Не злите спецназ! - Александр Тамоников

— Узнаешь в ходе проведения собственной разведки. Думаю, в одной из мазанок, больше вроде и негде.

— Узнаем. И поддержка эта составляет семь человек — шесть караульных и начкар. Итого мы вполне можем схлестнуться сразу с пятнадцатью «духами». Плюс в резерве у Бегради останутся помощник и двадцать пять моджахедов в лачугах. Хреновенький расклад, не считаете, Александр Владимирович?

— Не сложнее, чем в Таджикистане.

— Да, но здесь все же как бы своя территория, и возможностей для маневрирования было больше, да и поддержка могла быть оказана в экстремальной ситуации. «За речкой» мы будем одни, без особых вариантов маневра, без какой-либо поддержки.

— По районам эвакуации ты хорошо напомнил. Основной — место высадки в квадрате 44–30, запасной — в трех километрах от него в квадрате 44–31, резервный — севернее в пяти километрах от запасного в квадрате 45–31. Ну и, при благоприятных условиях, не исключается эвакуация непосредственно из района применения, с плато у Турганского ущелья.

Седов покачал головой:

— Понятно. Вопрос такой: если «духи» перекроют нам выход по всем районам эвакуации, где может укрыться на время отряд?

— Я разговаривал на этот счет с Белоноговым. Подобное развитие событий крайне нежелательно, однако если отряд попадет в сложное положение и выходы к районам эвакуации будут блокированы, то тебе, Валера, предстоит прорываться на запад, в «зеленку» между Мельменом и Мазари-Шарифом, примерно в сорока километрах от последнего. Но прорываться, обрубая все «хвосты».

— Как же нас подберет «вертушка» в лесном массиве?

— А в той «зеленке», Валера, есть хорошая и большая поляна. Как раз для посадки «Ми-8». Но, повторяю, при условии, что тебе удастся оторваться от «духов» не менее чем на два-три километра. И в случае прорыва, перед началом экстренных действий, ты должен вызвать вертолет в тот район, чтобы вы успели заскочить на борт до того, как в лес войдут «духи». Понял?

— Понял, — ответил Седов. — Вот я и говорю: хреновый расклад получается, Александр Владимирович. У меня такое ощущение, что отряд специально посылают в Афган без дополнительной подготовки. А вот почему… Ответа не нахожу.

— И не ищи. Просто нас поджимает время. Мы не можем допустить, чтобы Бегради либо усилил базу, либо убрал склады на юг, где достать их будет практически невозможно.

— Эту базу, товарищ полковник, спокойно могла разбомбить авиация Сил по поддержанию мира в Афганистане. Или накрыть ракетами. Но на ее уничтожение посылают только что сформированный и проведший одну-единственную боевую операцию смешанный отряд… И после этого вы продолжаете утверждать, что никакого умысла в действиях командования «Совета шести» нет? Я лично считаю, что отряд решили по полной испытать на прочность. Пройдет проверку, выполнит все поставленные задачи — хорошо, можно смело использовать и дальше; не пройдет, погибнет — что ж, спишут офицеров по-тихому и станут формировать новое подразделение с учетом той небольшой практики, что успело получить подразделение «Z». Я не прав?

— Не прав! Белоногов не согласился бы рисковать вами.

— А что, у генерал-полковника нет начальника повыше?.. Ладно, сами подписались на это мутное дело, что ж теперь лишние базары разводить… Я все понял, товарищ полковник. Связь в том же режиме, что и здесь, в Таджикистане?

— Да. Доклады перед началом каждого этапа и сразу же после его завершения. В случае необходимости связь в любое время суток.

— Мне выходить на вас или на Белоногова?

— Я уточню этот вопрос. Как прибудете в квадрат 44–30, связывайся со мной. Дальше — как решит генерал.

— Понял. Разрешите идти готовиться к вылету?

— Давай, Валера! И удачи тебе. Я к вертолету не пойду, не обессудь, нечего мне под ногами у вас мешаться. Буду здесь ожидать твоего доклада.

— Договорились.

Офицеры пожали друг другу руки, и Седов пошел к оружейной комнате.

Ровно в 5.00 «Ми-8» с отрядом «Z» на борту поднялся в воздух и взял курс на юг. В 9.40, уже по местному времени, вертолет совершил плавную посадку на плато недалеко от лесного массива. На этот раз бойцы, покинув борт, разбежались в разные стороны, заняв круговую оборону. Седов пожелал командиру экипажа удачного возвращения на базу, и «Ми-8» ушел за горы. Командир отряда объявил сбор личному составу на окраине леса.

— Внимание, отряд! Мы находимся, и прошу это постоянно помнить, на территории Афганистана, в квадрате 44–30. Задача отряду следующая. Отсюда совершить марш дальностью в девятнадцать километров на юг до исходного рубежа, каковым является балка в километре от Турганского ущелья, где находится база полевого командира Абдулахада Бегради — наша конечная цель. Персональные задачи каждому бойцу подразделения будут определены на исходном рубеже. Сейчас главное — это марш. Порядок перемещения: впереди передовой дозор, Пегас и Ганс, в тыловом замыкании — Бек и Давыд. Фланговые дозоры не выставляем, в них нет никакой необходимости, плато хорошо просматривается как минимум на километр. Удаление дозоров от основного отряда — расстояние взаимной видимости, но не более ста метров. При обнаружении вероятного противника или иных препятствий — остановка, укрытие, доклад мне. Далее действия по моей команде. В случае внезапной встречи с противником и отсутствия возможности избежать столкновения — действия по обстановке. Режим движения стандартный: пятьдесят минут марш, десять минут привал. Через десять километров большой привал на полчаса. Скорость движения не менее четырех километров в час. Ориентировочное время выхода на исходный рубеж — 15.00 местного времени. Передовому дозору активно применять прибор обнаружения минно-взрывных заграждений. В принципе по пути следования их не должно быть, но не следует забывать, что здесь и во время войны восьмидесятых годов, и позднее, когда талибы занимали страну, шли бои, так что сюрпризы вполне могли остаться. Связь поддерживаем по необходимости. Вопросы ко мне есть?

У спецназовцев вопросов не было.

— Отлично, — подвел итог Седов и отдал приказ: — Передовой дозор, вперед!

Капитан Коновалов и лейтенант Аппель, приведя оружие к бою, начали выдвижение. Седов подозвал к себе Грачева:

— Связь с Трепановым!

— Есть! — ответил старший лейтенант и, развернув спутниковую станцию «Вега», набрал номер помощника генерал-полковника Белоногова. Передал трубку командиру отряда, доложив: — Енисей на связи!

Седов отошел в сторону:

— Енисей, это Седой. Отряд в квадрате 44–30. Время расчетное. Начинаем выдвижение к исходному рубежу.

— Принял! Следующие доклады непосредственно генералу. Еще раз удачи, Седой!

— Благодарю. Отбой!

Вернув рубку связисту, Седов отдал приказ основной части подразделения:

— Согласно расчету, в колонне по одному за мной, марш!

Отряд начал выдвижение к исходному рубежу. Выдержав паузу и дождавшись удаления основных сил на сто метров, за подразделением двинулось тыловое замыкание под командованием турецкого капитана Бекира Озбека.