Линия аллигатора - Чингиз Абдуллаев

— С кем он работает? — спросил Самойлов.

— Я слышал, в паре с Казаком. Они сейчас в Зеленограде обитают.

— Адрес скажи.

— Откуда я тебе адрес знаю, — разозлился Заика, — я не твойплатный стукач. Говорю там, значит, там. Ты их там и найдешь.

— Хорошо, — согласился полковник, — дай твой мобильныйтелефон.

— А это еще зачем?

— Чтобы ты никому не звонил, пока я за ними поеду. И будешьздесь сидеть до тех пор, пока я не найду Крутикова и Казака. А когда найду,позвоню в ресторан и разрешу тебе уйти. Вот те ребята как раз и будут тебя«пасти».

— Как это «пасти»? — встрепенулся Заика. — Ты с ума сошел.Может, вы его будете месяц искать.

— Значит, месяц здесь сидеть будешь, — равнодушно сказалполковник, — денег у тебя полно, за много лет вперед сможешь заплатить.Личность здесь ты известная. Вон как официант за тебя глотку драл. Думаю, и вдолг поверят.

Он повернулся, словно собираясь уходить.

— Подожди, — вскочил Заика. — Что они такого сделали?

— Это тебя не касается. Если, конечно, не ты им давалзадания.

— Да говорю тебе, что их целый месяц не видел, — разозлилсяЗаика, — а ты дурака валяешь. Тоже мне, конспираторы. Ушел он от меня, ушел.Говорит, «дело хочу свое открыть». Самостоятельное. А я никому не препятствую.Всем, кто хочет попробовать, разрешаю. Все равно потом ко мне приползут. Аразбогатеют, тоже неплохо, долги отдавать будут.

— В общем, с любой стороны ты в выигрыше. Ну и паскудный вынарод, уголовники, — добродушно сказал Самойлов. — Ладно, давай адрес и катиськ чертовой матери.

Заика прошипел адрес. Полковник записал, посмотрел на часы.

— Два часа еще все-таки посиди тут, никуда не выходи. Ясвоих ребят оставлю, пусть покараулят, чтобы ты никому звякнуть не мог. А еслитвой водитель дергаться будет, передай, что его «игрушка» у меня, и на ней егоотпечатки пальцев. Пусть вернется и отъедается на десять лет вперед. Все равнорано или поздно загремит. А теперь давай свой телефон.

Самойлов протянул руку, и Заика нехотя вложил телефонныйаппарат в ладонь полковника. Тот кивнул ему и пошел к выходу. Именно в этотмомент, в каком-то порыве сознания собственной вины и решимости отстоять свойпрестиж, Заика вытащил свой пистолет и, поднявшись, выстрелил в спинууходящего.

Но еще раньше послышался крик одного из сотрудниковполковника и грохнул другой выстрел. Его сделал один из официантов, все времястоявший у крайнего столика справа от беседующих. Это был уже давно внедренныйв ресторан сотрудник КГБ, который должен был обеспечивать и безопасностьсегодняшней встречи. Пуля попала Заике прямо в грудь, и он, выстрелив вуходящего, упал на столик. Его пуля не задела полковника, она прошла внескольких сантиметрах от его головы.

Закричали женщины, послышались испуганные мужские голоса.

— Все в порядке, — громко сказал Самойлов, — мы простоснимаем кино. Прошу всех успокоиться.

«Кино», — подумал он, выходя из ресторана. У машины ужестоял арестованный водитель Заики. «Кино, — еще раз подумал полковник, — ни водном кино такого не увидишь. И в какой еще стране можно так долго ибезрезультатно торговаться с вором в законе, а потом чуть не умереть от егопули в спину. Настоящее кино, со счастливым концом», — зло усмехнулся он,направляясь к своему автомобилю.

Вечером сенатор пригласил всех поехать с ним на прием вамериканское посольство. Машина, которую прислали из посольства, уже стояла уотеля. Мужчины терпеливо ждали Сигрид. Роудс даже улыбнулся:

— Молодые женщины всегда немного опаздывают. Я бы удивился, еслибы она пришла вовремя.

Наконец появилась Сигрид. Она умудрилась успеть впарикмахерскую, и теперь красиво уложенные волосы дополняли ее великолепноесеребристое длинное платье.

Очевидно, она предчувствовала возможность таких приемов изахватила из Америки выходное платье.

Роудс одобрительно кивнул, а Дронго, чуть задержавшись,шепнул Сигрид:

— Ты очень похожа на свою мать. Думаю, она бы гордиласьтобой, если бы была здесь.

Сигрид улыбнулась и вышла из отеля следом за сенатором. Вавтомобиле она села впереди, рядом с водителем, а сенатор и Дронгорасположились на заднем сиденье.

— Мы были в прокуратуре, — негромко рассказывал Дронго, —дело в том, что эксперт Коротков, давший заключение вместе с Бескудниковым,погиб несколько месяцев назад. В прокуратуре уверены, что это несчастныйслучай.

— Может быть, — взглянул на Дронго сенатор, — а вы каксчитаете?

— У меня по этому вопросу пока нет определенного мнения.

— Когда именно он погиб? — сенатор был достаточнопроницательным человеком, умеющим мыслить логически. Он также рассудил, что дванесчастных случая подряд, сначала с его дочерью, а потом с экспертом, давшимявно неверное заключение по факту гибели Элизабет, не могут быть случайностью.Хотя в жизни бывало и не такое.

Дронго понял вопрос Роудса, но покачал головой:

— Пока нет никаких данных, указывающих на связь междузаключением эксперта и его собственной смертью. Да и прошло после этогонесколько месяцев. Нет, пока никакого связующего звена нет.

Он не стал дополнять, что эксперт погиб через несколько днейпосле очередного приезда самого Роудса и что такие совпадения уже не простоневероятны, но и невозможны. Не стоило тревожить сенатора до того момента, покаон не найдет что-либо конкретное.

Водитель несколько раз посмотрел в зеркало заднего обзора.

— Кажется, за нашей машиной ведут наблюдение, — осторожносказал Дронго по-английски, обращаясь к Сигрид.

Она резко обернулась:

— С чего вы взяли?

— Уже два раза нас обгоняла одна и та же машина. Вон тотсиний «Форд». А вместо него за нами дважды пристраивалась темная «Волга». Этотипичный трюк наблюдателей.

— Да, — сказал водитель, понимавший английский язык, — ониследят именно за нами. Но ничего страшного. Иногда за нами следят машины ФСБ, которые,в свою очередь, и подстраховывают нас. Они знают, что это машина американскогопосла.

— А я думал, что «холодная война» давно закончилась, —пробормотал сенатор.

— Боюсь, что это не связано с такими глобальными проблемами,— пробормотал Дронго.

— Да, — снова подтвердил водитель, — они иногда простоследят за нашей машиной. Сейчас у них не так много автомобилей и не так многобензина. Поэтому нам легко удается заметить наблюдение. Мы к этому ужепривыкли.