Шнифер - Евгений Сухов

— Пошли, — авторитет жестом позвал за собой Яниса и Метбурзинова.

Когда все трое вышли из салона, у дверей уже стоял выбранный Мелиховым «Опель». Продавец услужливо открыл перед авторитетом дверцу и передал ему ключи от машины.

Геннадий Геннадьевич жестом показал Янису и Метбурзинову, чтобы те заняли места в автомобиле.

— Как ты думаешь, кто нас Сандаеву заложил? — Янис опустился на пассажирское кресло рядом с водительским.

— Ну, и кто же? — Мелихов воткнул ключ в замок зажигания.

— А хрен его знает! Хотя, реально, здесь один вариант, я думаю. Кто нам стуканул, что Сандаев тебя кинул? Платон. Кто еще знал, что Платон проговорился? Михей, Знахарь, Валет и Громила. Всего пять человек получается. И все они отправились в далекое путешествие в Сочи. Я лично видел, как они туда отбыли… Все, кроме одного. Я не видел трупа Громилы. Следовательно, вывод один. Этот сукин сын выжил и решил оказать своему другу очередную добрую услугу… Бабла-то Сандаев нагреб! Немерено, Ген! Им как раз на двоих хватит! Не надо было давать ему уйти. Я тебе говорил… А больше никто не в курсах. Так?

— Значит, надо найти их обоих, Янис, и ликвидировать, — спокойно произнес Геннадий Геннадьевич, заводя двигатель «Опеля».

Мелихов тронул машину, на полную утопив в пол педаль газа. Колеса завизжали, и автомобиль сорвался с места, стремительно набирая скорость. Пассажиров хетчбека отбросило на спинки сидений.

— Ништяк! — не удержался от восторженной оценки Метбурзинов.

— Да, рывок хороший, — добавил Мелихов. — Хорошая тачка. Я ее, наверное, возьму. На первое время сойдет. Потом что-нибудь посерьезней подыщем. Побалую, как ты говоришь, свою куколку. Что ты думаешь об этой машине, Янис?

Геннадий Геннадьевич заложил крутой вираж. Заскрипели тормоза, и автомобиль с заносом развернулся на сто восемьдесят градусов.

— Я бы взял такую машину своей матрешке, — Янис заглянул в бардачок.

— Хорошая, хорошая машина, Гена. Я до «Альфы» сам на «Опелях» ездил, — включился в разговор Метбурзинов.

— Кстати, а вот тебе, Артур, машина может вообще уже не понадобиться, — Геннадий Геннадьевич развернулся в сторону Метбурзинова.

Янис коротко хохотнул. Лицо Метбурзинова вытянулось.

— Ладно, ладно, — Мелихов дружески улыбнулся Артуру, поймав его взгляд в зеркале заднего вида. — Да ты не парься раньше времени. Морду скроил, будто лимона наелся! Это же ты предложил Сандаеву кидалово?

— Да, — кивнул Метбурзинов.

— Вот! — Геннадий Геннадьевич опустил оконное стекло и положил локоть на дверцу. — Значит, я мыслю так… Рано или поздно Сандаев все равно узнает, что ты собирался его прокинуть. А скорее всего, он уже просек фишку.

— Стопудово. Иначе он бы пришпырлял на стрелку. Ему столько бабла посулили, — добавил Метбурзинов.

— Он старик трусливый, но мстительный, — продолжил Мелихов. — Вот поэтому его и надо отыскать и наказать. Кстати, ты, Артур, в этом больше всех и заинтересован. Ты, если хочешь, чтобы тебе шкуру не продырявили, должен толкать Яниса в задницу. Для твоей же безопасности. И я советую тебе сделать это как можно быстрее. Кстати, Артур, прежде не забудьте взять у него деньги, которые он украл.

Мелихов подъехал к воротам автосалона, где его ждал менеджер.

