Взрывная волна - Илья Бушмин

— Не горячись, полегче, хорошо? — Браун лихорадочно соображал. — Давайте так. Вы показываете мне стволы. Если все нормально, я звоню своему человеку, и он переводит деньги на ваш счет.

Громила покосился на водителя. Тот, видя его в зеркале заднего вида, еле заметно кивнул. Громила успокоился.

— По рукам. Мы тебе позвоним.

Машина съехала к обочине. Громила кивнул Брауну на дверцу, призывая проваливать.

— Когда?

— Мы позвоним.

Браун вышел из «тойоты». В тот же миг она сорвалась с места и понеслась прочь. Следом за ней на большой скорости проехал неприметный седан, за рулем которого Браун успел разглядеть знакомого детектива из управления. Он говорил в микрофон рации:

— Они разошлись, объект уходит по Кросс-Роуд на север…

Вслед за джипом проехало еще несколько машин, в одной из них Браун увидел другого полицейского в штатском. А затем около Брауна притормозила, распахивая пассажирскую дверцу, машина Чемберса. Сев рядом с ним, Браун бросил:

— Это был не Валет. Кто-то из его людей, но не он сам.

Когда машина тронулась, Чемберс передал Брауну лежащую на панели приборов тонкую папку.

— Валета зовут Мэтт Хайли? Мы нашли его досье, вот он.

Браун был удивлен. С фотографии полицейского досье на него смотрел водитель громилы.

А потом все пошло наперекосяк.

Полицейские вели машину Валета и громилы. Те вроде бы бесцельно кружили по городским улицам. Вертолет продолжал, держась на почтительном расстоянии и на солидной высоте, координировать действия детективов, комментируя по рации:

— Объект поворачивает направо Хьюман-стрит…

— 9-17, уходи налево, прием…

«Тойота» двигалась по улицам. Валет хмуро косился в зеркало заднего вида. Он что-то чувствовал, но что — объяснить не мог. Что-то шло не так. А интуиция его не обманывала никогда, поэтому Валет привык доверять ей всегда и во всем — именно поэтому он был в деле, а не гнил в тюрьме. Одна из машин позади вызвала его подозрение. Но, бросив очередной взгляд в зеркало, Валет увидел, что она сворачивает влево.

— Что-то не так? — буркнул сзади громила, оборачиваясь назад.

— Пока не знаю. Вроде бы хвоста нет, но… не знаю, — хмуро бросил Валет. — По-моему, что-то не так.

В своей машине Чемберс и Браун внимательно слушали за переговорами по рации.

— Почему они кружат по улицам? — нервно недоумевал Чемберс.

— Проверяются.

— Все прошло хорошо?

— Я все делал как положено. Они не должны были ничего заподозрить, — отозвался Браун, пытаясь вспомнить, не прокололся ли где-нибудь. Вроде бы нет. Да, он был неуступчив, но в работе под прикрытием это правило номер один. Нет ничего подозрительнее покупателя, который соглашается сразу и на все, лишь бы сделка состоялась.

А рация хрипела голосами полицейских:

— Возвращаются к Керби-стрит. Движутся вниз к Мейсон…

— 9–8, принимай их у Мейсона.

— Понял…

— 10–13, уходи налево…

Браун быстро просмотрел досье Валета.

— Два задержания и год тюрьмы за хранение. Никакой оперативной информации о его месте в бизнесе. Валет действительно хорош.

— На Кинзи-стрит патрульная машина, — прохрипела рация. — Сообщите им по рации, чтобы пропустили…

Продолжая цепко поглядывать в зеркало заднего вида, Валет свернул на Кинзи. Впереди, у соседнего перекрестка, стояла полицейская патрульная машина. Патрульный за рулем держал радар в руках, Валет заметил это издалека. Второй топтался около машины. До них оставалось ярдов 100, когда патрульный снаружи склонился к рации, что-то буркнул и поспешил в машину. Но перед этим успел бросить быстрый взгляд вперед — в сторону «тойоты» Валета.

Валет напрягся, прищурившись. Вот теперь точно что-то не так. И есть способ это проверить наверняка.

— Сейчас главное не нервничай, — буркнул он. И вжал ногу в педаль газа.

Резко набирая скорость и ревя двигателем, «тойота» пронеслась мимо патрульной машины. Полицейский за рулем смотрел прямо на нее. И радар тоже.

Проехав перекресток, Валет внимательно поглядывал в зеркало заднего вида. Если все хорошо, сейчас патрульная машина включит мигалки и поедет за ними.

— Валет, что такое? — недоумевал громила.

Патруль не тронулся с места. Валет сжал зубы:

— Это был коп.

Рация хрипела голосами полицейских:

— Объект резко увеличил скорость перед патрульной машиной на Кинзи…

— Твою мать, — чертыхнулся Браун. — Он нас раскрыл.

— Что? Как?

— А я откуда знаю! Черт…!

— Внимание всем, объект разворачивается! — удивленно прохрипела рация. — Он разворачивается, едет назад!

Валет развернулся посреди улицы. Громила выкатил глаза, не понимая ничего:

— Что ты делаешь? Мы куда?

— В гости, — отозвался Валет. Глубоко вдохнув и возвращая себе хладнокровие, он снова пересек перекресток, оказавшись около патрульной машины. И съехал в обочину прямо к полицейским. Коп в вертолете, видя это в бинокль, растерянно поднес к лицу рацию.

— Он… идет к патрульной машине.

Браун мрачно закрыл глаза. Это провал.

— Едем туда, Рик, — устало произнес он.

Громила на заднем сиденье опешил, просто не зная, что сказать. Но Валет и не нуждался в его комментариях. Спокойно выйдя из-за руля, он направился к патрульной машине. Полицейский с радаром выглядел не менее растерянно, когда вышел к нему навстречу.

— Сэр?

— Я хочу поговорить, — заявил Валет.

— Простите…?

— Я хочу поговорить, — невозмутимо повторил Валет. — И вы знаете, о чем я. Свяжитесь с тем, кто приказал вам пропустить нас. Думаю, они в курсе.

Патрульные переглянулись, не зная, как себя вести. Но связываться ни с кем не понадобилось. В стороне затормозила машина, из которой вышел Браун. Увидев его, Валет лишь хмыкнул.

Грек с удовольствием принял душ. Мотель был дешевый и старый, но после тюрьмы и это место могло показаться раем. Тем более, что в номере была собственная кухня. Поэтому после душа Грек сразу отправился к холодильнику. По пути в мотель полицейские купили какой-то еды. Детектив Поррас, со скучающим видом переключавший каналы, хмуро наблюдал за Греком — тот достал ветчину, сыр, принялся делать себе сэндвич. Достав из ящика нож, он хмыкнул Поррасу:

— Нет желания перекусить?

— Не сейчас.

— Как хочешь. А у меня хорошее настроение. А когда у меня хорошее настроение, сразу просыпается аппетит. Знакомое чувство? — Поррас не ответил. — Как тебя зовут, детектив?