Мятежные воины - Александр Тамоников

— О’кей! Я в Бют-Шомон!

— Отбой!

Гротес приказал Корину ехать в спальный район Парижа, находившийся на северо-восточной оконечности города. Район, известный парками Ла-Вилетт и Бют-Шомон, давшим название всему району. На его территории расположено и знаменитое кладбище Пер-Лашез, где похоронены Шопен, Мольер, Бальзак, Эдит Пиаф. Но бандитов не интересовали достопримечательности Бют-Шомона. Им нужен был дом, где проживала любовница Лебрана. Они нашли этот дом к девяти вечера. Он представлял собой двухподъездное четырехэтажное здание, весь четвертый этаж первого подъезда которого занимала квартира Валери Фье.

«Ниссан» остановился у небольшого магазина.

Гротес повернулся к Глену:

— Пройдись, Рэм, вокруг дома, посмотри, установлены ли на нем камеры видеонаблюдения, если да, то где именно. А также определи, как открывается дверь в подъезд. Из квартир или из помещения консьержа.

— Как я это определю?

— По домофону, Рэм! Если на нем цифры от нуля до десяти, то, значит, дверь открывают жильцы, если на домофоне одна кнопка, то — консьерж.

Глен ударил себя ладонью по лбу:

— Идиот, мог бы и сам догадаться.

— Ты поаккуратней, Рэм, не засветись перед камерами. Это в принципе не катастрофично, но лишнее внимание привлекать тоже не надо.

— Я все понял, Барт!

Глен вышел из машины, накрыл голову капюшоном куртки. Это было вполне оправданно и не вызвало подозрений, так как начался мелкий осенний дождь. Гротес же направил на окна четвертого этажа микрофон «прослушки». И услышал, как молодая женщина разговаривает по телефону, скорей всего, с подружкой, которую называла Ли. Болтали женщины ни о чем. Ни о чем, что могло заинтересовать главаря банды. Он отключил прослушивающее устройство, убрал его в кейс.

— Ничего важного? — спросил Корин.

— Обычная бабья болтовня. Любовница Лебрана разговаривает с кем-то из своих подруг, таких же шлюх, как сама. Она не может не знать, что Лебран не приедет, звонить ему не станет. Остальные же ее связи нас не интересуют.

Вернулся Глен, доложил:

— Посмотрел на дом, двор, соседнее здание. Дворик тихий, правда, машин в нем припарковано много.

— Как и везде.

— Да. Камер видеонаблюдения на зданиях нет. Проверил сканером. Дверь в подъезд открывает консьерж. Заходил какой-то мужик, звонил, сказал: Лео, это я, — дверь открылась. На домофоне одна кнопка.

— Монитор?

— Нет!

— Значит, консьерж. И открывает он дверь, ориентируясь по голосу. Нормально.

— Что делаем дальше? — спросил Корин.

— Ужинаем в центре и едем домой.

— Где конкретно в центре?

— Посмотри путеводитель, определись сам. Ресторан нам не нужен, подбери какое-нибудь кафе.

— Сделаем.

— Уходим!

«Ниссан» развернулся, поехал к центру. Гротес достал радиостанцию. Тут же положил ее обратно в карман:

— Черт, мы за пределами действия рации. — Достал сотовый телефон, набрал номер: — Карл?

— Да, Барт?!

— Что у тебя?

— Лебран дома. И уезжать не собирается. О работе не говорит ни слова. У них с Лаурой другие проблемы.

— Фье?

— Нет!

— Значит, встреча в 23.00. У меня. Приходи один.

— Пешком далековато.

— Найми такси.

— Хорошо, буду!

Гротес отключил телефон.

«Ниссан» остановился у полуподвального кафе.

— По-моему, неплохое местечко.

— Для темных типов, — проговорил Глен.

— А мы какие? Темнее нас еще поискать!

— Прекратили разговоры. Выходим.

В 22.10 банда Гротеса вернулась на свою съемную квартиру.

Бонсель приехал к Гротесу ровно в 23.00. Глава банды проводил своего временного заместителя в столовую, так как двое напарников Гротеса в это время в гостиной смотрели по телевизору футбол. Главарь указал Бонселю на стул у стола, спросил:

— Выпьешь чего-нибудь, Карл?

— Нет, — ответил Бонсель, — давай сразу к делу.

— О’кей! К делу так к делу. Что дало наблюдение за домом Лебрана в Венсене?

— Узнали, что семью политика постоянно охраняют два человека. Один в здании у ворот, другой в самом доме, в комнате справа от прихожей первого этажа.

— Что за люди, выяснить удалось?

— Нам повезло, мы начали прослушку объекта в момент, когда менялась охрана. Старший охраны некий Люк Жандро, с ним дежурный Марк Бусьер, вторую смену возглавляет Рауль Левьер и Леонс Гарди.

Гротес предложил Бонселю сигарету. Тот отказался:

— Бросаю!

— Это правильно. Прислуга в доме?

— Таковой замечено не было.

Гротес посмотрел на Бонселя:

— Ты хочешь сказать, что жена Лебрана Лаура сама занимается приготовлением пищи? И для семьи, и для охранников?

— Нет. Ужин, по крайней мере сегодня вечером, был доставлен из ресторана. Но, возможно, прислуга есть, просто сегодня по каким-либо причинам отсутствовала. Дальнейшее наблюдение прояснит ситуацию.

Гротес кивнул:

— Понятно. Мадам Лебран не устраивала мужу сцен?

— Да нет. Хотя он больше общался с дочерью. Вот с ней у него весьма нежные отношения.

— Подходы к дому?

— С улицы и со стороны леса. Но тыловая часть усадьбы оснащена системами видеонаблюдения и сигнализации. Проникнуть со стороны леса проблематично.

— А со стороны улицы нет?

— Оттуда охрана меньше всего ожидает нападения.

— Возможно.

Бонсель спросил:

— Я не понимаю, почему ты послал меня в Венсен, а сам занялся Лебраном, когда заниматься политиком предстоит моим людям, а захватом семьи тебе.

Гротес ответил:

— Потому, что я хочу иметь реальное представление о складывающейся обстановке. Сегодня за домом в Венсене смотрел ты, завтра буду смотреть я, а тебе предстоит переключиться на офис. В результате мы сможем принять совместные решения по одновременной отработке целей. Что-то можешь упустить ты, что-то я, но в общем мы получим реальную картину того, насколько защищены клиенты и как нам предстоит действовать, возможно, прикрывая друг друга.

— Хорошо. Тогда позволь узнать, что дало твое наблюдение? Я имею в виду любовницу Лебрана.

— Девочка живет в престижном районе, у нее большая, во весь этаж подъезда квартира. В подъезде консьерж. Эта квартира наиболее удобное место для ликвидации Лебрана и его любовницы. Вопрос: когда он запрыгнет к ней в постель? Кстати, ты говорил о враче, что навещал мадам Лебран?!