Блокпост под Идлибом - Александр Тамоников

— Что же? — спросил Самолов.

— Не скажу, дядя Саша. Я только тень продолговатую видел. Не везде, а за двумя большими домами. Но это тень не от них, не от деревьев. Ее отбрасывало что-то такое, что эти люди привезли с собой.

— Двадцать человек, говоришь?

— Где-то так. Сосчитать их было сложно. Обзор не очень хороший. Мне надо было бы севернее зайти, тогда я все увидел бы. Но как туда выйти, когда люди по всей деревне бродят, да и время уже поджимает? Я же понимал, что домой пора.

— Хорошо, что хоть понимал.

— Вы бы мне радиостанцию дали, дядя Саша.

— А это еще зачем?

— Мало ли. Вождь говорит, что я иногда замечаю то, чего другие не видят. Да и предупреждал бы вас, где нахожусь и что делаю.

— Ты отца предупреждай.

Парень нахмурился и пробубнил:

— А что, рацию жалко? Я верну и никому показывать не буду.

Тут подал голос связист:

— Товарищ старший лейтенант, у нас резервные станции. Аккумуляторы новые, максимальная дальность, сами знаете, до пяти километров. Глядишь, Басмач нам и на самом деле что-нибудь полезное сообщит, раз он такой шустрый.

— Хорошо, дай ему.

Физиономия Басмача расплылась в довольной улыбке.

— Вот спасибо. И не волнуйтесь, никто о ней не узнает. Даже отец! — заявил он.

— Отцу можно рассказать. Нельзя ему врать.

— А если отнимет?

— Пусть со мной свяжется, я объясню, зачем дал тебе станцию. Ты пользоваться-то ею умеешь?

— А на что дядя Коля? Он и научит.

Самолов усмехнулся и сказал:

— Разумно! Ну ты и хитрец, Басмач.

— Я воин!

— Конечно, кто спорит?

На связь вышел заместитель командира взвода и доложил:

— Командир, повар подогрел еду для парня. Он может идти.

— Понял, спасибо! Ты проверь наблюдателей и сирийцев. Басмачом я сам займусь. Придется провожать его до селения, а то получит по самое не могу. — Самолов отключил станцию и сказал Акраму: — Басмач, еду тебе подогрели, пойдем, поешь.

— Да я лепешки брал с собой.

— Пойдем. Неизвестно, когда ты перекусишь. Ведь дома сначала обязательно под разборки попадешь.

Паренек вздохнул и произнес:

— Вот так всю жизнь. Хочешь сделать доброе дело, стараешься, а тебя наказывают.

— Разрешение надо было спросить.

— Так ведь не разрешит никто.

— Ладно, пойдем. Потом я тебя до селения провожу, скажу, чтобы не очень ругали.

— Вот за это спасибо. Вас все послушают. — Парень заметно повеселел.

Они с Самоловым прошли в столовую, расположенную во дворе.

Повар, рядовой Багинян, заулыбался, увидев парня.

— Ага! А вот и Басмач собственной персоной. Тебя пора на довольствие к нам ставить, — заявил он.

— Чего это? Мы с отцом сами можем всех вас на довольствие поставить.

— Гордый парень, — сказал взводному повар.

— Ты корми его, не тяни время. Нам в селение пора, — произнес старший лейтенант.

— Это мы мигом.

Повар выставил на стол миски с борщом и рагу, мяса в котором было больше, чем положено солдатам. На третье он подал компот из сухофруктов.

Акрам съел все так быстро, что Самолов удивился.

— Ты не только по плато бегать горазд, но и есть тоже, — заявил он. — А говорил, что не проголодался.

— А чего не поесть, когда дают?

— Тоже верно. Наелся?

Повар подошел к ним и спросил:

— Может, добавки, Басмач?

— Нет. — Парень икнул. — Я сыт, спасибо. — Он погладил свой тугой живот.

— Тогда пошли.

— А радиостанция?

Взводный чертыхнулся и заявил:

— Вот бесенок, ничего не забывает! Идем.

Самолов со двора вызвал связиста. Тот принес портативную радиостанцию, показал мальчишке, как пользоваться ею. Да в этом и не было ничего сложного для парня, отличавшегося острым умом и сообразительностью. Тот мигом все понял, включил станцию, тут же выключил ее, вложил в чехол и спрятал под рубахой.

— Теперь мне еще хотя бы пистолет, — выдал этот шкет и хитро посмотрел на взводного.

Самолов усмехнулся и сказал:

— Да чего уж пистолет-то, Басмач? Проси сразу гранатомет.

— Нет, он тяжелый, с ним ходить далеко неудобно. Да еще сумку с гранатами надо тащить. А вот пистолет — самое то.

— Будет тебе сейчас не пистолет, а ремень от отца.

— Вы, дядя Саша, обещали за меня заступиться.

— Придется так и сделать. Куда же деваться.

— Вот это правильно. Старшие всегда должны защищать младших.

— Иди, младший! Десяток таких подростков, и взвод не нужен.

Они прошли к тропе.

Там уже стоял Карим Сахим, отец Акрама. В руке он, как и положено, сжимал ремень.

Парень спрятался за спину офицера.

— А ну выходи, поганец! Сейчас отец с тобой говорить будет! — крикнул Сахим-старший.

— Карим, воспитание сына, конечно, твое дело. Он поступил неправильно, ушел без спросу. Но ты уже знаешь, куда и зачем ходил Акрам. Не фрукты у соседей воровать, не клянчить деньги у водителей на шоссе, — сказал Самолов.

— Не защищайте его, офицер, какими бы благими ни были его намерения. Он не спросил разрешения. Никому ничего не сказал, заставил волноваться. Я же места себе не находил. А если бы с ним случилось что? Вот в Хорсе подростки без разрешения родителей отправились в старое селение. Кто-то сказал им, что там местный богач клад зарыл. Ну и пошли искать. Один из них провалился в подвал. Там высота-то была небольшая, всего метр, да упал вниз головой. Шейные позвонки сломал. Каково родителям было хоронить его?

— Да все верно, согласен. Прошу лишь об одном, не будь слишком суров. Бить сына не надо. Он же по большому счету ради нас всех старался, хотя и пошел без разрешения. Но ведь ты не позволил бы ему уйти, а он уже ответственность за безопасность всех нас чувствует. Да и шустрый какой!

Сахим убрал ремень и заявил:

— Ладно, пусть благодарит вас. Бить не буду. С толком хоть сходил на плато?

— Да, — ответил Самолов. — Принес информацию для размышления.

— Я могу знать, что за информация?

— Сын расскажет. Да, вот еще что, Карим. Мы дали Акраму портативную радиостанцию.

— Зачем?

— Теперь, по крайней мере, можно будет найти его, не поднимая тревогу в селении.