розового афродизиака. Раньше Валера любил креветок, но после второй недели постоянного их поедания у него возникло стойкое отвращение к ним.

В начале года ангельское терпение Валерия лопнуло. Он понял, что совершенно не хочет ребенка, не желает больше мучиться, швырнул на пол кастрюлю с опостылевшей кашей, высказал Инне в лицо все, что о ней думает, и пошел собираться на работу.

Пока он брился, в квартиру примчалась теща, которой позвонила рыдающая дочь. Светлана Петровна налетела на зятя и в конце концов заорала:

– Пошел вон! Моя Инночка здоровенькая, а ты гнилой, поэтому я никак внуков не дождусь. Вали из квартиры, которую я своей девочке подарила! Нищим в нашу семью пришел, нищим и убирайся. Не реви, Инка, найду тебе настоящего мужика, от которого ты сразу забеременеешь.

Догадайтесь, в каком состоянии Пиратино приехал на службу. Он ненавидел и Инну, и ее мать, вечно сующую свой нос в их семейную жизнь. После обеда Валера звякнул Александру Невзорову, своему бывшему однокласснику, а теперь журналисту и начинающему писателю, рассказал о крахе семейной жизни и попросил пустить его переночевать. Саша не обрадовался, промямлил что-то про ремонт и быстро закруглил беседу. Но примерно через час сам позвонил ему с сообщением:

– Представляешь, мою книгу взяло издательство «Элефант»!

Валерий изобразил радость:

– Да? Поздравляю.

– Шесть лет никому мои рукописи не нравились, и вдруг такая удача! – ликовал литератор.

– Молодец, – вяло отреагировал следователь.

– Слушай, помоги, а? – заныл Александр. – В магазинах сейчас много разных изданий, и чтобы мое заметили, его надо распиарить: заплатить журналистам за статьи, развесить баннеры, дать рекламу в метро.

– Если ты хочешь одолжить денег, то не по адресу обратился, – остановил однокашника Валера. – Без долгов дожить от аванса до получки для меня большая удача.

– Бабки есть у издательства, – зачастил Невзоров, – а вот решение, на какого литератора их тратить, принимает заведующая пиар-отделом Вера Филиппова. Мне надо ей понравиться. Поможешь?

– Да чем же? – удивился Пиратино.

– У бабы какие-то проблемы, – слегка понизил голос друг. – Вроде ее преследуют, грозят похитить. Я пообещал, что ты разберешься. Понимаю, ты занимаешься серьезными делами, но мне так нужен хороший пиар!

– Пусть приезжает в офис сегодня к десяти вечера, – велел Валера. – Никого из наших не будет, я поговорю с ней.

В назначенный час в кабинете Пиратино появилась молодая женщина, не красавица, но очень милая, с обаятельной улыбкой. Валера окинул ее взглядом, отметил, что она дорого, но элегантно-просто одета, не перебарщивает с макияжем, не обливается духами и явно посещает фитнес-зал, где упорно трудится над своей фигурой. Если сравнивать сильно потолстевшую от таблеток Инну, предпочитающую носить вычурную, усыпанную стразами одежду, и Веру, то последняя выглядит королевой.

Филиппова, несколько раз подчеркнув, как ей неудобно обращаться к занятому сложными делами следователю, сообщила, что в последнее время испытывает тревогу.

– За мной следят, я это ощущаю спиной. А на днях поняла – кто-то шарит в мое отсутствие у меня в доме.

Последнее заявление насторожило Пиратино.

– Почему вы решили, что ваш дом посещают непрошеные гости?

– Ну… трудно объяснить это… такое интуитивное ощущение. Входишь в дом и понимаешь: кто-то в нем побывал. Нарушен обычный порядок, следы на паркете.

– От мужских ботинок? – уточнил Валерий.

Филиппова изящным жестом заложила за ухо прядь волос.

– Вроде да.

– Вероятно, ваш муж не снял обувь, – улыбнулся Пиратино.

– Я живу одна, – спокойно сказала Вера. – И никогда не имела семьи. Ко мне никто не может ввалиться без предупреждения. Мне очень страшно, помогите, я в долгу не останусь.

Следователь еще раз окинул взглядом посетительницу.

– Надо посмотреть на место происшествия.

– Ой, спасибо! – обрадовалась Верочка. – Может, прямо сейчас поедем? Угощу вас ужином.

Пиратино приехал к Филипповой и… остался у нее.

Вера оказалась потрясающей любовницей. Она обладала легким характером, не создавала ни из чего проблем, не занималась бесконечной уборкой жилья, не пилила Валеру, когда тот прямо в уличных ботинках входил на кухню, не требовала денег, цветов, подарков, наоборот, сама покупала ему сувениры, не ныла, не повторяла безостановочно: «Скажи, я не потолстела?», у нее не болела по вечерам голова, а утром она не вспоминала про работу, если Валера затаскивал ее после завтрака в постель. Она всегда была готова пойти в кино, не стонала: «Мне нечего надеть», а главное, Верочка терпеть не могла детей, не заглядывала в чужие коляски, не сюсюкала: «Миленький зайчик!» – и не собиралась беременеть.