Под тонким льдом чернеет дно - Владимир Колычев

— А если не домыслы?

— Вот и я говорю, что нужно работать… Так что ты там про ее романы говорил?

— С продюсером, говорю, роман приписывали. И с Басковым. Теперь вот с Макеевым… Лисицын не пострадал, Басков тоже. А с Макеевым сами знаете что…

— Значит, Алмас в жизни Москалевой появился после Баскова.

— Не факт… В общем, надо справки наводить об ассирийце. Кто такой, с чем подают… Может, злой гоблин какой-нибудь…

— Людоед, — для красного словца вставил Александр Юрьевич. — С большими острыми зубами… Дело серьезное, преступника надо искать. Начнем пока с ассирийца. Можешь повесткой его вызвать или сам к нему на прием напросись. В общем, действуй…

Артем вернулся в свой кабинет, сел за стол, подпер кулаком голову. Суеты много, а толку мало. Нет у него веских оснований подозревать ассирийца Алмаса. Как нет и его самого. Чтобы найти его, нужно обращаться к Москалевой, а она вряд ли обрадуется встрече с ним… Впрочем, выбора у него нет. Алмаса нужно искать…

Только он собрался звонить Москалевой, как запищал брелок-пейджер автомобильной сигнализации. Кто-то покушался на его джип.

Артем поспешил на стоянку перед входом в здание отдела и возле своей машины увидел Таню.

— Привет! — весело улыбнулась она.

Волосы распущены, глаза теплые, но сверкают, как льдинки на солнце, на щечках приятный румянец. Артем невольно залюбовался ею.

— Какими судьбами?

— Да вот, мимо проходила…

Сегодня утром она отправилась в институт из его дома, но с уговором к нему же и вернуться. Артем пока не хотел отпускать от себя девушку.

— Решила заглянуть, посмотреть, как ты тут… — Таня взглядом показала на машину Гончара. — Колесо туго накачано, чуть каблук не сломала…

Надо было головой попробовать.

— Дурак!

— Знаю…

— Ваше начальство? — спросила Таня, взглядом показав на черный «Гелендваген», остановившийся неподалеку. Рядом с ним припарковался такой же черный «шестисотый» «Мерседес».

— Наше начальство с охраной не ездит, — покачал головой Артем, наблюдая, как водитель «шестисотого» открывает заднюю правую дверь.

Хозяин эскорта неторопливо выбрался из машины, чуть покачнувшись на выпрямленных ногах, осмотрелся по сторонам. Механически стряхнув пылинку с черного нараспашку пальто, направился к воротам, через которые можно было попасть в здание отдела.

Это был высокий, представительного вида мужчина европейской внешности, но все же что-то выдавало в нем азиатское происхождение. Непроницаемо спокойное выражение лица, жесткий невидящий взгляд, надменно сомкнутые губы. Он шел, никого не замечая вокруг.

Но вот его взгляд скользнул по Тане. И как будто фотовспышка сверкнула в его глазах. Как будто сфотографировал ее. Но при этом он не изменился в лице, даже ход не сбавил. И не обернулся, когда прошел мимо девушки.

За ним шел только один охранник, остальные остались возле машин. Крепкие на вид парни, внушительные, все в черном.

— К вам и такие ходят? — спросила Таня. Она смотрела вслед незнакомцу и с возмущением, и осуждением одновременно. — Мафиози чистой воды… Ты видел, какие у него глаза? Сам Балуев сыграть бы так не смог… А может, это террорист? Главный из «Ать-Каиды»?..

— Что-то я чемодана у него не видел. С тротилом…

Мужчина произвел впечатление и на самого Артема.

Только что-то страха не было. Разве что ощущение тревоги возникло…

— Надо бы посмотреть за ним… Ты здесь побудь…

Артем протянул девушке ключи, зашел в здание. И в холле первого этажа увидел «мафиози», который стоял к нему спиной.

— Вот он, лейтенант Гончар, — показал на него рукой дежурный сержант.

Мужчина медленно развернулся к нему. Лицо как было, так и осталось непроницаемо спокойным, но подавляющая тяжесть взгляда исчезла.

— Здравствуйте! — благодушно улыбнулся мужчина, обнажив белые ровные зубы. — Меня зовут Алмас.

— Рад вас видеть. Очень рад… — озадаченно посмотрел на посетителя Артем.

Видно, не все благополучно в ассирийце, если он сам, без приглашения прибыл.

— Прошу! — Артем двумя руками показал вдоль коридора, по которому можно было попасть в его кабинет.

Алмас благодарно улыбнулся, но не сдвинулся с места. Только после вас — говорил его взгляд. И Артему пришлось подчиниться, хотя бы потому, что ассириец не знал, куда идти.

Кабинет у лейтенанта небольшой, но в нем он заседал сам. Ремонт и обстановка — дело его рук и вкуса. Стол с директорским креслом, стулья для посетителей и небольшой кожаный диван для отдыха.

Алмас проявил учтивость — снял пальто, повесив его на рогатую вешалку. Артем ожидал, что гость умостится на диван, но он сел на стул. Спокойное лицо, мягкий, хотя и не смиренный взгляд, отнюдь не вызывающая поза.

— Вчера вы, лейтенант, разговаривали с моей женой, — как о чем-то само собой разумеющемся сказал он.

— Разве Виктория Марковна — ваша жена?

— Гражданский брак, гражданская жена.

— Ясно. Вы живете вместе?

— Да. Насколько я знаю, это не запрещено законом.

— А в этом вас никто и не упрекает… Кстати, как ваша фамилия?

— Мне скрывать нечего. Сабуров Алмас Евгеньевич… Или вы думали, что у меня и отчество мусульманское? Нет, я православный, хотя и ассириец. Просто мама захотела, чтобы меня так звали… Не думаю, что вам это интересно, — смущенно улыбнулся Сабуров.

— Да нет, интересно…

— Но мы не будем об этом, ладно?

Медленно, но уверенно Алмас брал инициативу в разговоре в свои руки… Или он владел ею с самого начала?

— Поговорим о Виктории Марковне, — кивнул Артем. — Да, я разговаривал с ней.

— И разговаривали с ней в неподобающем тоне.

На какой-то миг Алмас хищно сощурился, но тут же вернулся к бесконфликтной манере общения.

— Вынужден с вами согласиться… — сочувственно развел руками Артем.

— И еще вы обвинили меня в том, что я искалечил Игоря Макеева.

— Я вас не обвинял. Я всего лишь предполагал…

— Не будем вникать в тонкости. Вы подозреваете меня, и это факт… Мы бы могли подать на вас в суд или даже обратиться в прокуратуру. У меня есть связи, у меня есть возможности осложнить вам жизнь. Но я не буду заниматься ерундой. Я человек простой, тайны мадридского двора меня никогда не привлекали. И если меня в чем-то обвиняют, я обычно открываю забрало. У вас есть ко мне вопросы, что ж, я готов на них ответить. Чтобы не было недоразумений…

— М-да, похвальное поведение с вашей стороны… А вопросы у меня к вам есть.