Наша личная война - Лев Пучков

Возюкались мы там едва ли не до обеда. К тому времени доползла вся техника, и на базу мы возвращались через Челуши – там значительно ближе и вполне приличная дорога есть. Прятаться теперь не было смысла: это сюда мы тихой сапой пробирались, а сейчас, после победного аккорда, можно было позволить себе некоторый комфорт – учитывая сноску на особенности близлежащего села.

Челуши у нас лояльны режиму, клан главы администрации села состоит в каком-то родстве с Кадырбековским тейпом. Это приятное обстоятельство позволяет тутошним товарищам развлекаться теми же шалостями, что и остальным нормальным нохчам: сосать из трубы, гнать бензин, торговать рабами, оружием, крадеными тачками, наркотой… но – под высоким покровительством. За это они не палят по нашим колоннам (без повода, по крайней мере), иногда по мелочи постукивают – «наводят» на товарищей из чужих джамаатов, и через это «мирное» село можно кататься без прикрытия с воздуха. Короче, курорт.

Проезжая по селу, остановились возле усадьбы главы администрации и посигналили. Глава – не старый еще здоровенный мужлан, заросший волосами до самых глаз, – вождь клана Бекумурзаевых, вышел в сопровождении двух таких же экземпляров, только чуть поменьше. Головорезы, скажу вам, еще те, наверняка в первую войну немало нашего брата положили.

– Гранату мне! – тихо взвыл Вася, увидев эту троицу. – Нет – связку!

– Место, Вася, место, – осадил товарища Петрушин. – Это, типа того, союзники, ибн их маму…

Иванов, оказывается, с местным вождем – Махмудом – был знаком. Он с ним вежливо поздоровался и попросил взглянуть на взятого в пещере деда. Дело в том, что дед оказался не славянином. Когда его осматривали, установили наличие отсутствия крайней плоти, да и обликом он, когда личико водицей спрыснули, оказался похож на местного. Вот и решили показать – вдруг тутошний, скраденный на выкуп? Между местными веселыми нохчами такое случается сплошь и рядом, особенно после ввода войск. За славянами далековато кататься, так они без зазрения совести воруют своих же соплеменников, причем не абы кого, а из богатых тейпов, чтобы можно было хороший выкуп получить.

– Это вы там шумели? – поинтересовался Махмуд, подходя к «бардаку».

– Может, и мы, – уклончиво ответил Иванов. – Мы вообще тут просто катаемся…

– Ха! Катаимса… – Ответ полковника развеселил Махмуда. – Просто катаимса… Сарпи чистили, да?

– Просто катаемся, – повторил Иванов. – Ехали мимо, нашли человека. Гляньте, не ваш, случайно?

Дед к тому моменту слегка пришел в себя и начал озираться по сторонам. Судя по выражению глаз (вернее, полному отсутствию такового), он пока не понимал, где находится и что вообще с ним происходит.

– Нет, это не наш, – покачал головой Махмуд. – Он гаварит может?

В этот момент один из тех, кто сопровождал вождя, вдруг пришел в страшное волнение, хлопнул себя по ляжкам и скороговоркой закудахтал на местном наречии.

– Э? – уточнил Махмуд, чрезвычайно заинтересовавшись тем, что ему поведал товарищ из свиты.

Я обернулся, чтобы попросить Лизу перевести суть сказанного, но наша дама была занята – торчала в хвосте колонны и снимала величественную панораму предгорий. Вид отсюда (село высоко лежит) открывался и в самом деле просто великолепный.

– А давай по-русски, – предложил Иванов. – Мы вас уважаем, но в языке, извините, дуб дубом.

– Он говорит, что это Хасан…

Тут Махмуд взволнованно обратился к деду на чеченском – я уловил «федералы» и «Хасан», больше ничего не понял.

Дед посмотрел на вождя мутными глазами, кивнул и тотчас же смежил веки. Общение давалось ему тяжело.

– И кто он, этот Хасан? – уточнил Иванов.

– Это из Калиновской, – сообщил Махмуд. – Хасан Ахмедов. Глава рода. Украли два месяца назад. У семьи выкуп требуют, двести тыш баксов. Где взять, семья бедный… Вы где его нашли, э?

– Да вот тут, у вас, под самым носом, – с ехидцей сказал Иванов. – «Духи» тут у вас чувствуют себя как дома… Ну и что нам теперь с ним делать?

До Калиновской отсюда далековато и не совсем удобно. Или возвращаться к дороге от Толстой-Юрта до Червленой, чтобы по мосту проехать, или где-то поблизости брод через Терек искать. А хочется побыстрее попасть на базу, обедать пора, да и вообще…

– Давай, мы возьмем его, – великодушно предложил Махмуд. – Нимнога палижит, хорошо станет, отвезем к семье.

– Ну, уболтал, языкастый, – с ходу ухватился за предложение Иванов и украдкой облегченно вздохнул. – Семье его передайте – мы с них имеем.

– Канэчна, дарагой! – Махмуд широко расплылся в белозубой улыбке, которая показалась мне едва ли не ликующей. Вот вам горская солидарность – так радоваться чужому счастью может только глубоко любящий свое племя человек. Нам, славянам, это недоступно.

В общем, сдали мы того деда с рук на руки местному вождю Махмуду и со спокойной совестью покатили на базу. Одной проблемой меньше. Мы хорошее дело сделали – мало, что бандитов наказали, так еще и человека из плена вызволили…

* * *

Иванов прилетел из Моздока задумчивый и малость озадаченный. Вид у полковника был какой-то не совсем уверенный, и на животрепещущие вопросы ответить однозначно он не сумел.

– Мы герои или где?

– Мы завалили тех, кого надо?

– Разработка завершена?

– Что нам теперь за это будет?

– Сегодня просто так беседует, – ответил Иванов. – Пока ничего не ясно. Сотрудничать не желает, гад. Если до исхода дня не будет результата, завтра Витя вызовет из Москвы спецов по допросу в режиме «Б» с соответствующими препаратами и всеми прочими гадостями.

– Я предлагал, – напомнил Петрушин. – Отдали бы мне его на ночь, и никаких спецов не надо.

– Ну, это уже не наше дело, – сказал Иванов. – Наше дело – отловить, а там…

– Так мы герои или как?

– Костя – точно герой. Если бы не этот шахид, ничего бы не было.

– Я, между прочим, там тоже присутствовал, – обиженно засопел Вася. – Мы его вдвоем вязали.

– Да кто спорит? – Полковник устало потер виски. – Короче, за шахида большое вам спасибо с самого верха… У вас тут начальников ужином кормят или как?

– Обязательно. – Лиза бросилась накрывать на стол.

– В город не ездили? – Иванов с грустью глянул на сковороду с разогретой тушенкой, махнул сто коньяка и отщипнул кусок лаваша – останки вчерашнего пиршества.

– Задачу никто не ставил, – вздохнул Петрушин. – Мы теперь опять пойдем в усиление?

– Разработка не завершена, – покачал головой Иванов. – Завтра надо будет кое-куда прокатиться.

– ???

– Поработать по вдовам.

– Так вроде ездили, – неуверенно заметила Лиза. – Мало?

– Нужен хоть какой-то результат. Завтра смотаетесь в этот комитет, отметитесь. Если там есть чего, съездите в какое-нибудь «мирное» село поблизости, чтобы живые фамилии были. Лиза пусть пообщается на местном, вы подстрахуете. В идеале, конечно, было бы здорово, если бы эта мадам из комитета с вами прокатилась. Вот так. А вечером я напишу отчет, и отправим эту тему наверх. Пусть поставят отметку о выполнении…