Чисвикские ведьмы - Роберт Рэнкин

– А ты не едешь?

– Спасибо, дорогой. Ты же понимаешь: если довелось видеть один пуск лунного корабля, второй раз нет смысла смотреть.

– Но это первый.

– Будут и другие. Не хочу портить впечатление.

– Вот глупая женщина… – полковник нетерпеливо постучал по стеклу, которое отделяло его от возницы. – К Хрустальному дворцу, и как можно быстрее.

– Пришли мне открытку с Луны, – крикнула мама.

– Счастливо попечалиться!

Кэбмен запустил электродвигательную систему Бэббиджа. Энергия, передаваемая с ближайшей башни Тесла, привела в движение колеса, и экипаж устремился вперед.

– Вы мне не ответили! – крикнул кэбмен, оборачиваясь.

– Вы ни о чем меня не спрашивали, – отозвался полковник, устраиваясь поудобнее на кожаных подушках и любуясь улицами, на которых играл ребенком.

– Я спросил: вы запуск смотреть едете?

– Можно сказать и так. Я пилот лунного корабля.

– Хватит вам, – возница бросил взгляд в свое зеркальце.

– Но это так!

– С трудом верится. Ваш фото должны были бы напечатать в газете.

Вместо ответа полковник Уильям Старлинг издал что-то вроде рычания.

– Хотя… – кэбмен посмотрел куда-то вниз. На панели управления, изготовленной из блестящего бакелита,[125]лежал свежий выпуск «Брентфордского Меркурия». С той самой фотографией на первой странице.

Кэбмен снова бросил взгляд в зеркальце. Правда, на этот раз правильнее было бы сказать «пристально посмотрел». Более того: вытаращив глаза.

– Следи за дорогой! – возмущенно крикнул полковник, когда кэб зацепил какого-то велосипедиста, и тот отлетел к изгороди.

– Вы правы, сэр, – отозвался возница, но его глаза смотрели совсем в другую сторону. А именно: к последним строчкам статьи, которую полковник Уильям не дочитал. Там сообщалось о награде в тысячу фунтов, великодушно обещанной Гильдией Чизвикских Горожанок за поимку Джека-Потрошителя.

– Благослови меня Бог, – пробормотал возница. – Вот так привалило.

– Что такое? – крикнул полковник.

– Ничего, сэр. Вздремните, если угодно. Путешествие предстоит долгое, но я повезу вас как можно быстрее.

– Пожалуй, ты прав, – согласился полковник Уильям. – Я так и не выспался. Мы с друзьями веселились допоздна. Во время полета будет нужна ясная голова, так что сорок секунд сна мне не помешают.

Полковник устроился поуютнее и закрыл глаза.

– Ну, приятных снов, Джекки, – пробормотал извозчик и нажал кнопку центральной системы запоров. Полковник Уильям не слышал, как щелкают замки на дверцах для пассажиров, поскольку уже погрузился в дремоту.

– А ну вылезай, дружочек!

Пробуждение полковника Уильяма Старлинга было неожиданным.

Чьи-то руки бесцеремонно вцепились в него, приподняли и несколько раз встряхнули.

– И не пытайся сопротивляться, а то получишь дубинкой. Полковник открыл глаза. Его держал за воротник мундира констебль в форменной каске. Голова у констебля была забинтована.

– Убери лапы, выродок! – вскричал полковник.

– Вот как? Констебль Мик, отделайте его как следует.

– С превеликим удовольствием.

И его принялись бить дубинкой. Его лупили в кэбе, но этим дело не ограничилось. Избиение продолжалось на улице, в приемной Брентфордского полицейского участка, на лестнице, по которой полковника тащили в камеру, и в самой камере, где его не только били дубинкой, но и пинали сапогами.

– Что вы делаете? – простонал полковник Старлинг, еще не вполне впавший в бесчувствие.

– Во второй раз не удерешь, – пообещал констебль Мик, с наслаждением отвешивая ему пинка.

– И я точно получу свою тысячу фунтов? – спросил кэбмен, тоже пнув полковника под ребра.

– В чем дело? – твердил полковник. – В чем дело?

Но в этот момент дубинка опустилась прямо ему на голову. И солнце для полковника Уильяма Старлинга погасло. Без каких-либо предварительных десять-девять-восемь-семь-шесть он провалился в огромный, черный, бездонный НОЛЬ.

Дневные газеты пестрели сообщениями о трагедии.

Ужасная катастрофа при запуске лунного корабля

Десятки погибших, сотни раненых

И, разумеется, тут же подняла все свои уродливые головы Сплетня.

Кто-то утверждал, что это еще одна попытка покушения на Ее Величество королеву (благослови ее Бог). Другие обвиняли во всем анархистов и иностранцев. Но, кто бы о чем ни писал, кто бы что ни говорил, все сходились в одном. Это не было несчастным случаем. Британская техника не отказывает, тем более с такими ужасающими последствиями. Несомненно, корабль был уничтожен в результате диверсии, и большинство газет уже назвало главного подозреваемого: Уильяма Старлинга, полковника Ее Величества Воздушной кавалерии.

Он не явился к запуску. Его однополчанин, благородный Элдженон Уилберфорс, он же Крепыш, добровольно вызвался пилотировать корабль, чтобы спасти честь Британской короны, и был посмертно награжден Крестом Виктории.

Ясно, что полковник Уильям Старлинг и был всему виной. Его имя предавали позору на первых полосах всех дневных газет – за исключением «Брентфордского Меркурия», который поместил на передовице первую главу автобиографии Брентфордского Мальчика-улитки.

Тем временем просто Уилл Старлинг сидел с Тимом в баре «Золотая Заклепка» в Уайтчейпле. Просто Уилл Старлинг жевал свиные пятачки, время от времени прерывая это занятие ради больших глотков портера. Просто Уилл Старлинг был весьма встревожен, что слегка осложняло процесс поедания пятачков.

– Сними шарф, – посоветовал Тим.

Уилл коснулся шарфа, который закрывал ему лицо, но не снял его, а поднял повыше.

– Не могу, – ответил он шепотом. – Взгляни в любую газету. У меня лицо врага общества номер один.

– Весьма несправедливо в отношении твоего много-много-раз-прапрадеда, – Тим сидел без шарфа, поскольку его портрет не украшал ни одну газету, даже самую захудалую. – Ты не думаешь, что это он сделал, Уилл?

Уилл вздохнул.

– Мы оба знаем, что это не так, – ответил он, наполовину прожевав свиной пятачок. – Это Джозеф Меррик, Человек-слон.

– Следовало бы сдать его в полицию.