Грязный спорт - Кирилл Казанцев

– А потом?

– Потом? – Рубаев налил себе еще коньяку. – Потом все будет идти как обычно. Ваша команда… Простите, НАША команда отправится на выездную серию – и там набирайте очки, радуйте Кириллова, огорчайте местную публику поражением их клубов. Только, умоляю вас, сохраняйте привычную схему, Игнат Артемьевич. Одно ударное звено, второе на подхвате и две пятерки разрушителей. Иначе мы вызовем подозрения.

– А потом? – вновь произнес Трофимов.

– Если вы спрашиваете о том, какая следующая игра окажется слитой, то на этот вопрос у меня пока нет ответа. Будем смотреть, анализировать, контролировать расчеты букмекерских контор. Да вы не волнуйтесь. – Антон Степанович придвинул к себе пепельницу и, не гася, бросил в нее окурок. – Вас своевременно поставят в известность. Связь через Никонова.

– Я могу отказаться от следующей сделки, – ввернул Трофимов, не сводя глаз с улыбающейся физиономии вице-президента.

Улыбка не погасла. Рубаев остался столь же невозмутим, как и прежде.

– Не получится, Игнат Артемьевич. После игры с «Кристаллом» вы окажетесь повязаны с нами одной веревочкой. Или хотите, чтобы Кириллов узнал о намеренно слитой вами игре? Он узнает. И, конечно, даст вам доработать год по контракту. А вот что дальше, Игнат Артемьевич? Вопрос даже не в вашей карьере… Вы-то, я уверен, найдете применение своим недюжинным талантам. Вопрос в карьере вашего сына. Я слышал, большие боссы из Ванкувера уже готовят его на драфт отказов в следующем сезоне.

– А ты порядочный сукин сын, Антон! Пройдоха!

Рубаев отмахнулся:

– Это все эмоции. А мы с вами ведем речь о бизнесе. Чувствуете разницу?

– Чувствую, – мрачно отозвался Трофимов. – Я могу увидеть жену?

– Можете. В среду вечером, сразу после игры. Если она, конечно, пройдет так, как я вам только что изложил.

– А если нет?

Рубаев неторопливо допил коньяк, поднялся и прошел к окну. Чуть сдвинув штору, он выглянул на улицу и молча стоял так, наблюдая за движением мелких снежинок, плавно опускающихся на прикрытый тентом бассейн.

– Не искушайте судьбу, Игнат Артемьевич, – наконец произнес он, не оборачиваясь к собеседнику. – Не советую. Если мы и делаем что-то противозаконное, то при этом даем возможность и заработать другим людям. Вот вам, например. Это вполне искренний жест, поверьте… Но мы можем быть и жестокими, если нужно.

– Как в случае с Агафоновым? И с Осиным?

Рубаев потеребил подбородок.

– Агафонов все сделал сам. Человек предполагает, как говорится, а бог… Бог он тоже все видит, Игнат Артемьевич.

– Кто бы говорил о боге! – буркнул себе под нос Трофимов.

– С Осиным другая история. – Антон Степанович словно и не слышал его, хотя рука, удерживающая штору, слегка дрогнула. – И я до сих пор сожалею об этой невосполнимой потере. Впрочем, сейчас… – Рубаев заставил себя встряхнуться, но начатой фразы так и не завершил. Его блуждающий взгляд будто споткнулся обо что-то. – Какого черта? Или… Не может быть!

Перемена, произошедшая с вице-президентом «Стальных Беркутов», удивила Трофимова. Антон Степанович отскочил от окна, метнулся к рабочему столу и нажал кнопку включения стоящего перед ним монитора. Экрану потребовалось какое-то время, чтобы разгореться. Рубаев нервно забарабанил пальцами по столу. Затем резко подался вперед и почти минуту всматривался в появившуюся картинку.

– Вот засранец! – в сердцах произнес он, нарушая возникшую паузу. – Это вы привели его, Игнат Артемьевич?

– Кого?

Рубаев пристально посмотрел на гостя, пытаясь понять, насколько тот искренен. Однако Трофимов действительно не понимал, о чем идет речь. Актерских талантов он был лишен. Рубаев негромко и смачно выругался.

– Вы привели за собой хвост, – сказал он. Рука вице-президента уже тянулась к телефонному аппарату. – И какой хвост! Черт! Только этого нам сейчас не хватало! Ах, как некстати…

– О чем речь? – Трофимов порывисто встал из кресла.

Его мысли были только о безопасности Анжелы. Если супруге может каким-то образом повредить непредвиденное обстоятельство… Руки Игната Артемьевича опять задрожали.

– Сидите! – властно приказал Рубаев. – Сейчас разберемся.

* * *

– Романа Аркадьевича? – Охранник по-козлиному мотнул головой, его рука при этом уверенно покоилась на набедренной кобуре. – Какого еще Романа Аркадьевича? Я не понял…

– Хозяина этого дома, – спокойно пояснил Росляков.

– Здесь нет никакого Романа Аркадьевича. Вы что-то путаете. Кто вы такой вообще? Убирайтесь! Это частная территория.

Охранник собирался было закрыть калитку, но сотрудник Роскомспорта успел просунуть в щель носок ботинка.

– Я знаю, что частная, – уже гораздо быстрее заговорил он. – Но послушайте… Наша бригада сдала этот объект три месяца назад. Получила аванс. А полный расчет…

– Ты пьяный, что ли, чудила? – охранник криво усмехнулся. – Какой еще объект вы сдали три месяца назад?

– Этот, – Росляков кивнул на трехэтажное строение. – И Роман Аркадьевич сказал нам, что произведет полный расчет позже. Вы не могли бы позвать хозяина?

Разумеется, на то, что охранник позовет владельца особняка, Алексей и не рассчитывал. Маленький спектакль был устроен им с единственной целью – узнать имя настоящего хозяина.

– Я тебе повторяю, придурок! – Охранник, утянутый в пятнистый камуфляж, начинал злиться. – Никакого Романа Аркадьевича тут нет. Хозяин – другой человек.

– Перепродали, что ли?

– Чего «перепродали»? Этот дом стоит здесь уже второй год, и ты со своей долбаной бригадой никак не мог сдать его три месяца назад. Ошибся ты, придурок. Просто ошибся. Случается. Я понимаю.

Камуфлированный толкнул Рослякова в грудь, но Алексей удержал равновесие. И не отступил ни на шаг. Носок его ботинка по-прежнему мешал охраннику захлопнуть калитку.

– Фамилия хозяина – Семенов?

– Нет, не Семенов.

– А какая же?

Охранник уже раскрыл было рот, собираясь выдать Рослякову столь необходимую информацию, но в этот момент из будки вышел его напарник. Он был чуть пониже ростом, чем его товарищ, но существенно пошире в плечах. Его фигура напоминала фигуру дзюдоиста. Неровная клочковатая щетина скрывала всю нижнюю половину лица.

– Чего там у тебя, Евген? – спросил он простуженным голосом.

– Да, вот… Пенек какой-то. Ищет хрен знает кого, туфту полную гонит… Я ему русским языком объясняю, а он, как киргиз…

– Пошли его к черту, и всего делов, – авторитетно посоветовал «дзюдоист».

– Слыхал? – вскинулся высокий. – Вали отсюда по-хорошему, придурок. Я, кстати, имею полное право применить оружие.