Братья по оружию - Иван Стрельцов

Тем временем в ангаре полным ходом пытались провести с задержанным кладовщиком экспресс-допрос. Но чеченец не собирался отвечать на «учтивые» вопросы спецназовцев, а лишь монотонно бормотал:

– Я ничего не скажу, лучше убейте.

– Ну что ж, сам напросился, – наконец не выдержал старший группы. – Серега, твой выход.

Из-за щитов появился широкоплечий здоровяк, только что расправившийся с автоматчиком, специалист по рукопашному бою, мастер «сёриндзи» – японского стиля многофункционального воинского искусства, включающего в себя и технику допроса.

Серега вразвалочку приблизился к распластанному на полу чеченцу, присел на корточки и добродушно произнес, подмигнув:

– Ну что, потанцуем?

– Разрешите войти, товарищ полковник, – дверь кабинета приоткрыл подполковник Капут. С того момента, как полковник Крутов, прибыв из Москвы, расположился на Моздокском аэродроме, Евгению Васильевичу также пришлось перебраться сюда из уютного кабинета в разведотделе сорок второй дивизии.

Развернутый на аэродроме штаб ГРУ работал в форсированном режиме, сюда по-прежнему стекались сотни донесений, которые необходимо было обработать и отправить в виде приказов и инструкций.

Карта на столе Крутова пестрела разноцветными значками, пометками, флажками с комментариями. Отхлебывая горячий чай из граненого стакана в подстаканнике из нержавейки, Родион снова и снова до рези в глазах всматривался в поверхность карты, изучая диспозицию развернутых на территории Чечни войсковых соединений, и пытался просчитать, какие действия сможет предпринять противник. Услышав голос подполковника, в обязанности которого входило дважды в сутки докладывать оперативную сводку, он оторвал взгляд от карты.

– Ты уже здесь, Евгений Васильевич? – спросил он, отодвигая стакан с уже остывшим чаем. – Есть что-то новое?

– Так точно, – ответил Капут. В кругу военных разведчиков не принят армейский этикет, но пребывание на войне (в районе боевых действий) диктует свои условия.

– Докладывайте.

– Группа отряда «Город», обследуя этой ночью канализационный коллектор, обнаружила пятитонный заряд самодельной взрывчатки, уложенный под военной комендатурой. Заряд разминирован, заодно и двух подрывников прихватили. Одного «умножили на ноль», второго взяли живым и по горячему раскололи до самой жопы. Рассказал очень много интересного по Бамуту, Шали, Ведено, Гудермесу и остальным точкам, куда направлялась «гуманитарная помощь». Информация передана другим подразделениям отряда «Город», этой ночью они начнут нейтрализацию команд подрывников. Кроме того, «язык» дал интересную информацию по некоторым тайникам с ракетами.

– Ценное приобретение, – кивнул Крутов, имея в виду захваченного диверсантами ФСБ подрывника.

– И не говорите, сущий клад, – согласился подполковник и продолжил доклад: – Информацию по тайникам передали командованию внутренними войсками. Они уже выделили подразделения для нейтрализации «духовских» закладок.

Отряд «Витязь» совместно с батальоном «Восток» обложили базу «Черных вдов» в поселке нефтяников и теперь только ждут команды к действию. В случае, если шахидки внезапно решат покинуть поселок, решено приступить к их ликвидации.

– Разумно, – согласился Крутов.

– Части сорок второй дивизии вчера днем провели техосмотр боевой техники, чтобы в час «Ч» не возникло заминок с выдвижением. Командиры подразделений получили четкие инструкции на тему маневра и дислокации.

Все опорные пункты будут усилены дополнительными подразделениями с бронетехникой и тяжелым вооружением. Кроме того, в местах возможного просачивания моджахедов на равнину будет выставлено двенадцать заслонов ротного штата. – Немного помолчав, Капут с явным воодушевлением подытожил: – Частокол получился надежный, товарищ полковник, муха не проскочит.

– План написан на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить. – Родион Крутов не разделял восторгов подполковника. – Что там у пограничников?

– На все погранзаставы под видом доставки продовольствия направлены дополнительные подразделения спецназа, портативные артиллерийские системы и боеприпасы. В Каспийске погранцы держат оперативный резерв в боевой готовности. Также к аэродрому выдвинут разведбат сорок второй дивизии, его решено использовать на завершающей фазе операции или в случае, если что-то пойдет не так.

– Если что-то пойдет не так, – эхом повторил за Капутом Родион Андреевич. Он хорошо знал, что может стоять за этими вроде бы безобидными словами. Бросив на карту беглый взгляд, полковник неожиданно спросил: – От Шатуна известий нет?

– Пока нет, – почувствовав внезапно изменившееся настроение командира, негромко ответил Евгений Васильевич. – Думаю, пока ему нечего сообщать. Отряд «Вихря» надежно сидит у них на хвосте, по сообщениям, караван рыскает среди гор, часто останавливается на привалы. Подозреваю, что Воин пытается связаться со своими хозяевами по поводу нового места доставки ракетных установок.

– Что докладывает служба радиоперехватов?

– Так, мелочь, ничего связанного с нашими делами нет. Возможно, моджахеды используют другие каналы связи, тайниковую или «эстафету». Слухачам это не по силам, не их профиль.

– Ясно, – Крутов в задумчивости забарабанил пальцами по карте. Ситуация, выражаясь медицинским языком, приближалась к кризису, развязка могла наступить в любую минуту. – Сколько «грачей» сейчас в небе?

– Как обычно, патрулирует дежурная пара штурмовиков.

– С сегодняшнего дня патрулировать должны звеньями, – распорядился Родион Андреевич. – В случае получения радиосигнала от маяка Шатуна удар должен быть ошеломляющим и мощным. Только так можно гарантированно уничтожить караван с ракетными установками, а уж потом зачищать «лесных духов», отряды «самообороны» и прочие сборища сепаратистов.

– Я сообщу командованию летунов.

– А как себя ведет наша милейшая журналистка?

– Несколько дней назад Алина Буковинская выписалась из гостиницы, сняла дом на окраине Грозного и со своими помощниками развернула там настоящий телецентр.

– Готовятся в открытую, значит, развязка уже не за горами, – произнес Крутов. Он погрузился в размышления, опытный шахматист и матерый разведчик, привыкший не просто доводить до логического конца разрабатываемую операцию, но и устраивать заделы на будущее. В эту минуту его неожиданно посетила подходящая идея.

– Необходимо срочно связаться с Каманиным. – Родион Андреевич решительно поднялся из-за стола…

Проводником оказался маленький и щуплый юноша в широких мешковатых джинсах, футболке с эмблемой испанской футбольной команды «Риал», поверх которой была накинута выгоревшая на солнце камуфляжная куртка. На голову мальчишка натянул такую же видавшую виды панаму с обвисшими полями.

Шатун, теперь приближенный к Руслану Мирзоханову, смог внимательно рассмотреть проводника вблизи. Пацан совсем не походил на прежних лоцманов горных троп, он не имел ни вместительного рюкзака, ни бурки, которая в условиях высокогорья заменяла ветровку, спальник, а при необходимости и палатку. Даже винтаря у него не было, на худеньком плече болтался короткоствольный «АКСУ», оружие, абсолютно непригодное для войны в горах.