— Да, хорошая машина, мощная, — заключил Мелихов, выбираясь из салона. — Я покупаю эту машину. Оформите побыстрее.

Геннадий Геннадьевич небрежно бросил менеджеру ключи от «Опеля».

* * *

— Ну, как успехи?

Ольга отложила журнал на столик и поднялась с дивана. На ней был только легкий домашний халатик, и Пит не сомневался, что под этим призрачным одеянием ничего нет. Теплая волна желания поднялась по ногам вверх и остановилась чуть ниже живота. Он расплылся в счастливой улыбке.

— Сносно, — приблизившись к Ольге, Пит скользнул рукой по ее талии, а когда ладонь сместилась сантиметров на десять вниз, он понял, что не ошибся в своих первоначальных прогнозах. Белья на девушке не было. — Я, конечно, не привык работать, как законопослушный гражданин, но, думаю, со временем втянусь. И справлюсь. Во всяком случае, мои новые сотрудники не вызывают у меня отвращения. Это шаг вперед. Верно, милая?

— Я всегда знала, что ты — умница, — Ольга чмокнула его в губы.

— Да, я — умница, и я по тебе соскучился.

Пит играючи привлек девушку к себе и одним легким движением заставил халатик соскользнуть с Ольгиных плеч на пол. Его пальцы нежно пробежались по ее гладкой спине.

— Что ты делаешь?

В голосе Ольги не было недоумения. На самом деле в нем легко читался призыв. Она не отстранилась от Пита, а, напротив, тесно прижалась к его груди. Пит поцеловал ее в шею. Затем еще раз, еще… Потом его губы коснулись плеча девушки.

— Я хочу тебя, — безапелляционно заявил он.

В дверь позвонили. Ольга невольно вздрогнула, но тут же поспешила расслабиться в объятиях любимого человека.

— Не будем открывать, — проворковала она, переступая через свой халатик и направляясь в сторону спальни. — Пойдем со мной.

Пит снял очки и положил их на столик поверх журнала. Звонок в дверь повторился, и на этот раз он прозвучал более настойчиво и продолжительно. Ольга поморщилась, в то время как ее тонкие пальчики перехватили запястье Пита.

— Ты ведь никого не ждешь? Верно, дорогой?

— Верно! — с жаром откликнулся Пит. — Все, кого я хотел видеть, уже здесь.

Дверной звонок дал о себе знать в третий раз и теперь уже верещал без остановки. Кем бы ни был человек по ту сторону двери, убирать палец с кнопки он не собирался. Ольга выпустила руку Пита из своей.

— Ну кто это такой наглый?! — недовольно произнесла она. — Ясно же, если люди не открывают, значит, никого не хотят видеть. Что за бесцеремонность такая, в самом деле!

Девушка подобрала с пола халат, быстро надела его и потуже затянула шелковый поясок.

— Я открою, — сказала она, направляясь к двери.

Пит двинулся следом.

Звонок продолжался до тех пор, пока Ольга не распахнула дверь настежь и, уперев руки в бока, грозно остановилась напротив порога.

Среднего телосложения молодой человек в потертых джинсах и черной майке навыпуск нехотя снял палец с кнопки и криво ухмыльнулся. Ольгу обдало свежими винно-водочными испарениями. Взгляд по-кошачьи зеленых глаз, глубоко посаженных под гипертрофированными надбровными дугами, тяжело перемещался из стороны в сторону, явно неспособный сфокусироваться на чем-то определенном. Трехдневная черная щетина покрывала щеки и подбородок визитера, подчеркивая массивность его скул. Нижняя челюсть слегка выступала вперед.

— Ну надо же! — воскликнула Ольга, хотя ее голос был пропитан самой настоящей арктической мерзлотой. — Посмотрите, кто к нам пожаловал! Разгуляй! Собственной персоной! Даже адрес вспомнил. И, как всегда, не вовремя. Я могла бы сразу догадаться…