Нетленный - Александр Тамоников

Мне сразу стало не по себе. Подобралась Варвара, пристроилась рядом. Машина скрылась за домом, потом опять возникла в просвете между соснами, опять исчезла. С сеновала просматривался выезд к развилке. Но никакая машина там не проходила. Значит, остановились на околице.

Зачем?

Мы снова волновались. Не глушь сибирская, а Мекка какая-то! Я закурил вторую сигарету, перехватив укоризненный взгляд Варвары. Да, я знаю, что эта штука меня убивает!

Мучительно текли минуты. Пришли в движение бабка с дедкой на четвертом участке, стали смещаться к выходу с огорода. Шли как замороженные. Им навстречу двигался гость – лысоватый мужчина средних лет в черных джинсах и свободной серой ветровке, под которой можно спрятать даже РПГ-7, не говоря уж про кобуру со Стечкиным! Субъект явно из внедорожника.

Он что-то бросил старикам, после чего вошел в их дом. Просто так, без приглашения! Старики не стали возмущаться – они никак не отреагировали! Холодок побежал по спине. Резонно допустить, что аналогичный субъект в данный момент обшаривает избу под номером три, где тоже есть жильцы. Первые два здания на улице заброшены, но и их должны осмотреть…

Субъект недолго провозился в доме. Вышел на крыльцо, поднес к губам рацию, что-то сказал. Спустился с крыльца, прошел мимо равнодушно застывших стариков, отправился осматривать огород и хозяйственные постройки.

– Облава, блин, – выдохнула Варвара, – партизан ищут.

Ох, не до юмора мне сейчас было.

– Варвара, за плетень, в бурьян, – ахнул я, – и лежи там мышкой, я скоро приду.

Я скатился с сеновала и вприпрыжку помчался к дому, перепрыгивая через грядки. Баба Настя со скрипом распрямила спину и воззрилась на меня с подозрением: дескать, что за физкультура? Лучше бы полки прибил в подвале!

Я метеором пронесся мимо нее, влетел в дом, запрыгал наверх. Где мы наследили? На кухне не должны, внизу свои вещи не разбрасывали. Только наверху! Я влетел на чердак, отпихнув кота, – прости, друг! Как предусмотрительно, что с ночи угнал машину. Я запихивал наши вещи в рюкзачок и сумку. Кинулся к шкафу, вывалил Варварино тряпье и его утрамбовал. Повертелся – вроде все – взвалил на себя все это добро и загремел вниз.

«Облава» еще не добралась до владений бабы Насти. Я пулей пролетел от крыльца, притормозил рядом с хозяйкой. Она смотрела на меня со скепсисом, хмурила лоб, уперев костлявые руки в бока. Мол, ну-ну, отпускники хреновы…

– Тетя Настя, простите ради бога… – взмолился я. – Нехорошие люди по деревне шастают, нас ищут, злые они. Мы потом вам все расскажем, мы хорошие, правда… Скоро сюда придут. Скажите, что мы съехали рано утром, быстро вещички собрали и укатили, а куда, вы не знаете, и вообще про нас ничего не знаете… Пожалуйста, тетя Настя, они и вам могут навредить. Мы действительно скоро уедем, а вам еще заплатим, договорились?

Я мчался дальше, пригибая голову, а она угрюмо смотрела мне вслед. Потом пожала плечами, снова принялась возделывать свой огород. Я шел вприсядку вдоль ограды между участками, чтобы не засекли. За сараем поднялся, ринулся дальше, влетел в бурьян за плетнем, где и отдышался.

Варвара съежилась в траве, смотрела на меня со злостью. Ну, конечно, я один тут самая подозрительная и ненадежная личность!

– Давай без разборок, – процедил я. – Лежи и отдыхай. Сюда не сунутся, у них не хватит людей обыскать все окрестности деревни.

