Война на море 1812 года. Противостояние Соединенных Штатов и Великобритании во времена Наполеоновских войн - Теодор Рузвельт

по приказу капитана Хейса был дан сигнал отправиться в погоню за «Тенедосом», характер которого капитан не мог разобрать, и это задержало ее на несколько часов в погоне. Во второй половине дня, когда подул легкий и переменчивый ветер, «Эндимион» обогнал «Мажестик», и, вследствие скверного состояния «Президента» и количества воды, которое тот получил из-за повреждений на отмели, быстро его настиг, хотя корабль был облегчен и предпринято все остальное, что только возможно, для улучшения его ходовых качеств. Но «Эндимиону» помогла смена ветра, и он смог около 2:30 открыть огонь из носовых орудий, на что «Президент» ответил кормовыми орудиями. В 5:30 «Эндимион» начал ближний бой, выстрелом почти в упор по скуле правого борта «Президента», где последний не мог нести ни одной пушки. «Президент» продолжал идти тем же курсом, направляясь с востока на север, при северо-западном ветре, ожидая, что «Эндимион» вскоре подойдет к траверсу, но последний осторожно удерживал свою позицию рысканием, чтобы не сближаться. Так продолжалось полчаса, в течение которых «Президент» пострадал больше, чем за весь оставшийся бой. В 6:00 «Президент» остановился, взяв курс на юг, и два противника пошли вровень, американцы использовали правый борт, а англичане – левый. Декейтер пытался сблизиться с антагонистом, но всякий раз, когда он приближался к последнему, тот удирал и, будучи самым быстрым кораблем, конечно, мог от него уклониться, поэтому был вынужден попытаться вывести его из боя, разбив его. Ему это полностью удалось, и после двухчасового боя все паруса «Эндимиона» были срезаны с рей и он отстал, последний выстрел был сделан «Президентом». Теперь «Эндимион» совершенно стих, и коммодор Декейтер не взял его на абордаж только потому, что английская эскадра была слишком близко к корме, соответственно, «Президент» снова лег круче к ветру, чтобы попытать шансы на побег, установив даже фор-бом-брам-лисели, и подставил корму для залпа «Эндимиона», но последний не выстрелил ни из одной пушки. Три часа спустя, в 11, «Помона» догнала «Президента» и, пойдя в наветренную сторону на левый борт, дала по нему залп с правого борта. «Тенедос» находился на расстоянии двух кабельтовых от кормы и занимал позицию для обстрела. «Помона» обрушила еще один бортовой залп с дистанции выстрела из мушкета, когда «Президент» сдался и был захвачен капитаном «Тенедоса» Паркером. Эти два последних залпа убили значительное число людей на борту «Президента». «Эндимион» в это время находился вне поля зрения за кормой. Он не появлялся, согласно одному сообщению, в течение часа и трех четвертей, а согласно другому, в течение трех часов, а поскольку он был более быстрым кораблем, чем «Президент», это означает, что он по крайней мере два часа неподвижно ремонтировал повреждения. Коммодор Декейтер передал свою шпагу капитану Хейсу с корабля «Мажестик», который вернул ее, заявив в своем письме, что обе стороны сражались с большой доблестью. Поскольку «Президент» был захвачен целой эскадрой, призовой фонд был разделен поровну между кораблями. Команда «Президента» насчитывала всего 450 человек, никто из них не был британцем. Таким образом, у него было на сто человек больше, чем у противника, и он выстреливал бортовым залпом примерно на 100 фунтов больше, но эти преимущества были с лихвой уравновешены повреждениями, полученными на отмели, и тем, что порох у него был настолько плох, что, в то время как часть британских выстрелов прошла сквозь оба его борта, с «Эндимионом» такого не случилось ни разу, когда был явно пробит корпус. «Президент» потерял 24 человека убитыми и 55 ранеными, «Эндимион» 11 убитыми и 14 ранеными. Два дня спустя, по пути к Бермудским островам, начался сильный восточный ветер, во время которого оба корабля лишились мачт, а «Эндимион» вдобавок должен был выбросить все орудия на спардеке.

Как можно заметить, почти каждое предложение этого рассказа взято (почти дословно) из различных официальных отчетов, особенно опираясь на вахтенный журнал британского фрегата «Помона». Таким образом, я позаботился о том, чтобы каждый пункт повествования был безукоризненно подтвержден: во-первых, потому, что было немало британских историков, которые рассматривали конфликт так, как если бы это была победа, а не поражение «Эндимиона»: а во-вторых, потому, что, с сожалением должен сказать, я не думаю, что факты подтверждают утверждения большинства американских авторов о том, что коммодор Декейтер «покрыл себя славой» и проявил «высочайший героизм». Что касается первого пункта, то сам капитан Хоуп в своем необычайно кратком официальном письме мало что дает, кроме подробного описания собственных потерь, и не заявляет, что победил противника. Почти все разговоры о том, что это «победа», исходят от Джеймса, и, рассказывая об этом, а также обо всех других сражениях, почти каждый последующий британский историк просто повторяет заявления Джеймса снова, иногда усиливая, но чаще изменяя или опуская злобные нападки. Вопрос заключается просто в следующем: мог ли фрегат, который, по словам самого Джеймса, вышел из боя при всех поднятых парусах, взять другой фрегат, который в течение двух часов, согласно вахтенному журналу «Помоны», стоял неподвижно и неуправляемо на воде? без паруса? Чтобы доказать, что не мог, разумеется, нужна какая-то не слишком тщательная подтасовка фактов. Намерение, с которым Джеймс приступает к своей работе, можно заключить из триумфального вывода, к которому он приходит, что имя Декейтера было «опущено так же низко, как имя Бейнбриджа или Портера», что, сравнивая малое с великим, несколько похоже на высказывание о том, что поражение Наполеона от Веллингтона и Блюхера «опустило» его до уровня Ганнибала. Что касается американского экипажа и потерь, Джеймс опирается на заявления, сделанные в бермудских газетах, последующее вынужденное опровержение которых он во внимание не принимает и, конечно, сильно переоценивает и то и другое. На том же основании он заявляет, что огонь «Президента» был «подавлен», а коммодор Декейтер утверждает прямо противоположное. К счастью, вопрос решается журналом «Помоны», в котором отчетливо сказано, что последний выстрел был произведен «Президентом». Его последнее средство – заявить, что потери «Президента» были в четыре раза (на самом деле втрое) больше, чем у «Эндимиона». Теперь мы видим, что «Президент» потерял «значительное количество» людей от огня «Помоны». Оценивая их всего в 19, мы получаем потери в 60, нанесенные «Эндимионом», а поскольку большая часть этих потерь была нанесена в течение первого получаса, когда «Президент» не стрелял, из этого следует, что, пока оба корабля вели бой, бортовой залп против бортового залпа, нанесенные потери были примерно равными, или «Президент», целясь в такелаж своего противника, сумел полностью вывести его из строя и попутно убил 25 человек, в то время как «Эндимион» вообще не задел снасти «Президента» и, целясь в его