Грязный спорт - Кирилл Казанцев

Трофимов остался один. Теперь ему нужно было как следует поразмыслить относительно состава на игру с «Кристаллом». И речь уже шла не только о голкиперской позиции, но и о первой тройке нападения. С Граничем договориться можно, легионер есть легионер. Затем Ожогин. Без него никак не получится. В любом другом звене он может совершенно неожиданно проявить свои лидерские качества. С Анатолием следовало поговорить. Осторожно, не в лоб, а прежде прозондировав почву. В принципе Ожогин мог пойти на сделку. В «Стальных Беркутах» ему предложили гораздо более выгодный контракт, чем в «Десанте». В его интересах держаться за клуб…

А третий?

Игнат Артемьевич поднялся и нервно прошелся по кабинету. С третьей кандидатурой в ударное звено имелись проблемы. Для того чтобы слить игру с «Кристаллом», сгодился бы кто угодно. Даже тот же Комаров из фарм-клуба. Но Трофимову нужно было совсем не это. Он планировал звено на будущее. Звено, которое должно было при хорошей игре давать результат. Савин? Кандидатура проверенная. Да и с партнерами он уже успел сыграться. Вот только договориться с Савиным будет непросто. Принципиальный. Не пойдет. То же самое касалось и Тони Санквиста…

Эх, если бы был уже заключен контракт с Йоханом Эриксоном! Но Карпов до сих пор пробуксовывал в этом деле.

Трофимов остановился возле стола и потер лоб. С третьим нападающим вопрос оставался открытым. Так же, как и с голкипером… Перед мысленным взором Игната Артемьевича предстало лицо Анжелы. Где она сейчас, что с ней? Хорошо ли с ней обращаются? Но больше всего Трофимова волновало другое. Получится ли так, что он когда-нибудь снова увидит жену? Если… Игнат Артемьевич решительно отогнал эти нездоровые мысли.

И вдруг его осенило. Алгерсон! Алгерсон, который находился на драфте отказов, но до сих пор так и не был востребован. Швед все еще числился в команде и занимал место в четвертой пятерке. Трофимов благополучно забыл про него, считая отработанным материалом, а теперь вдруг так кстати вспомнил. Конечно! Если отказываться от ротации в команде, как ему рекомендовал Рубаев, Алгерсона нужно оставлять! И не просто оставлять, а переводить в первое звено. Они вместе играли с Граничем при Агафонове. У них есть нужное взаимопонимание. А Ожогин станет тем, кто свяжет тройку в единое целое.

На губах Игната Артемьевича промелькнула улыбка. Он сел за стол и решительно придвинул к себе телефонный аппарат. Поговорить со всеми троими нужно было уже сегодня. Однако прежде чем беседовать с игроками, Трофимову требовалось внести ясность в другом вопросе. Он набрал нужный номер.

– Юрий Михайлович, зайдите ко мне на минутку.

Менеджер по селекционной работе немедленно откликнулся на вызов. Через три минуты после звонка главного тренера он уже бочком протискивался в его кабинет. На Карпове был полосатый костюм, смотревшийся несколько мешковато, и забрызганные грязью ботинки на низкой шнуровке. Галстука Юрий Михайлович не носил.

– Игнат Артемьевич, если вы по поводу Эриксона, – начал он с порога, – то мы…

– Нет, – остановил его Трофимов. – Я вызвал вас не по поводу Эриксона.

– По Дружинину?

– И не по Дружинину.

– Тогда…

– Сядьте, Юрий Михайлович, – с неприязнью бросил главный тренер.

Карпов по-прежнему вызывал у него откровенное чувство антипатии. Игнат Артемьевич и сам не мог объяснить себе, с чем это связано.

Менеджер опустился в предложенное кресло. Косо взглянул на Трофимова, раскрыл принесенную с собой папку и положил на колени.

– У меня здесь все необходимые документы, – пояснил он. – Если вас интересует какой-то конкретный вопрос…

– Я решил вернуться к прежней модели игры, – Трофимов сцепил пальцы в замок и тяжело опустил руки на столешницу. – То есть к той, которую клуб пропагандировал всегда, на протяжении всего своего существования. Я умею признавать ошибки, Юрий Михайлович. Революция сейчас «беркутам» не нужна. Это слишком опасно. Не хотелось бы проиграть текущий чемпионат… Может быть, в следующем году, если мой контракт будет продлен… Но не будем забегать вперед, – оборвал самого себя Игнат Артемьевич. – В общем, я хочу, чтобы вы, Юрий Михайлович, прекратили переговоры с теми игроками, о которых мы говорили раньше.

– Прекратил? – удивился Карпов.

– Да. Они нам сейчас не подойдут. Ни Эриксон, ни Дружинин, ни остальные. Мне понадобятся другие люди. – Трофимов придвинул к себе чистый лист бумаги и принялся быстро писать. – В первую очередь голкипер. Этим займитесь немедленно. Он должен быть легионером, и лучше всего шведом. Со шведами работать удобнее всего… В крайнем случае, чех. Но ни в коем случае не берите ни финнов, ни канадцев. Это понятно?

– Понятно, Игнат Артемьевич. – Карпов пытался подсмотреть, что там пишет у себя на листочке главный тренер, но с того места, где он сидел, это не представлялось возможным. – А Дмитрий Николаевич знает, что вы решили вернуться к прежней модели игры?

Трофимов поднял взгляд.

– Я поставлю его в известность. И думаю, он не будет возражать.

– Даже после минувшей победы над «Десантом»?

На лицо Игната Артемьевича набежала тень недовольства. Он отложил ручку.

– Мне кажется, вы лезете не в свое дело, Юрий Михайлович, – жестко произнес тренер. – Или хотите занять мое место?

– Нет! Что вы! – испуганно открестился Карпов. – Я всего лишь спросил…

– А вам не нужно спрашивать. Ваше дело отвечать. Кстати, что вы думаете про Слепникова?

Геннадий Слепников, числившийся в команде третьим голкипером при Агафонове и автоматически переместившийся на место второго после ухода Свантуша, насколько было известно Трофимову, за два последних сезона не выходил на площадку ни разу. Соответственно, и статистика у него была нулевой, что не позволяло Игнату Артемьевичу иметь представления о его вратарских возможностях.

– Он давно не играл, – выпалил Карпов.

– Это мне известно. А как можно свериться с его показателями, когда он находился в тонусе? За какую команду он играл до этого?

– За пермскую.

– Как давно мы его приобрели?

– Как раз два сезона назад, – Карпов промокнул лоб скомканным платком. – Агафонов искал недорогого сменщика Погудину. Наш второй голкипер на тот момент как раз закончил карьеру. Я нашел Слепникова. Пермь охотно с ним распрощалась. Но Агафонов позже сам отыскал Свантуша. По каким-то своим каналам. Подробностей я не знаю… Слепников так и остался не у дел.

– Зачем же его так долго держали? – поинтересовался Трофимов.

– На случай возможных травм Погудина и Свантуша, – без запинки ответил менеджер, словно давно был готов к этому вопросу. – Контракт у Геннадия не дорогой, во всех отношениях выгодный для нас. Но, если хотите, можем его расторгнуть. Лично у меня никаких возражений на этот счет нет.

Игнат Артемьевич немного подумал, а затем отрицательно покачал головой: