Мечтать не вредно - Светлана Алешина

Их физиономии были точь-в-точь такими же перекошенными, как у меня. Только Филипп хранил полную невозмутимость. Он спокойненько выпустил мою руку и пригубил шампанское.

— Так что прошу любить и жаловать новоиспеченную госпожу Волкову, — миленько так улыбнулся он, даже не заинтересовавшись тем впечатлением, какое произвела на меня его пламенная речь.

Вокруг меня образовалось «блокадное» кольцо тишины. Лицо, Приближенное к Губернатору, истерически зажевало салатик, девица с красивым и злым лицом, пребывающая по правую руку от Лица, смотрела в одну точку, полненькая дама напротив явно грозилась разрыдаться, ковыряя вилкой ни в чем не повинную колбасу, а другая дама с лысеньким мужичком посмотрела на меня осуждающе. Правда, сидящая рядом с ним по левую руку девица с насмешливой рожицей взвизгнула радостно и прокричала:

— Виват!

После этого неурочного вопля она тут же выпила залпом бокал шампанского и заговорщицки мне подмигнула, не обращая никакого внимания на озлобленные взгляды своих маменьки и папеньки.

Филипп обвел почтенное собрание довольным взглядом маркиза де Сада, которому удалось замучить огромное количество жертв сразу, и невинным голоском спросил:

— Почему вы меня не поздравите? Вы не рады за меня?

Он, похоже, забавлялся ситуацией в отличие от меня. Я начинала злиться.

— Браво, — проворчала я тихо. — Правда, не очень-то понятно, почему я об этом узнаю в последнюю очередь!

— Я думал, вы из породы романтиков, — шепотом ответил он мне. — Я вам совсем не нравлюсь? А вот эти барышни спят и видят, как бы им выйти за меня замуж. Но вы не волнуйтесь, потому что вам повезло. Счастливый лотерейный билет вытянули вы.

— Ага, — кивнула я. — Только вот вопрос, надо ли мне было его вытаскивать. Я как-то в ближайшие пятьсот лет замуж не собиралась.

Я раздумывала, не потребовать ли от него сначала представиться маменьке и заручиться ее согласием, но, вспомнив, как сюда доставляют возможных «родственников», живо представила себе, как мамочку уволакивают крепкие бандиты прямо от ее любимого сериала, и мне стало страшно.

Нет уж, надо выбираться самой.

— Сашенька, не расстраивайте меня!

Его брови угрожающе сдвинулись в одну линию, и сейчас я реально поняла, что, когда он расстраивается, он становится опасным для окружающих. То есть я обречена скорее всего на участь всех жен Синей Бороды, поскольку я создана исключительно для того, чтобы расстраивать все мужское население нашей многострадальной планеты.

Он, впрочем, взял себя в руки, и теперь его глаза снова светились безграничной любовью. Он даже коснулся губами моей руки и прошептал:

— Я ведь люблю вас, Сашенька!

«Вот еще напасть какая, — встревоженно подумала я. — Просто кошмар! Не мог в кого-то еще влюбиться! Надо ж ему было именно меня углядеть в толпе!»

— Знаете, я увидел эту девушку первый раз случайно.

Он рассмеялся. Как ребенок, который получил наконец-то вожделенную игрушку.

— Она стояла на остановке такая печальная… Я неотступно следовал за ней и проследил ее путь до самого дома, любуясь каждым ее движением. Как я мог подойти к ней? Но жажда моя становилась все сильнее и сильнее, любовь стискивала мою грудь…

«О, господи! — с ужасом подумала я. — Похоже, он зачитывается любовными романами! Во всяком случае, шпарит, прямо как цитирует. Мама, пожалуй, не преминула бы дать свое согласие на наш брак. Нет, никогда! Я не должна этого допустить, иначе господь не простит мне такого грехопадения моей несчастной матери!»

— И тогда, господа, я решился на необдуманный поступок. Я совершил подвиг во имя любви, не видя иного выхода завладеть этим рыжеволосым сокровищем! Я ее похитил!

Он явно гордился собой. Остальные же смотрели на него, как на полного придурка, мне его даже стало жаль, просто дитя, которого не хотят понять взрослые дяди и тети!

— Теперь мое сокровище перед вами. Конечно, сначала я должен был представить ее вам. Хочу вам сразу сказать, что все возражения по поводу моего выбора я считаю крайне неуместными! Веселитесь, господа!

Похоже, он закончил свою пламенную речь. Наверное, надо было бы всем сразу разразиться аплодисментами.

Но все молчали, смотря в собственные тарелки, не осмеливаясь поднять глаз. Никто, похоже, после этакого сообщеньица веселиться не собирался.

Наконец тишину разрезал резкий смех и несколько театральных хлопков.

— Ты полная зараза, Филипп! — услышала я женский голос и подняла глаза.

Говорившая стояла у двери и смеялась. С удивлением я узнала в ней ту самую Лену, которая приказывала меня отнести на руках в случае сопротивления.

— Так вот, — продолжала она. — Ты полный кретин и придурок, потому что забыл назвать профессию твоей избранницы. Не боишься, что я сейчас назову место, где она работает?

Все замерли, разглядывая ее с интересом.

— Я и сама назову, — встряла в разговор я. — У меня, слава богу, пока еще присутствует язык.

Филипп больно сжал мою руку.

— Лена, мы с тобой поговорим потом, — многообещающе заявил он.

— Да, поговорим, — вскинула она голову и насмешливо улыбнулась. — Я в этом не сомневаюсь, что нам с тобой есть о чем поговорить.

И, развернувшись на высоченных каблуках, она исчезла за массивной дверью так же быстро и неуловимо, как и появилась.

* * *

Да уж, вечеринка удалась на славу!

Правда, с невестой им явно не подфартило. Не собираюсь я сидеть тут, как овечка на заклании!

Я успокоилась и теперь рассматривала моих будущих «друзей» с веселым и злым любопытством. Наевшись вкусных деликатесов и Филипповых странных выходок, они — как бы это повежливее выразиться — «утерлись» и теперь порхали вокруг меня, как стайка разжиревших бабочек.

Филипп не отходил от меня ни на шаг. Все время, пока я принимала поздравления.

— Надеюсь, вы сполна оцените свое счастье, — прошипела мне в ухо полная дама, которую, как выяснилось, звали Аллой Ивановной. — Вам ведь крупно повезло, милочка!

Безрадостная девица с длиннющим носом оказалась ее родной дочерью, и она присовокупила к мамашиным поздравлениям кислую улыбку и жадный взор в сторону Филиппа. Я вздохнула, поскольку определенно без лишних сомнений пожертвовала бы своим счастьем в ее пользу.

Они жали мою руку своими потными лапками и что-то щебетали. Кажется, Алла Ивановна решила, что раз уж не вышло получить жениха, то пускай хоть дочка обретет полезную подружку в моем лице. Поэтому она бесконечно расхваливала «Тамочкины» таланты и ее добрый нрав, о котором было совершенно невозможно догадаться из-за злых маленьких глазок.

Когда Тамочка с ее невыносимой матерью отчалили в сторону, ко мне подкатилось подобострастное Лицо, держащее под локоток красавицу дочку. Лицо попыталось изобразить на своем горестном лице веселую улыбку, что получилось у него слабовато, но его дочь вдруг зыркнула на меня глазами и, дернув отца за рукав, сурово сказала: