Кровавый бокаж. Битва за Нормандию-44 - Евгений Николаевич Музальков

панцергренадерского полка СС наступал в направлении деревни Гренвиль-сюр-Одон. Левая ось оказалась под ударом пытающихся наступать на юг из Рорэ подразделений 49‐й пд. В районе деревни Бреттевильт и прилегающей к ней высоты 110 завязался тяжелый бой. 1‐й Тайнсайдский шотландский батальон и 11‐й Дарэмский батальон поначалу дрогнули под весом немецкого наступления, но затем вернули свои позиции. Обе стороны понесли тяжелые потери. На правом крыле атаки Вайдингера вдоль главной дороги в Кан 1‐й батальон 4‐го панцергренадерского полка СС сначала попал под огонь 9‐го Камеронского батальона, закрепившегося в Гренвиле, а затем налетел на оборону 7‐го Сифорсткого батальона южнее, в Ле Ватрю. Британцы продемонстрировали, что не хуже немцев способны использовать коварный бокаж для подавления превосходящих сил противника. Только небольшому отряду пантер 2‐й тд СС удалось проникнуть за линию британских передовых позиций между Гренвилем и Ле Ватрю, но мощный и точный огонь артиллерии остановил и этот прорыв. В самый критический для британских сил момент пантеры Вайдингера и передовые части панцергренадеров Фрея в Кольвиле разделяли примерно 1,5 километра, но атаки обеих группировок уже полностью выдохлись.

Несмотря на мощную фланговую атаку «Шотландского коридора», 11‐я бронедивизия пыталась выполнить задачи, поставленные перед ней измененным планом операции. Утром 28 июня 2‐й Аргильский батальон окончательно передал ответственность за плацдарм в Турмовиле 159‐й бригаде. Рано утром два боевых взводных патруля батальона двинулись через густой лес на южном берегу реки Одон в направлении деревни Гаврю. Около 16:00 патрули доложили, что оба моста в районе деревни не имеют повреждений и никем не охраняются. Немедленно подполковник Твиди направил к ближнему мосту роту «С», а спустя некоторое время получил приказ выдвинуть в Гаврю весь свой батальон. Аргильцам пришлось совершить изматывающий марш через лесистую и сильно заболоченную местность вдоль реки. Все тяжелое вооружение, включая 6‐фунтовые орудия приходилось буквально нести на руках. Даже незначительная немецкая атака в этот момент закончилась бы для людей Твиди полной катастрофой, и подполковник вздохнул с облегчением, когда в сумерках батальон, наконец, прибыл на место. Рота «С» уже окопалась справа от мостов. Рота «А» заняла позиции слева, на крутом лесистом склоне. Когда стало ясно, что немецких войск нет и в деревне Гаврю, рота «В» сместилась вперед и оборудовала оборонительный периметр вдоль дороги с центром в группе зданий сразу перед основной линией батальона. Штаб подполковник Твиди развернул в карьере на северном берегу реки, неподалеку от него заняла оборону рота «D». Ночь с 28 на 29 июня прошла без происшествий, и аргильцы поддерживали себя надеждой, что в самое ближайшее время наступающие с севера британские войска прорвутся к их изолированной позиции. Однако в течение 28 июня эти попытки не принесли видимого результата. Объяснялось это просто – 9‐й Камеронский и 7‐й Сифортский батальоны были заняты блокированием прорыва кампфгруппы Вайдингера.

Тягач «Центавр» на базе танка «Кромвель» из 11‐ой бронетанковой дивизии буксирует Pz. IV № 837 12‐й тд СС, захваченный в районе деревни Шё.

Танки шерман 24‐го Уланского батальона 8‐й бронетанковой бригады севернее деревни Рорэ. На переднем плане «Шерман» с именем Dingaan.

Основное усилие 11‐й бронебригады 28 июня было направлено на расширение плацдарма на южном берегу за счет захвата высоты 112. Термин «высота» в данном случае не совсем верен – речь идет о довольно обширной области, которая плавно поднимается над уровнем моря, а ее вершина имеет характер большого плато с дорогой и несколькими рощами. Отсюда открывается вид на Кан в 9 км северо-восточнее, аэродром Карпике, деревню Шё, высоту 213 у Виллер-Бокаж, гору Мон Пинсон в 18 км юго-западнее и гряду Бургебю юго-восточнее. Она является восточным краем двухкилометрового кряжа, протянувшегося от Эвреси на западе и почти до Мальто на востоке. В 1944 году никаких построек на вершине еще не было, но зато присутствовал плотный бокаж. Дальше на запад находилось еще одно плато этого же кряжа, известное как высота 113. Британцы рассчитывали овладеть и им, но прежде предстояло должным образом закрепиться на высоте 112.

На рассвете 28 июня два немецких танка Pz. IV были замечены на высоте 112 и обстреляны с дальнего расстояния, в результате чего «один танк был подбит, а второй поврежден». Эти два танка были частью 5‐й роты 12‐го танкового полка СС, развернутой в деревне Эске. В остальном ситуация оставалась спокойной, особенно по сравнению с начавшимися боевыми действиями севернее. Обратимся к официальной истории шропширского батальона: «Никаких серьезных попыток атаковать позиции не предпринималось, но множество немецких солдат проникало в промежутки между ротами и создавали неприятности. Сначала они прокрались и атаковали с расстояния примерно 30 метров полковой пункт первой помощи, ранив двух санитаров. Реакция батальона на вылазку была яростной, но это привело к большому расходу боеприпасов. Это были самые первые дни боевого крещения батальона, и личный состав еще был слишком неопытным. Однако скоро стало понятно, что хаотический огонь по просочившимся немцам не имеет должного эффекта и позже снайперов [еще раз напомним, что в подавляющем большинстве случаев это были обычные немецкие пехотинцы с ординарными навыками стрелковой подготовки] отлавливали специальные небольшие группы охотников; примерно десяток или чуть больше таких лазутчиков были убиты или захвачены в плен».

В 12:00 командир 23‐го Гусарского батальона, воспользовавшись относительной пассивностью противника, отправил эскадрон «В» на вершину высоты 112. Эскадрон «С» получил задачу поддерживать наступление огнем, но текущие позиции не покидать. Плато удерживали панцергренадеры 12‐й тд СС и моторизованная зенитная батарея Люфтваффе. Эскадрон «В» обошел деревню Барон и приблизился к высоте с севера, поскольку здесь складки местности позволяли пройти значительную часть расстояния до вершины, избегая флангового огня, который немцы периодически вели. Холмистая местность напоминала пустоши Йоркшира, на которых танкисты тренировались в Англии. Но как только танки вышли из низины, они попали под огонь с двух сторон. Из района Фонтен-Этупфур и примыкающего к нему замка по гусарам вели огонь танки Вюнше, с западного фланга – с позиций у Эске-Нотр-Дам – работали противотанковые орудия. Немного погодя заговорили и зенитки, расположенные непосредственно на плато. Один танк лишился хода из‐за сбитой гусеницы, еще один получил попадание в корпус и загорелся. Тем не менее, эскадрону «В» удалось выйти к северо-восточному краю плато. Командир одного из танковых взводов эскадрона описал дальнейшие события: «Противодействие противника выразилось в форме закопанных танков справа и пехоты на позициях в небольшом лесу впереди. Танки имели альтернативные огневые позиции, проезды к которым были хорошо замаскированы. Было практически невозможно подавить их огонь. Имела место попытка выбить танки несколькими самоходными противотанковыми орудиями, которые были нам приданы. Но результат оказался нулевым. Полевая артиллерия дивизии также попыталась помочь, но и она ничего не смогла добиться». Поскольку