Реактивный шторм - Александр Тамоников

— Значит, Диман, если все у тебя выгорит, то ты приведешь медсестру сюда?

— А куда же еще? Не в штаб же!

— В постель она не даст себя уложить, по крайней мере с первого раза.

— Как знать, Боря. Может, повезет?

— Нет.

— А если помочь?

— Чем? Спиртом? Или водкой?

Соболь усмехнулся и заявил:

— Обижаешь, начальник. Для такого случая я хорошего вина достану.

— Где?

— Места знать надо. Технарь тут один домой собрался. У него закончился срок командировки, так он в поселке всякой всячиной затарился. Он винцом разжился, отдал за него авиационную куртку какому-то местному барыге.

— Сколько бутылок взял?

— Десять. Вино дорогое, французское.

— Неужто он отдаст его тебе?

— Еще как! Небольшой шантаж, и пара-тройка бутылок будет у меня.

— Шантаж?

— А куда деваться, Боря? Обстановка заставляет.

— Значит, на понт возьмешь? Если не поделится, то ты его сдашь с этой курткой командованию базы, так?

— Да, что-то в этом роде.

— Так ведь не сдашь же. Я тебя знаю как облупленного.

— Ты знаешь, а технарь нет. Попадаться перед возвращением он не захочет, потому как за куртку у него крутые неприятности возникнут.

Смирнов посмотрел на друга и спросил:

— А откуда ты про куртку узнал?

Соболь усмехнулся и ответил:

— Разведка работает, Боря.

— Ты по теме давай.

— Да все просто. Технарь этот — земляк нашего связиста Сторского. Он ляпнул ему про куртку, а Вася мне сказал. Мол, живут же люди, обслуживают самолеты, получают приличные командировочные, никакого риска, под охраной, да еще и барыжничать успевают. А мы, дескать, как лохи, воюем, а в итоге даже бутылку купить не можем. Что-то в этом духе.

— Понятно. Вино ты достанешь, сомнений нет, а вот насчет того, чтобы привести медсестру сюда, это затея не самая лучшая.

— Почему? Посидим тут, в кухне, потом пойдем в отсек. Надеюсь, ты, настоящий джентльмен, оставишь нас вдвоем?

Смирнов вздохнул и заявил:

— Не знаю, Дима.

— Не понял! Что ты не знаешь?

— Я сам хотел пригласить сюда Галю Авдееву.

— Ну ни хрена себе! — протянул Соболь. — Получается, что и у тебя свидание?

— О свидании мы не договаривались, но думаю после сдачи отчета к ней пойти, прогуляться, а потом сюда позвать.

— Дела! Нет, ну надо же такому произойти! Сказал бы раньше о своих планах, я бы что-нибудь придумал.

— А что тут думать-то? Поговори с Курко и Федоровым. Парни поймут и уйдут к Гаврилову, Юрченко и Гурьеву. У них отсек большой, все поместятся.

— Ага, если Курко тоже не нырнет в модуль к медикам. Он еще в Бараве начал обхаживать Елену, вторую медсестру.

— Твою мать! Я не заметил.

— А как бы ты заметил, если он с медиками в кабинете все время был. Я и то случайно увидел. А потом в санитарке он клеился к ней.

— Курко обойдется, — решительно заявил Смирнов. — В конце концов, кто бой с духами вел, обеспечил безопасность не только женщин, но и того же Курко? Мы с тобой. Значит, он обязан нам. А долг платежом красен. И потом, если Галина уйдет со мной, а Соня с тобой, то Курко может и в отсеке медиков с Еленой остаться.

— Точно! Они же там вдвоем окажутся.

— Вот. Значит, решено. Я здесь, ты у Курко, а он, где получится.

— Но об этом ему скажешь ты!

— Добро. Стало быть, с тебя вино и пузырь водки.

— А это с какой стати?

— Хотя ладно, водку не надо. Я и спиртом обойдусь или вообще тоже вина выпью. Но его ты должен выставить.

— Ну ты и черт, Боря!

— Все, Диман, решено. Больше никаких базаров!

— Может, мне вам, господин старший лейтенант, в скором будущем капитан, и закуски в сектор доставить?

— Само собой! Фрукты и еще чего-нибудь.

Соболь открыл рот от такой наглости, чуть помолчал и заявил:

— Ты, Боря, не просто шантажист. Еще хуже!

— Решено! Вечером идем в столовую. Затем я говорю с Курко, ты разводишь технаря. В половине девятого расходимся. До этого здесь все должно быть в ажуре.

— У меня нет слов.

— А и не надо без толку базарить.

— И когда только закончится все это издевательство?

— Никогда! — твердо ответил Смирнов. — В этой жизни по крайней мере.

В это самое время главарь бандформирования Мохаммед Аль-Забар находился в двадцати километрах от Хмеймима, в большом доме на окраине поселка Мугур. Его сотовый телефон издал сигнал вызова.

Аль-Забар, еще не имевший информации о гибели своего отряда, спокойно ответил:

— Слушаю.

— Салам, Мохаммед!

— Кто это? Джамаль, ты?

— Я! Странно, что не узнал.

— Помехи. Салам, дорогой брат! Рад слышать тебя.

— Ты еще чему-то рад, Мохаммед? — В голосе Джамаля Файдара прозвучало искреннее удивление.

Предчувствие беды холодной змеей обвило тело Аль-Забара.

— Почему ты так говоришь? — спросил он.

— Когда ты последний раз выходил на связь с Сайфуром?

— Перед акцией. Он уже должен доложить, жду сообщения и возвращения своих воинов.

— Напрасно, Мохаммед.

Аль-Забар проглотил ком, внезапно возникший в горле.

— О чем ты, Джамаль?

— Твой отряд разбит. Все погибли.

— Что? Повтори, что ты сказал!

— Твой отряд погиб.

У Аль-Забара дрогнула рука. Пиала с чаем выпала из ладони, и горячий напиток облил полы домашнего халата.

— Как это погиб?

— В охранении санитарной машины, кроме сирийского отделения, оказались русские спецназовцы. Странно, что твои люди не вычислили их в Бараве. Вот как раз русские-то и разделались с твоими воинами. Люди Сайфура воевали правильно. Они уничтожили асадовцев, готовы были прикончить женщин и водителя, но тут в бой вступили русские. Они еще из санитарки расстреляли штурмовые группы. Потом им повезло, они наткнулись на древнюю пещеру и укрылись в ней. После этого двое русских вышли на дорогу и спокойно расстреляли всех.

— Откуда тебе известно об этом?

Файдар усмехнулся и ответил:

— Это ты, Мохаммед, только начал войну за торжество истинной веры. Я же занимаюсь этим не первый год. Что помогает мне успешно бороться с правительственными войсками? Разведка. У меня есть агенты в штабах разных уровней. Дальше продолжать?