Мятежные воины - Александр Тамоников

— Да, черт, вылетело из головы. Ситуация получается интересная, Барт!

— Что ты имеешь в виду?

— Мадам Лебран больна. По женской части. И через неделю, 25 октября она должна лечь в частную клинику на обследование, а возможно, и на лечение. Не исключено хирургическое вмешательство. Если хочешь, можешь прослушать ее разговор с доктором.

— В этом нет необходимости, — проговорил Гротес.

Он взглянул на Бонселя:

— Ты представляешь, что означает переезд Лауры Лебран в клинику? Это значит, что мы должны брать ее с дочерью до 25-го числа, иначе вся операция сорвется. Из частной клиники с охраной в десяток подготовленных бойцов нам ее не вытащить. А акции считаются завершенными только в случае ликвидации Лебрана и похищения его жены с дочерью.

— Я все хорошо помню и представляю, что для тебя, — он сделал ударение на слове «тебя», — означает переезд мадам Лебран в клинику.

— Тебя, меня, — усмехнулся Гротес, — какая разница? Не выполним задание, и нас всех ждут крупные неприятности. Так что давай думать, что делать.

— У нас нет выбора, Барт. Акции следует провести до 25-го числа. В этом ты абсолютно прав. Лебрана мои парни уберут у офиса или по пути в Венсен, да, это сложнее, чем на квартире шлюхи, но выполнимо. А вот как брать Лауру с дочерью? Об этом действительно следует хорошенько подумать.

Гротес выкурил сигарету, затушил окурок в пепельнице:

— Ладно! Завтра я сам оценю усадьбу в Венсене, а ты отработай варианты ликвидации Лебрана вне квартиры любовницы. Что-нибудь придумаем, не такие задачи приходилось решать.

— Слышал, ты большой мастер по этой части.

— Меньше слушай, больше думай. Все. Ступай к себе. Завтра приступим к работе с 8.00. То есть ровно в 8.00 ты со своими парнями должен быть готов подхватить Лебрана в городе, провести к офису. Я сообщу тебе, когда он выедет из усадьбы.

— Хорошо.

В гостиной подельники Гротеса закричали в один голос:

— Го-о-о-ол! Есть, есть! Гол.

Бонсель покачал головой:

— Так они соседей на уши поставят, а те полицию.

— Разберусь.

Гротес проводил Бонселя, закрыл за ним дверь, прошел в гостиную, взял пульт, убавил громкость телевизора.

— Барт! — воскликнул Глен. — Погоди! Осталось восемь минут, наши вышли вперед.

— И тех же восьми минут, Рэм, более чем достаточно, чтобы нас навестила полиция, если какой-нибудь пенсионер пожалуется на шум в квартире. Ты хочешь перед сном пообщаться с полицейскими?

— Ладно, ладно. Досмотрим так, — сказал Корин.

Подельники главаря банды уставились в телевизор. Гротес же прошел в столовую, выпил пятьдесят граммов виски. Сообщение о предстоящем обследовании Лауры Лебран встревожило его не на шутку. Оно реально ставило под угрозу срыва всю операцию. Хочешь не хочешь, в благоприятных или неблагоприятных условиях, однозначно сильно рискуя, придется брать усадьбу до 25-го числа. Если… не поможет, как бывало не раз, его величество Случай. Но на него надежды мало. Гротес не стал строить планы на день. Утром будет время определиться с ними. Надо самому осмотреть усадьбу. И заполучить схему дома. Ее должен предоставить Сенье.

Футбол закончился. Сборная Голландии победила в отборочном матче чемпионата мира сильную команду Португалии. Бандиты направились в комнаты, отдыхать. Гротес прилег в гостиной на кожаный диван и тут же уснул.

В 9.00 в пятницу, 19-го числа, Лаура Лебран вышла из дома, проводить мужа. Водитель открыл дверцу «Мерседеса». Лебран поцеловал супругу:

— Не скучай, дорогая.

— Ты обещал сегодня вернуться пораньше.

— Конечно. Я постараюсь.

— Мне так не хочется ложиться в клинику, Кевин.

— Мы же все обсудили, дорогая. Это необходимо.

— А если врачи назначат операцию?

— Значит, придется ее сделать. Для твоего же здоровья. Но, думаю, все обойдется без хирургического вмешательства.

— У меня плохое предчувствие, Кевин!

Лебран обнял жену:

— Выпей немного вина. И не думай о плохом. У нас прекрасное будущее. Клара почти невеста. Выйдет замуж, родит внука или внучку.

— Я стану бабушкой.

— Ну и что. Я дедом. В этом жизнь.

— Если бы не болезнь.

— Но у тебя нет ничего серьезного. Просто надо обследоваться и подлечиться. И как только я закончу все вопросы, связанные с регистрацией партии, то, обещаю, мы недельки на две отправимся на отдых, куда ты пожелаешь.

— Да, конечно. Тебе пора.

— День пройдет быстро.

— Если бы ты знал, как мне надоело сидеть в четырех стенах.

— Что поделать, Лаура, так надо. До вечера.

— До вечера.

Лебран сел на заднее сиденье «Мерседеса», где уже находился его помощник Брюно. Водитель вывел лимузин на улицу и поехал к городу.

— Трогательное расставание, шеф, — сказал Брюно.

— А как иначе, Клод. Семья — это святое.

— Как же мадемуазель Фье?

— Не путай одно с другим.

Лебран достал сотовый телефон, набрал номер:

— Валери? Доброе утро, крошка!

Фье ответила сонным голосом:

— Ты разбудил меня. Что-нибудь случилось?

— Ничего, если не считать, что я сильно соскучился по тебе.

— Так в чем проблема? Приезжай, я всегда рада видеть тебя.

— Не все так просто, но надеюсь, предстоящую ночь мы проведем вместе.

— А как же твоя Лаура?

— Не говори о ней.

— Ты знаешь, Кевин, как я хочу тебя видеть.

Лебран усмехнулся:

— Только-то?

— Ну не утрируй, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

— Тогда до вечера, крошка.

— Ты обещал мне сережки.

— Я все помню. Ты их получишь.

— Те, что выбрала?

— Да.

— Я обожаю тебя, дорогой.

— Целую. Жди, позвоню!

— Жду!

Лебран отключил телефон.

Помощник недоуменно смотрел на шефа:

— Мсье, вы обещали жене приехать пораньше.

— По-твоему, я должен был сказать ей, что планирую провести ночь с любовницей?

— Нет, но как вы объясните Лауре…

— А я и не буду ничего объяснять. Она сама скажет, что эту ночь мне придется провести вне дома.

— Как это?

— Слушай внимательно, Клод. Часа в три ты выйдешь из офиса. С первого же телефона-автомата позвонишь Лауре. Изменишь голос, что ты умеешь прекрасно делать, представишься журналистом. Попросишь пригласить меня к телефону. Естественно, Лаура ответит, что мужа нет дома, посоветует позвонить в офис. Но ты скажешь ей, чтобы она сама передала мне, что у тебя, журналиста, есть подтвержденная информация по тем преступникам, что зверски убили Амуна Секи.