Этюд для Фрейда - Чингиз Абдуллаев

– Ангелов вообще не осталось.

– Он был бизнесменом, и это накладывало отпечаток наотношения. Однажды я был свидетелем того, как он не приехал на день рожденияНаили, объяснив это срочным совещанием. А я случайно узнал, что они с друзьямикутили всю ночь в ресторане «Царская охота». Согласитесь, что молодой супруг недолжен вести себя подобным образом. Хотя такое поведение – в традициях молодых.Моя старшая дочь, узнав об этом, не нашла здесь ничего предосудительного. Убизнесменов бывают свои совещания и во время корпоративных вечеринок, заявилаона. Нужно понимать, что это часть их работы. Возможно, она права. Но вот моямладшая дочь такого поведения решительно не приняла. И заявила, что никогда непоймет подобного поведения мужа.

– Ей будет сложно, – усмехнулся Дронго.

– Я тоже ей об этом говорю. Нельзя так бескомпромиссноотноситься к мужчинам. Нужно уметь примиряться с их недостатками. И Костя небыл лишен недостатков. Но я не понимаю, кому нужна была его смерть. И тем болеене понимаю этих отключенных камер наблюдения и пропадающих из дома вещей.Зачем? Кому нужны были эти вещи? Если дорогая сумка, я еще понимаю, ногребень. – Зачем? Кому он нужен? Или другие мелочи? Я был убежден, чтопросто домработница складывает эти вещи в другое место, но Наиля убеждена, чтовещи пропадают из дома и домработница не могла их забрать. Тогда кто и зачем ихзабирал? Вот этот вопрос меня волнует. Ведь я знал погибшего. Он бы точно нестал уносить из дома какой-то гребень или сумку своей жены. Он былсостоятельный бизнесмен и далеко не дурак. Зачем ему заниматься такимиглупостями? Ума не приложу. Тогда получается, что он сам оборудовал отключениекамер, чтобы помочь вору лазать в собственную квартиру. Но это нонсенс. И кудапропадали вещи? А самое главное, почему он оказался в своей квартире и кто егомог убить? Если бы я не знал эту семью столько лет, я, возможно, спокойноотправился бы к себе домой. Есть следователь прокуратуры, есть сотрудникиуголовного розыска, которые обязаны этим делом заниматься. Но меня беспокоитэто убийство. И еще больше меня беспокоят эти непонятные кражи.

– Если учесть, что ключи были только у трех людей, топодозреваемыми могут быть только они, – напомнил Дронго, – погибшийСкляренко, его жена и ее мать.

– Галия исключается, – сразу возразил Карелин, – унее абсолютное алиби. Несчастная женщина так переживает за свою дочь.

– Какое алиби? Она была на даче?

– Нет. Она утром выехала к себе домой. Но ключи оставила надаче.

– Вы проверяли?

– Конечно. Одна пара ключей была в кармане погибшего. Втораяпара была у самой Наили. А третья оставалась на даче. Они были в спальнойкомнате, где обычно ночует Галия. Лежали в левой тумбочке.

– В правой, – поправил его Дронго.

– Верно, – Карелин улыбнулся, – я перепутал. Ключинаходились в правой тумбочке. Вы, очевидно, тоже вчера проверяли. Но самоеважное – даже не эти ключи. Галия физически не могла быть в квартире ни прикаких обстоятельствах.

– Почему?

– Скляренко приехал к себе домой примерно к четырем. Каксейчас мы точно установили, он оставил машину в соседнем дворе и прошел к дому.На это могло уйти минут пять или десять. Затем он поднялся наверх. Вы знаете,почему я сразу вам поверил и решил приехать именно к вам? Дело в том, чтосотрудники милиции просмотрели все пленки. В это время он как раз выходил изкабины лифта на пятнадцатом этаже. Понимаете? Как он вошел в дом, нигде невидно. Но зато ясно видно, что он выходит на пятнадцатом этаже и идет к выходуна лестницу. Потом он исчезает. И через некоторое время находят его труп. Но выне знаете, как мы его нашли. А это самое важное. Дело в том, что он как развошел к себе в квартиру, когда позвонила его теща. Она собиралась сообщить ему,что они с Наилей будут ждать его у нее в доме. О звонке ее просила Наиля,которая была на конференции. Они разговаривали около минуты, когда Галияуслышала какой-то треск и шум. Непонятный крик. И его телефон сразу отключился.Она попыталась снова с ним связаться, но не смогла. И тогда позвонила мне. Онабыла очень встревожена. Я сразу послал двух сотрудников, чтобы проверить все наместе. Галия была всегда достаточно трезвым человеком и не стала бы так простопаниковать. Мои офицеры обнаружили убитого Скляренко в его квартире. Если бы неона, он мог бы пролежать в доме не один день.

—Разговор был зафиксирован на его мобильном?

—Конечно. Мы изъяли телефон, который был у него в руках,чтобы проверить все последние звонки. Исходящие и входящие. Последний звонокбыл от Галии, как раз в тот момент, когда, по заключению экспертов, его моглиубить. Все звонки мы сейчас проверяем.

– Давайте предположим на секунду, что это мать Наиливоровала у нее эти безделушки. Такое возможно?

– Никогда в жизни. Она ее обожает. Так доводить собственнуюдочь? Я знаю Галию уже столько лет. Скорее это я сам мог воровать вещи из ихквартиры, чем это сделала бы мать Наили. Она такая честная, такая щепитильная вподобных делах. Она бы даже не появилась в квартире дочери, не поставив визвестность зятя и дочь. Даже такое предположение выглядит кощунственным. Этоисключено. И есть распечатки телефонных разговоров. Ее в момент убийства небыло даже рядом с домом – это абсолютно точно.

– Тогда другой вопрос, не менее интересный. Почему онвыходил на пятнадцатом этаже? Перепутал этажи? Вряд ли. Тогда почему именно напятнадцатом? Может, для того, чтобы спуститься по лестнице и отключить камерынаблюдения на четырнадцатом? И сразу другой вопрос. Для чего? Чего он боялся?Почему оставил свою машину в соседнем дворе, почему не въехал в гараж? Вам некажется, что появляется слишком много вопросов?

– На которые у меня пока нет ответа, – нахмурилсяКарелин, – но на которые мы обязательно найдем ответы.

– Значит, нужно будет искать, – задумчиво предположилДронго, – и, судя по вашим словам, задача может оказаться почтибезнадежной.

– Я поэтому к вам и приехал, – оживился Карелин, –вы же должны меня понять. Это близкая нам семья. У них такое горе. Может, высогласитесь помочь в расследовании этого непонятного убийства. Я знаю, что вычастный детектив, но это особый случай. А нашим сотрудникам я поручу, чтобы свами сотрудничали. И самое важное в этом деле, что вам доверяют мать и дочь. Аэто очень важно.

– Не знаю, – ответил Дронго, – пока всепредставляется достаточно туманным и непонятным. Но вместе с тем это именнотакое дело, которое требует настоящего расследования. Если мне действительно небудут мешать ваши люди, я уже не говорю о помощи, то, возможно, у меня что-тополучится. И учтите, что у вас будут очень большие проблемы с прокуратурой.Мужицкий не простит вам привлечения к расследованию частного лица.

– А вы не будете проводить расследования, – возразилКарелин, – вы всего лишь как опытный эксперт будете давать нам своизаключения. Никаких нарушений не будет. Мы имеем право привлекать красследованию любых экспертов в помощь для успешного расследования уголовногодела. Это отражено и в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации. Выже не станете выполнять функции следователя или прокурора. На вас никто и несобирается возлагать процессуальные функции. Это всего лишь помощь эксперта.