На войне как на войне - Сергей Самаров

— Но какие-то мысли и у тебя могут быть.

— Могут. Даже более того тебе скажу — есть. И весьма конкретные. Кто заказчик?

— При чем здесь заказчик?

— Он знал о деньгах. И мог предположить, что ты не положишь их в карман. Кстати, сейф в бухгалтерии тоже вскрыли?

— Нет. Дверь в бухгалтерию видно охраннику.

— Какой это охранник... Деревенский сторож в треухе, в валенках и с берданкой на этом месте был бы больше кстати. Ладно хоть, самого не кастрировали... Так кто все-таки заказчик? — Я уперся, словно ничего не подозреваю.

— Заказчик ни при чем. В этом я уверен. Своей уверенностью Труповоз и меня заражает.

Теперь и я полностью уверен — кто заказчик...

— Он мог кому-то сказать. Или еще кто-то знал. В конце концов, кто-то подслушал твои разговоры...

Как некстати я снял «жучок». Запросто можно было бы ограбление на ФСБ свалить. Вот только плохо, что тогда они слышали бы и наш разговор. Хотя я вполне допускаю, что они слышали предыдущую беседу. И сделали выводы. Но имя Таманца им ничего не говорит. Таманец живет за тысячу километров от нас. Так далеко слух о нем не доходит — не дорос.

Я встал и подошел к нише. Заглянул Пара доморощенных сыскарей продолжала обшаривать бойлерную. И, естественно, они наш разговор слышать вполне могли, хотя и говорили мы вполголоса. Но я таких нечаянных свидетелей не люблю.

— Вот тебе пример... — показал я. — Что мне теперь с этими парнями прикажешь сделать?

Труповоз, океанской волной всколыхнув пузо, метнулся к отверстию. Заглянул.

— Что там ищете?

— Вы же сами велели...

— Идите отсюда. Бесполезно после драки...

Я подошел к сейфу, стал осматривать замок. Боковым зрением наблюдал, как Труповоз открыл холодильник и достал оттуда бутылку коньяка.

— Будешь?

— Только минералку.

Скажет или не скажет про кассеты?

Он достал бутылку минералки, протянул мне, а сам сделал из коньячной бутылки большой глоток. И сел в кресло, где раньше сидел я.

— Почему сигнализацией брезгуешь? Он пожал плечами.

— Кто ж подумать мог...

Да, он не мог предположить, что найдется вор, готовый обчистить сейф у бандитов и убийц. Но и такой нашелся.

— Ключ от сейфа у кого есть?

— Только у меня.

— Да он и не нужен. Такой замок ребенок отмычкой откроет. Раньше надо было думать...

Я сел в его вертящееся кресло. Хорошее кресло. Но в таком телевизор смотреть неудобно. Только для работы за столом и годится. Посмотрел на Труповоза измученным взглядом страдающего человека и налил себе стакан минералки. Выпил с наслаждением и еще налил. Снова на него посмотрел. Получилось, что мы местами поменялись. И очень захотелось Труповозом покомандовать. Должно быть, командирское место таким образом действует на подсознание.

— Ладно. Ты заплатить мне, как я понимаю, не готов?

— Видишь же... Давай уж сразу после выполнения. Полностью...

Да как же его, такого хитрого, умудрились из ФСБ выгнать? Неужели там еще более хитрые работают? И смогли такого толстого перехитрить?

— Нет. Ты же знаешь, что аванс мне обеспечивает накладные расходы. Оружие и все остальное. К тому же это вопрос принципиальный. И...

— Один-то раз мог бы от принципа и отказаться. Войти в положение старого товарища. Не впервой с тобой работаем. Можешь и довериться...

Он сказал это с таким откровенным упреком, что, не знай я Труповоза достаточно, мне стало бы стыдно. Браво, старина! Я готов мысленно поаплодировать твоему актерскому мастерству. Но этим меня не прошибешь. Мы не пили с тобой гнилую воду из одной лужи, и потому я не тороплюсь записывать тебя в друзья. Извини...

Признаться, в какой-то момент меня вдруг стало подмывать желание сохранить справедливость и потребовать хотя бы пять тысяч. Тогда сумма была бы выплачена полностью. Но я побоялся, что он тоже умеет считать и может догадаться. Рискованно подставлять себя в разговоре с таким человеком. Можно из этого подвала и не выйти. А если и выйти, то только по трупам.

Потому я продолжил настаивать:

— ...И примета нехорошая. В приметы я верю особо. Без этого человеку, играющему в чет-нечет со смертью, нельзя. Я знаю, что каждый принятый мной «заказ» может оказаться последним. Потому говорю категорично — как только будешь готов, звони. У меня на бензин еще мелочь осталась. Подъеду.

Я встал.

— Подожди...

Он тоже встал и, хмурый, вышел из кабинета. Я успел допить остатки минералки и достать из холодильника вторую бутылку, когда Труповоз вернулся.

— Пришлось из кассы брать... — протянул мне недовольно пачку баксов.

— У тебя по бухгалтерии проходят валютные расчеты? — притворно удивился я. — Покойников на экспорт гонишь? И как, выгодно?

Он не ответил.

Деньги любят счет. Особенно если получаешь их из рук такого человека, как Труповоз. Я принялся считать, все еще надеясь, что он сообщит мне про видеокассету. Хотя бы заботясь о моей безопасности. Чтобы не имели посторонние на меня такой материал.

— Все правильно, — я спрятал деньги в карман. — Теперь обеспечение...

— Я дам тебе пару человек.

— Транспорт?

— Обязательно. Они отсюда поедут на машине.

— Хорошо. Пусть возьмут с собой новый сотовик с роумингом[7]. Обязательно новый. Чтобы никаких следов за ним не тянулось. Номер сообщи мне на мой сотовик. Завтра около шести вечера пусть будут на месте, ближе к центру города. Я позвоню им и назначу встречу. Парни надежные?

Он раздраженно шевельнул животом.

— Я в них не сомневаюсь, но тебя знаю. Ты же проверить захочешь. Водилу зовут Сергеем. Не сильно крут, ленивый, смешливый, порой подгонять надо, но хорошо стреляет. Охотник. Даже на промысел когда-то ходил. Второй — Веня. В десантуре служил. Парень тренированный. Этот — лучший, что у меня есть. Он тебе должен понравиться. Но с гонором парень. Себя очень уважает. Поставь его сразу на место, и он будет твой.

— Сейчас я отсыпаться поеду. К шестнадцатичасам жду их у себя. Оружие в дорогу пусть не берут. По пути слишком много постов. Там найдем. И вообще мне ситуация не нравится. Ситуация вокруг тебя. Ощущение такое, что тебя пасут...

— Что? — переспросил Труповоз.

— Пасут тебя. Так мне кажется...

— Кто?

— Не знаю. Может, бывшие твои сослуживцы. Может, еще кто-то. Присмотрись к секретарше и уборщице.