Сатира и юмор: Стихи, рассказы, басни, фельетоны, эпиграммы болгарских писателей - Петко Славейков

не страшен мне карман тугой,        нет, нищета куда страшнее! Так что ж — я человек простой,        нормально ем и пью я, люблю я дом, жену, покой,        а бедность не терплю я. Познал я практику страстей,        я рвал, хватал, лукавил, переменил сто должностей        и сто житейских правил! Любую власть я восхвалял,        не смея задавать вопросы, и всенародно воспевал        тех, на кого писал доносы. Я был послушен, словно раб,        все делал сильному в угоду и, снаряжая свой корабль,        вынюхивал погоду! Я ухитрялся без числа        писать в стихах, а также в прозе, с тем чтобы подлость принесла        мне пользу хоть в малейшей дозе И вот доволен я вполне:        имею и почет и званье! Все для меня! Все служит мне!        И в этом смысл существованья! Перевод А. Арго.

СРЕДСТВО НЕ ИМЕТЬ ВРАГОВ

«Головы твоей повинной не коснется острый меч». Этой истиной старинной не хочу я пренебречь. Я сужу, как люди, здраво: не толкну змею ногой, а к вельможам величавым рад всегда пойти слугой. Богачам — прием радушный, сильным льщу, твержу: «Да, да», — и в душе моей послушной нет тревоги никогда. Знаю, скромная персона быть услужливой должна, от учтивого поклона не сломается спина. Со своим сужденьем пресным в спор не лезу с богачом. Мне совсем неинтересно знать, кто думает о чем. Что там бело, где там черно, не хочу об этом знать. Я всегда готов бесспорно правым каждого признать. Никогда не забываю интересов я своих, правым сильного считаю, пусть он лих — я буду тих. Столь завидным положеньем я доволен. В этом суть: примиряюсь с униженьем. Путь мой — самый верный путь. Вот пощечину, примерно, получил от дурака. Ах, какой поступок скверный, как горит моя щека! Ну, представьте, я с ним бился? Учинил ему скандал? Нет, я ловко притворился, что побоев не видал. Мне народ давно заметил: «Как ты скромен! Как ты тих!» Но зато нигде на свете не найдешь врагов моих. Перевод Л. Белова

СВЕТСКИЕ ПРАВИЛА

(Подражание)

В наш чудесный век блестящий странность некая жива, нет оценки настоящей: меры две и веса два. Одному легко прощают и бесчестье и разврат, у других грехом считают, сами худшее творят.         Лги, кради и грабь всегда,         но веди себя прилично.         Люди скажут: «Не беда,