Базовый прорыв - Александр Тамоников

Пашин тряхнул головой.

И что за мысли приходят в голову? Хотя… разве они не имеют право на существование? Имеют! Угроза реальна. Она рядом, в блестящих металлических ангарах. Достаточно чьей-то безумной воле подорвать склады, и смертоносное ядовитое облако начнет свой губительный путь, оседая на землю, уничтожая все живое. Этого ни он, ни его подчиненные допустить не могут. И не допустят. Даже ценой собственных жизней.

Размышления подполковника спецназа были прерваны появлением помощника директора.

Тот внес поднос с чашкой, наполненной дымящимся, распространяющим вокруг себя тонкий аромат прекрасным кофе. Пашин поблагодарил помощника, который тут же покинул кабинет, плотно затворив за собой обе двери тамбура.

Вскоре на связь вышел Скоблин, доложив, что начал зачистку нейтральной полосы. Чуть позже и от Воронцова прошел доклад о выходе с бойцами местного батальона на разрушенные авиакатастрофой рубежи проволочных и минных заграждений. От Глебова известий пока не поступило. Да это было объяснимо. Майору предстояло найти главного инженера, выслушать его консультацию и только после этого вычислить потенциально возможные для противника цели диверсии.

Пашин выпил чашку кофе. Почувствовал себя бодрее. Подполковника не покидала тревога. На этот раз грызло сомнение, не ошибся ли он, подняв такой шум? Может, на самом деле никакой второй диверсионной группы не существует, а Гурбани ограничился попыткой затопления небольшого провинциального города? Да и черт бы с ним. Не за себя тревожился Пашин. Он прекрасно представлял, КАК будет выглядеть перед вышестоящим командованием генерал Луганский, пошедший по сути на поводу у интуиции подчиненного и принявший решение по настоянию заместителя. У которого, кстати, до сих пор не было каких-либо улик, указывающих на то, что объекту № 17 реально грозит опасность диверсии. Одно лишь предчувствие и масса предположений. Но пусть так! Пашин был уверен, что Луганский, как и он сам, с радостью станет мишенью для нападок начальства, лишь бы на химическом объекте тревога оказалась ложной.

Однако таковой ей стать было не суждено.

В 10.40 Пашина вызвал Скоблин:

– Григ! Я – Нейтралка!

– Слушаю тебя, капитан!

В голосе Скоблина отчетливо прозвучало возбуждение:

– Есть следы, Григ, есть!

Подполковник поднялся с кресла:

– Где обнаружил?

– Прямо напротив кустарниковой полосы, что протянулась перед ангарами.

– Откуда, куда и сколько человек прошли на объект?

– Из леса, на уничтоженное минное поле через порванную проволоку, дальше не вижу, а сколько прошло человек, сказать не могу. Они шли след в след, но по двум направлениям. Так что их может быть и четверо, и десятеро, но не меньше и не больше, судя по глубине отпечатков на контрольно-следовой полосе и нейтральном пространстве.

– Отпечатки отчетливые?

– Местами!

Пашин задумчиво протянул:

– Как же они прошли лес, где работают «Москиты»? И почему не убрали за собой следы?

– По первому вопросу ответ дам позже, я намереваюсь проследить их путь по лесному массиву. А насчет второго могу лишь предположить – главарь бандитов, проникших на объект, просто не думал, что после катастрофы кто-то станет чего-то искать на разрушенном участке. Или в общей суматохе их элементарно затопчут!

– Логично, Вова, логично. Но не для профи высокого уровня. Профи обязаны убирать свои следы в любом случае!

– А если боевики сильно торопились?

Пашин переспросил:

– Торопились?

– Ну да! Сами представьте, если их прорыв напрямую связан с падением лайнера, то пройти через разрушенные заслоны заграждения они должны были в кратчайшее время, дабы не быть замеченными. До зачистки ли хвостов в этом случае?

– Возможно, ты и прав, капитан! Возможно. Оставь возле следов одного человека, с остальными продолжай работу по своему плану. О всех новостях немедленный доклад мне.

– Есть, Григ, выполняю!

Пашин присел.

Так! И все же он оказался прав. Интуиция, выработанная за многие годы службы в спецназе, не подвела. Гурбани действительно решил сыграть в двойную игру и в качестве главной цели выбрал именно тот объект, на который подполковник сразу обратил внимание. Еще тогда, когда получил первичную информацию о замысле Гульбеддина насчет плотины у Туры, Пашин оказался прав! И это плохо! Значит, боевики на территории объекта! Объявить общую тревогу? Сосредоточить все силы обороны непосредственно у ангаров и цехов? Начать тотальную зачистку территории завода? А что это даст? Кроме полнейшей неразберихи, ничего. Неразберихи, которой вполне могут воспользоваться боевики Гурбани. Нет! Суетиться не стоит! Надо сосредоточиться и продолжать работать по плану. Бандиты прошли на объект, скорее всего, сразу же после падения самолета, рано утром. Сейчас же время подходит к обеду. И если до сих пор они не предприняли попытку атаки объекта, то выжидают! Чего? Того момента, когда все вокруг уляжется? Когда бойцы охранения займут штатные позиции? Когда восстановят минные поля с проволочными заграждениями и охрана перенесет главное внимание на участок взрыва упавшего лайнера? Тем самым предоставив время всем успокоиться? Возможно, вполне возможно! И разумно! Главарь боевиков, видимо, неплохой психолог и боец. Умеет в сложной, нервной обстановке заставить себя и подчиненных ждать! Ждать самого удобного момента для нанесения главного удара и… это немаловажно – быстрого и эффективного отхода. Где сейчас может находиться группа наемников? И откуда она появилась? Если на второй вопрос ответ еще можно получить по результатам работы Скоблина, то на первый его предстоит просчитать. На первый вопрос ответа Пашину не даст никто!

11.32. Поступил вызов от Воронцова:

– Григ! Я – Ворон!

– Григ на связи! Что у тебя?

– Следы, командир.

– Точнее!

– Мы вышли в авангарде бойцов батальона охранения. Чуть левее от стационарной огневой точки, если смотреть со стороны леса, метрах в ста от полосы кустарника перед ангарами замечен едва различимый след. И от подошвы натовского десантного ботинка.

– След носком смотрит на полосу кустарника?

– Да!

– Других отпечатков не обнаружено? Рядом?

– Нет, но если поискать…

Подполковник прервал капитана:

– Отставить! Поиск прекратить! Покинуть сектор, вернув личный состав в исходное помещение. Самому ко мне, в кабинет директора.

– Есть! Выполняю!

– Выполняй, Леша! Да побыстрей! Отбой!

Пашин отключил связь.

След банды ведет в полосу кустарника. Разбегаться группе диверсантов не было никакого смысла, значит, она единым подразделением вошла в эту полосу и как раз перед ангарами-складами, что были отчетливо видны из директорского кабинета. Но там упасть на дно боевики не могли. Главарь должен был просчитать весьма большую вероятность зачистки территории. И выйти из полосы бандиты не могли, иначе сразу попали бы под контроль бойцов оцепления. Следовательно, в этой полосе имеется место, где банда может чувствовать себя относительно безопасно.