Мы замаскировались в траве. Похоже, оппоненты озверели. Они не привыкли проигрывать, а тут их водят за нос, происходит что-то непонятное, а ночью и вовсе их людей избили (а я виноват, были другие варианты?). Оппонентов на этот час было мало, но работали они слаженно, методично зачищали участки.

Прошло минут пятнадцать, потом донеслись отдаленные голоса. Что-то скрипело в районе дровяника, примыкающего к сеновалу. Бродили люди по участку 12-го дома – слава богу, там никто не жил, огород зарос курослепом.

Я приподнял голову, смотрел, как знакомый лысоватый субъект заглядывает в сараи, делает недовольное лицо. Испачкал руку, брезгливо вытер о дощатую стену. Он попробовал на прочность лестницу на сеновал, одолел несколько ступеней, вытянул шею. Наверх забираться не стал, хватило визуального осмотра. Выше и не надо, там запах репеллента!

Мужчина спрыгнул на землю, отряхнул руки. Вышел к плетню и задумчиво уставился на реку. Опусти он глаза чуть ниже и – здравствуй, новый веселый день. Я приготовил пистолет, пусть не насмерть, но завалю гада, если глаза протрет.

Мужчина сплюнул, повернулся и побрел прочь. Мы облегченно вздохнули, растянулись, уткнувшись носами в землю.

– Ну, и как работать в таких условиях? – пробормотала Варвара.

– А кому сейчас легко? – отозвался я. – Не бойся, они не станут здесь лагерем. Поймут, что в деревне ловить нечего, и будут искать другие способы решить проблему. А мы попробуем поработать с местными. Тут, мягко говоря, не очень широкие слои населения.

– А какая у них проблема? – спросила Варвара.

– Это уже не секрет. Они потеряли артефакт, а заодно людей, отнявших его у спутников Зелинской.

Мы лежали, пока со стороны сеновала не раздалось многозначительное покашливание и у плетня не выросла прямая, как швабра, фигура бабы Насти. С женщины можно было картину писать – «Вот и смерть пришла». Худая, лицо костлявое, недоброе, спутанные седые волосы шевелились на ветру.

– Ну-ну, отпускники из города, – процедила она с желчью, – врете вы все, не за тем вы сюда приехали, чтобы отдохнуть на природе от городской суеты.

– Неправда, тетя Настя, и отдохнуть тоже, – сконфуженно пробормотал я, принимая сидячую позу. – Кто же знал, что эти бесы сюда слетятся? Василия Злобина мы ищем, тетя Настя, пропал он. И люди, с которыми он из города прибыл, тоже пропали…

– Подумаешь, невидаль, – фыркнула хозяйка. – В наших краях кто только не пропадал.

Звучало зловеще. Варвара, предпочитающая не вставать, тяжело вздохнула.

– Уехали они, не волнуйтесь, – надменно информировала хозяйка. – Четверо их было, на большой машине. Документы показали, красные такие, мол, надо осмотреть участок и поговорить с вашими квартирантами. А что, я и не скрывала, – не смутилась старуха, – что у меня квартиранты из города, уехали, правда, как только рассвело. Испуганные были, с вещичками выскочили и бежать, только пятки сверкали. И ничего я больше про вас не знаю, заплатили две тысячи рублей, сняли две комнаты на чердаке. Я же не обязана за вами следить? А эти были такие злые, хотя и не грубили, вежливо говорили. Но шарили, как у себя дома…

А старушка молодец, – мысленно отметил я. – Не понравились ей эти люди, иначе настучала бы.

– Где они сейчас, тетя Настя?

– Уехали они, супостаты проклятые… – махнула рукой хозяйка. – Да не бойтесь вы, чего такие шуганутые? Точно говорю, уехали. Сама видела, как машина их в сторону Кундуса подалась, окна открыты, а они внутри бранятся. Мол, нечего тут больше делать, сколько можно эту деревню окучивать? Есть дела поважнее, чем за этой парочкой гоняться.