Бригадир. Не будет вам мира - Владимир Колычев

– Да пойду взбодрюсь.

На заднем дворе у Спартака роскошный бассейн. На зиму он закрывается, а летом начинается купальный сезон. Можно и на озеро сходить, но вода там не очень чистая, и дно илистое. Зато в бассейне полный комфорт, и Катя здесь частый гость. Да и Варвара целыми днями загорает в шезлонге возле него.

– Я с тобой.

– Ну да, тебе же сегодня ехать, – кивнула Катя.

– Куда ехать? – не поняла Варвара.

– Как куда? Домой. Ты же домой через неделю собиралась.

– Я билет еще не купила.

– А чего тут ехать? Олег тебя на машине отвезет…

– Ну, если отвезет… – загрустила Варвара.

Сама она из Твери, это не очень далеко, но ей вовсе не хотелось ехать домой.

Они вышли к бассейну, Варвара скинула халат и осталась в своем развратном купальнике. Задница открыта, грудь нараспашку – ну разве так можно? И движения у нее такие, как будто она позирует кому-то. Может, она думает, что Спартак тайком любуется ею. А он должен быть уже на ногах. Время хоть и раннее, но у него на утро намечено какое-то важное дело.

Катя и сама не поняла, как это у нее вышло. Опомнилась она, когда Варвара ушла под воду. Не хотела она сталкивать ее в бассейн, но руки сделали это помимо желания. Видно, сознание так обозлено на Варвару, что само по себе подало команду в двигательный центр спинного мозга.

Все бы ничего, но Варвара камнем ушла на дно, и Кате ничего не оставалось делать, как нырять за ней. Плавать она умела и даже теоретически знала, как вытаскивать из воды утопленника. Сзади к нему надо подплывать, чтобы он не мог руками схватить ее за голову и утащить под воду за собой.

Но Варвара даже не барахталась. Бревном ушла под воду и качается в ней, как затонувший поплавок. Кате пришлось попыхтеть, чтобы вытащить ее на поверхность, подтянуть к лестнице. Только вытягивать на парапет бассейна не пришлось: Варвара вдруг пришла в себя и звонко рассмеялась. Оказывается, это была шутка с ее стороны.

– Ну, ты и дура! – со вздохом облегчения махнула на нее рукой Катя.

– Сама такая. Зачем толкалась?

– А чего ты голая перед глазами маячишь?

– Почему голая? Купальник на мне.

– Сама знаешь, какой у тебя купальник.

– Какой?

– Никакой!

– А другого у меня нету, что есть, то и ношу. Это вы с Ларкой такие богатые, а у меня за душой ничего нет. У вас все, а у меня ничего! Потому вы и воротите от меня нос!

– Кто нос от тебя воротит?

– Ты воротишь! Из дома выгоняешь!

– Не выгоняю.

– Ну как же не выгоняешь! Уже Олегу сказала, чтобы он меня отвез.

– Ничего я не говорила. Просто я подумала, что тебя дома ждут.

– Да ладно тебе! Я что, правда дура? Думаешь, не вижу, как ты от меня шарахаешься. Ну да, я же никто и зовут меня никак. А ты у нас звезда! У тебя слава, у тебя богатство! Зазналась ты, Катерина, вот что я тебе скажу!

Варвара вдруг разрыдалась, растирая слезы по глазам.

– Эй, ты чего? – всполошилась Катя.

Она протянула руку, чтобы обнять подругу за плечи, но та отмахнулась:

– Да иди ты!

Варвара взялась руками за поручни, по лестнице вышла из воды и снова ладонями закрыла лицо. Может, потому и натолкнулась на Спартака, который тоже шел к воде.

– Эй, что здесь такое? Что за слезы?

Варвара ткнулась головой в его могучее плечо и еще громче всхлипнула. Казалось, она нарочно создала такую ситуацию, в которой Спартаку ничего не оставалось, как обнять ее одной рукой. Но ведь этот, в общем-то, благородный жест можно было истолковать как непристойный. И что скажет Юля?

– Мне домой… Мне домой надо ехать…

Варвара отстранилась от Спартака, надела халат на мокрое тело.

– Зачем домой? – нахмурив брови, спросил он.

– Не нужна я здесь никому…

– Ну почему не нужна?

– Не нужна… Да и пора уже…

– Э-э… Я сегодня в Клин еду. По делам… Останусь там, а водитель тебя дальше повезет, до самой Твери.

– Хорошо. Спасибо вам.

На Варвару противно было смотреть. Выражение лица такое, что казалось: она вот-вот расплачется снова, а сама изнутри светилась от радости. Такое ощущение, будто она добилась того, к чему стремилась… Лишь бы только Юля не узнала, куда собрался ее благоверный.

* * *

Это было какое-то наваждение. Спартак вовсе не собирался ехать ни в какой Клин, но язык взял да повернулся не в ту сторону. Растрогала его Варвара, разжалобила. Обидно ему за нее стало так, как будто это ему Катя в душу плюнула. Ведь это Катя погнала ее из дому. Дескать, неделя прошла, пора и честь знать. Не слышал Спартак их разговора, но почему-то был уверен, что так все и было. Потому и решил загладить Катину вину. И свою тоже. Ведь он хозяин в своем доме, и, возможно, сестра сослалась на него – мол, не хочет он больше видеть Варвару.

Варвара ехала с ним в машине. Печальное выражение лица, грустный взгляд, ни дать ни взять Аленушка с картины Васнецова. Есть в ней что-то самобытное, древнерусское, не зря же Валерьев пытался сделать из нее звезду фольклора. Но выглядит она при этом очень современно. Прическа стильная, грамотный макияж, и пахнет от нее французскими духами. Платье на ней бирюзовое типа «сафари», вроде бы не короткое, но нижняя пуговица расстегнута, и одна нога обнажена чуть ли не целиком. Да и верхние пуговицы гуляют вдали от петелек, и грудь просится наружу. Но Варвара этого не замечает. Ей сейчас не до того, чтобы задаваться вопросом, насколько она сексуальна.

– Почему мир так несправедливо устроен? – глядя в окно, тоскливо спросила она. – Одним все, а другим ничего, почему так?

– А так всегда было. Во все времена. Кому-то везет, а кому-то нет. Кому-то ничего не надо делать, чтобы все иметь, а кто-то пашет в поте лица за копейки… И я в свое время пахал, считай, задаром, и Катька в нищете жила. Я поднялся, и она у меня теперь как сыр в масле… Тебя это гложет?

– Почему гложет? – возмутилась она.

– Ну, и брат у нее при деньгах, и звездой она станет… Уже, можно сказать, стала. Ее знают, ее узнают…

– А я чем хуже?

– Просто тебе не повезло. У тебя был шанс, ты его упустила. А Катя – нет. А так ты ничем не хуже. И красивая очень. Я думаю, у тебя еще будет шанс…

– Будет, – тяжко вздохнула Варвара. – Но я его упущу. Потому что я хроническая неудачница. Сначала Ларке повезло, потом Катьке. Верней, Катьке повезло раньше. Потому что у нее такой прекрасный брат…

– И что же в нем такого прекрасного? – польщенно улыбнулся Спартак.

Определенно, эта девушка нравилась ему. А на заднем сиденье только они вдвоем, и она близко-близко. Водитель и телохранитель впереди, но назад они не смотрят: понимают, что Спартаку это может не понравиться. Так что обстановка в салоне почти что интимная. И он, увы, за себя не ручается, если Варвара вдруг даст повод.