Когда боги смеются - Александра Маринина

- А понимать это надо так, - сказала Настя, потираяспину, - что Женя с самого начала нам врала. Я-то, дура, все причины искала,оправдания какие-то, чтобы объяснить, почему она дала неправильные приметыФаната. Думала, ах-ох, бедненькая девочка, романтическая натура, придумала себепрекрасного принца и не хочет видеть реального человека. А на самом деле всегораздо грубее и изощреннее. Она решила вытянуть из папеньки денежки и,вероятнее всего, сбежать от него. У папы есть замужняя любовница, которую тотзадаривает цацками, одевает в дорогих магазинах и возит за границу, девочке,натурально, обидно, что той - все, а ей самой - ничего. Дальше все просто, онавоспользовалась своим сходством со Светланой Медведевой, тем более Яровой-тоодин раз уже обознался, то есть риск был минимальным. Нашла Кирилла где-нибудьвозле клуба, где выступала Светлана, и сговорилась с ним. Дело-то несложное,имена, адреса и телефоны все известны, снимай что хочешь и шантажируй в своеудовольствие. А вот когда Ярового убили, тогда Женечка и поняла, что с деньгамипролетела.

- То есть ты хочешь сказать, что она не влюбилась вИгорька, а играла в свою игру, чтобы посадить собственного папашу? -недоверчиво переспросил Зарубин.

- Ну почему, одно другому не мешает. Влюбилась - этоодна песня, и в ней, кстати сказать, у меня сомнений почти нет, я же видела,какими глазами Женя на него смотрела. А папашу посадить - это другая песня.Избавиться от него и жить своей жизнью, тратить деньги на наряды и развлеченияи ни перед кем не отчитываться. Про конфискацию наша Женечка как-то ухитриласьне подумать. Вы только представьте, как надо было задолбать собственную дочь,чтобы она решилась на такое!

- Жуть какую-то ты рассказываешь, - поежилсяследователь. - Ну так что мы имеем с гуся? Дача заведомо ложных показаний -раз. Подстрекательство к вымогательству - два. Что еще за девицей Рубцовой?

- Да хватит, - улыбнулась Настя, - ей и этого-то много.Что с нее взять, девятнадцать лет, в голове одно детство со сказками имультфильмами.

- А вот это ты, Настя Пална, не права, - строговозразил Зарубин. Девятнадцать лет - возраст солидный. Обманывать органыправопорядка и умышленно мешать им искать опасного убийцу - это очень плохо. Аорганизовывать шантаж - это уж совсем. Тем более в корыстных целях. Вон пацаныв девятнадцать лет в Чечне гибнут, они, выходит, уже достаточно взрослые, чтобывоевать. И девочка Женя пусть отвечает по полной программе. Верно я говорю,Борис Витальевич? - обратился он к следователю.

- Верно, верно. Но в одном Настасья права, девочка ни очем не подозревает, считает, что она самая умная и всех вокруг пальца обвела.Так пусть еще погуляет пару дней, насладится свободой без папы. Никуда она неденется. Вот с Рубцовым самые необходимые действия проведем, тогда и до нееочередь дойдет. Давайте бумаги-то раскладывать, дело стоит.

- Номер телефона и подпись "Виктор Иванович,ремонт телевизоров", - с тяжким вздохом раба, утомленного работой наплантациях, произнес Зарубин.

- Сюда...

* * *

- Девушка, давайте я вас пивом угощу.

Мордатый, плохо выбритый парень смотрел на Женю маленькимиблестящими глазками. От него пахло табаком и перегаром, и Женя с трудомсдержалась, чтобы не отвернуться. Она сидела в баре, который попался ей на путииз одного магазина в другой.

- Спасибо, не нужно, - вежливо ответила она.

- А че не нужно-то? - удивился мордатый. - Давайтевыпьем, познакомимся.

- Я не люблю пиво.

- А что вы любите? Водку, вино, коньяк?

- Я вообще не пью.

Мордатый прищурился, отодвинулся немного и презрительнопосмотрел на нее.

- Так ты малолетка! А че сюда таскаешься?

