Базовый прорыв - Александр Тамоников

– Что случилось?

– Боевики провели разведку коллектора.

– Каким образом?

– В мою сторону выходил наемник по имени Эшли!

– Что он, по-твоему, высматривал?

– Я не понял его намерений. Просто прошелся по коллектору. Не доходя до моей позиции, остановился. Развернувшись, пошел обратно.

– Даже за поворот не выходил?

– Нет! Это-то и странно! Ни за поворот не посмотрел, ни в ответвления от главной магистрали не заходил, ни даже в проемы колодцев не заглядывал.

– А кто отдал ему приказ на разведку?

– Все тот же Дэв! Сначала он попросил у Эшли аспирин, сославшись на головную боль, потом отправил того в коллектор.

– Ясно! Продолжай работу! До связи!

– До связи!

Тут же и Щурин дал о себе знать. Он слово в слово повторил сообщение Зорро. И на поставленные вопросы ответил так же, как и Затинный! Действия этого Дэва и Эшли были непонятны подполковнику. В них не было смысла. Отправить бойца прогуляться по коллектору просто так? Зачем? В целях профилактики? Или для того, чтобы успокоить себя? Скорее всего, чтобы успокоить. Видимо, этот Дэв начинает нервничать. Он профессионал и подсознательно просчитывает все варианты противодействия, которые могут быть применены против него во время акции. Вот, наверное, и перегрузил череп лишней информацией. Да так, что голова разболелась. Это бывает! Особенно в условиях ожидания в крайне ограниченном, закрытом и темном пространстве. Когда нервы напряжены до предела, хочется быстрее начать действия, а вместо этого приходится ждать!

Да, такое бывает! И Дэв сейчас испытывает сильный дискомфорт, порождающий неуверенность и тревогу. В этом случае любое действие, даже бессмысленное, но отличное от статичного ожидания, в той или иной мере разряжает обстановку, на время загоняя негативные ощущения вглубь. Только этим можно было как-то объяснить решение главаря провести так называемую разведку!

Пашин тоже решил немного подремать, но писк аппарата спутниковой связи заставил его подняться из удобного кресла.

– Григ! На связи!

– Почему молчишь, Гриша? Ты же прекрасно должен понимать мое состояние здесь, в Москве!

– Я его понимаю, генерал, но выходить на связь считал преждевременным.

– Ты до сих пор не прояснил обстановку?

– Да, в общем, она мне ясна. Непонятно пока одно, КАК именно будет атаковать объект диверсионная группа. Единым подразделением или частями, используя прикрытие, а возможно, и отвлекающий маневр. Хотел связаться с вами, как только выясню это, но извините, генерал! Сейчас я подробно доложу о своей работе с 7.10 сегодняшнего утра.

И подполковник подробно доложил непосредственному начальнику обо всем, что узнал за время проведения массовых полевых предприятий. Услышав подтверждение наличия на объекте диверсионной группы, Луганский вспылил:

– И ты не посчитал нужным об этом сообщить мне? Как понимать тебя, подполковник Пашин?

– Генерал, вы обо всем бы узнали в свое время!

– Нет, ты думаешь, что делаешь? У тебя под носом целая банда, способная поднять на воздух секретный объект, и ты молчишь об этом?

– У меня все под контролем! И последние данные по количественному составу диверсионной группы Гурбани я получил только что, да и то не совсем точные! А что бы я раньше вам доложил? То, что Скоблин нашел следы? Потом то, как по этим следам проследили маршрут подхода? И так далее, в хронологическом порядке? Но тогда нам с вами пришлось бы постоянно находиться на связи! И уверяю вас, Борис Ефимович, если бы что-то шло не так, как планирую, я немедленно связался бы с вами!

Генерал успокоился. И все же не до конца. Ему не давал покоя факт присутствия банды в прямой для нанесения удара близости от взрывоопасного объекта.

– Ты уверен, Гриша, что в любом случае не допустишь диверсии?

– Абсолютно, генерал!

– Даже если этот Дэв отдаст приказ действовать немедленно?

– Даже в этом случае я успею заблокировать отряд наемников в подземелье.

– Ладно! Но… смотри! Ответственность на нас такая, что, если сбой, не погоны полетят, головы! Это запомни!

– Все я понимаю! Не беспокойтесь!

– Да! Теперь – не беспокойтесь!

– Вот видите. Вы начали нервничать. А не сообщи я, тревожились бы, естественно, но не до такой степени. Успокойтесь, Борис Ефимович, я действительно полностью контролирую ситуацию на объекте.

Пашин хотел завершить разговор, но Луганский продолжал задавать вопросы:

– А ты уверен, Гриша, что в округе нет дополнительных сил Гурбани?

– Сейчас уверен!

– Почему сейчас? А раньше не был уверен?

– Раньше не был, потому как взрывом была выведена из строя система раннего обнаружения противника. На данный момент неисправность устранена, и я получил доклады радиотехнической разведки. В них никаких не то что групп, даже животных не отмечено! Нет у Дэва страховки. И прикрытия с резервом тоже нет. Вдесятером они решили взорвать завод.

– А это… катастрофа самолета их рук дело?

– Ну откуда, генерал, я могу достоверно знать, что произошло на борту «Боинга»? Скорее всего, диверсионная группа следовала рейсом в качестве пассажиров. А катастрофу устроили либо оба пилота-смертника, либо один из них, фанатично преданный идеалам священного джихада. Но это мое мнение. Как все происходило в реальности, нам, возможно, поведают те наемники, которых возьмем живыми!

– Ты поаккуратней там с живыми! Малейшая опасность – вали всех! Главная задача не допустить диверсии, остальное не столь важно.

– Давно ли вы, генерал, начали всерьез принимать опасность, грозящую объекту № 17?

– На похвалу набиваешься, Григ? Вот, мол, какой я! Один из всех сразу предугадал действия Гурбани. Даже объект вероятной основной атаки указал!

– А что, разве не так?

– Так! Но на то ты мой заместитель и профессионал, чтобы просчитывать подобные варианты.

Пашин рассмеялся:

– Ловко вы, Борис Ефимович, зигзаг крутанули! Не придерешься!

– Потому что не к чему придраться! Ну все! Хватит разговоров. Ты в ноль часов начинаешь вывод бойцов на позиции?

– Так точно!

– Свяжись со мной, когда заблокируешь местность и получишь окончательную информацию о планируемых террористами действиях! Понял меня?

– Так точно! Понял вас, генерал!

– Выполняй! Конец связи!

Григорий отключил рацию. Теперь точно можно отдохнуть! Это даже хорошо, что Луганский сам вышел на связь! С сего момента и до 23.00 Пашин может отдыхать, если, конечно, обстоятельства не вмешаются. Но к черту их! Сейчас главное – сон. Пашин развалился на директорском кожаном диване и мгновенно уснул. И ему удалось выспаться, никто подполковника не потревожил. И это был хороший признак. Следовательно, никаких изменений в сложившейся обстановке не произошло.