Женя схватила со стола сумочку и пакеты с покупками ивыскочила на улицу. Все идет не так, как она себе представляла! Где она, этапрекрасная взрослая жизнь? Где они, прекрасные принцы, молодые умные и красивыемужчины, которые начнут обращать на нее внимание, стоит только ей освободитьсяот отцовского контроля и купить себе модные дорогие вещи? Где все то, чтообещано ей было в романах и фильмах? Никто не обращает на нее внимания, азнакомиться с ней пытается только быдло вроде этого мордатого.

Идя по улице, Женя пыталась рассмотреть себя в стекле каждойвитрины. Стройная, с длинными черными волосами, свободно струящимися вдольспины, с яркими большими глазами, в короткой кожаной юбке, открывающей красивыеноги, в обтягивающем топе из модной ткани, с широким золотым браслетом на рукеи с толстой золотой цепью на шее, она казалась себе воплощением собственноймечты. День так славно начинался, она проснулась ни свет ни заря с ощущениемполной и никем не ограничиваемой свободы, радостно строила планы, обдумывая, вкакие магазины она поедет, какие вещи будет там покупать, где потом пообедает.И в этих планах неизменно возникал либо Игорь Лесников, которого она случайновстретит на улице, либо еще кто-нибудь, не менее красивый и умный, ктонепременно захочет с ней познакомиться и проводить домой.

В первых двух магазинах Женя вела себя как в угаре, снимая свешалок и унося в примерочную все подряд. Она купила роскошные широкие брюки свысоким разрезом, похожие на длинную юбку, несколько стильных коротенькихюбочек и топов с глубоким вырезом, вычурное вечернее платье, две пары изящныхтуфель и ботинки на толстой подошве с высокой шнуровкой, четыре комплектаумопомрачительно дорогого белья, но самое главное - она купила наконец хорошуюфирменную косметику, на которую раньше у нее денег не было. Однако уже втретьем по счету магазине, где Женя намеревалась приобрести короткую шубку изстриженой норки, ею стала овладевать скука. Перемерив несколько моделей и ни наодной не остановившись, она пошла в ресторан обедать.

Никакого праздника и здесь не получилось. Ей, неизбалованной походами в рестораны, казалось, что это должно быть что-тонеобыкновенное: внимательные официанты, чудесные на вкус блюда, и вообще... Тотпервый неудачный опыт с испанским рестораном Женя отнесла за счет своегонезнания меню и была уверена, что теперь-то все будет в порядке и праздникнепременно состоится. Официант был более чем вежлив и внимателен, и блюдо,которое она заказала, носило загадочное название "лазанья", и столбыл сервирован красиво, но... Ничего необыкновенного во всем этом почему-то небыло. Просто еда на тарелке, которую Женя съела, и просто счет в кожанойпапочке, который она оплатила.

После обеда Женя зашла еще в пару магазинов, но интерес кпокупкам угасал на глазах. Она устала, болели ноги, стиснутые новыминеразношенными туфлями, а главное - ее душило и пригибало к земле разочарование.И это все? Это и есть та жизнь, к которой она так рвалась?

Вернувшись домой. Женя аккуратно развесила в шкафу новыевещи, расставила в ванной купленную косметику. Сегодня день прошел. А завтра?Что она будет делать завтра? Еще вчера она была уверена в том, что водоворотпрекрасной взрослой свободной жизни захватит ее, завертит, и отныне у нее ниодной минуты скучной не будет. Друзья, поклонники, дискотеки, ночные клубы...Да откуда им взяться, друзьям и поклонникам? Где они? Она сегодня весь деньпровела на людях - и ни одного нового знакомого. Сблизиться с кем-нибудь, ктоходит на курсы немецкого? Да нет среди них никого похожего на прекрасногопринца или на ту подружку, которая ввела бы ее в круг той самой вожделеннойжизни. И вообще, не собирается она больше ходить на курсы, она их терпелатолько для того, чтобы отец брал ее с собой в поездки, а отец теперь в тюрьме.Так что же она будет делать завтра? Даже на работу не пойдет, потому что уфирмы больше нет руководителя, которому она нужна в качестве секретаря.